class="p1">Густая мана, от которой чесались глаза и зудело тело. Именно такой становилась магия Смерти, когда некромант лишался разума.

Я была на грани безумия, отчётливо понимая, что ещё один магический взрыв и моё тело просто не выдержит. Сначала это была святая сила, потом сила, что властвовала над мёртвыми. А впереди ждал бой от которого зависело всё.

Покачиваясь, я направила руки на Хозяйку и начала шептать. Из горла хлынула кровь. Моровое поветрие такого масштаба запросто забрало бы и мою жизнь, но мне отчасти повезло. Теперь я семья Габриэля, а значит не умру. Нужно всего лишь продержаться до тех пор, пока все, кто пришёл сюда за нами — не высохнут.

Смерть ползла по земле, порывом ветра её относило в сторону Капела, императрицы и всех остальных. Жальче всех было трущобных, но я не могла контролировать выброс такой силы. Серебряные плети касались людей, лошадей, морфов, рыцарей, паладинов и даже нежити. Едва достигнув цели, они разрывали всё на мельчайшие крупицы, оставляя после себя груду мяса, железа и костей.

Это было даже не моровое поветрие.

То просто иссушает, а эта сила уничтожала всё с яростью, достойной самых ненормальных палачей.

— Соля! — Ко мне подлетел Габ, держащий на руках Рену. — Соля, прекрати! Ты же не выдержишь!

— Всё… — Меня вырвало кровью. Я вытерла подбородок и уставилась на корчившуюся на земле Хозяйку. — Нормально. Я… должна.

— Не должна! Их нельзя убивать! — Он тряхнул меня за плечо, заставляя смотреть на себя. — Ты не убийца, Соль!

— А они не преступники, да? — Я горько усмехнулась, подходя к Хозяйке. — Ты же сам видел, они не должны жить. Им… нельзя.

— Но ты не бог! — рявкнул он. — Не тебе решать, кому жить, а кому умирать!

— Тогда реши ты.

— Что? — он отшатнулся. — О чём ты?

— Ты же полубог, да? Просто признай этих тварей семьёй и они не умрут. Не можешь? — Я равнодушно сбросила его руку. — Тогда не мешай.

Я села на корточки и положила руку на лоб Хозяйки. Она всё ещё выглядела как человек, хотя её тело и менялось.

— Ты была первой, кто утешил меня после смерти мамы. — Морф плюнула мне в лицо и закрыла глаза. — Но именно из-за тебя она и умерла, — добавила я, вытирая лицо рукавом. — Поэтому я не буду снисходительной, знаешь? Смерть за смерть, око за око. Ну, всё в таком роде.

— Сиер, по крайне мере, понимала нас, — выдавила она с хрипом. — Ты… просто глупый ребёнок, Исо… ла.

— О чём ты говоришь? — Я плашмя ударила по лбу твари. — О чём ты говоришь?! О чём?! — заорала я, тщетно пытаясь вернуть к жизни Хозяйку.

— Соля, хватит. — Габ перехватил мою руку. — Её уже не спасти.

— О чём она говорила, Габ? — Я повернулась, глотая слёзы. — Что она имела ввиду, а? При чём тут мама?

Он потянул меня на себя и прижал к груди, медленно гладя по голове. Будто успокаивая и желая, чтобы я примирилась с действительностью.

И в тот же момент на меня обрушились тишина и тьма. Сначала я потеряла слух, потом зрение, а в конце просто грохнулась в обморок.

Глава 41

Очнулась утром. Или вечером. Кто его разберёт, это странное время суток. В общем, проснулась. На своей кровати в обнимку с мужем.

Состояние было… такое себе. Руки и ноги выламывало от боли, сердце глухо ныло, но хуже всего то, что в голове постоянно вертелись слова Хозяйки.

— Не вставай, — сквозь дрёму попросил Габ, притягивая меня к себе. — Я очень хочу спать, почти сутки шли переговоры.

Сутки.

Странно. Я точно помню, что встреча с захватчиками произошла утром, ещё до полудня. Я поправила на груди рубашку Габриэля, в которую он меня, видимо, переодел, и снова легла.

Перевогоры. С кем? С Капелом и Церцеей? А понтифик? Он так и не появился. Да и… куда делась фальшивая Чиваса? Осталась ли она позади отряда, чтобы в случае чего бежать, или приняла чужой облик? А настоящая? Хватило ли ей храбрости вернуться в замок? И Рена… она видела, как умерла её мать.

Я подтянула ноги к груди и вздохнула.

Ничего не понимаю.

— Ты ведь не уснёшь, да? — Габриэль перевернулся на спину и заложил руку за голову. — Ну, немудрено, всё-таки трое суток без сознания лежала.

— Трое?!

— Ага. — Он посмотрел на меня и улыбнулся. — Трое. За это время много чего произошло.

— Кто-нибудь спасся? — тихо спросила я, теребя в пальцах край одеяла.

— Удивительно, но почти все.

— А кто… погиб?

— Отец Капел, Церцея и тот маг с ветром. — Мага стало немного жаль, но вслух я этого не сказала. — Его убила не ты, — сразу обозначил Габ. — После того, как всё закончилось, то заклинание развеялось, и он напал на нас. Попытался отрезать тебе голову. Пришлось вмешаться.

— А. Спасибо.

— Всегда пожалуйста, — хмыкнул. — Знаешь, у него в том отряде был младший брат.

— В каком это?

Я потянулась и села, облокотившись на спинку. Потом ещё и подушку под спину засунула, чтобы было удобнее.

— Те, что в дом проникли с нежитью.

— Понятно. — Я снова подтянула ноги, и обхватив колени руками, уткнулась в них подбородком. — А как ты узнал?

— Рыцари сказали. Чтобы всё прояснить понадобилось несколько дней. Если хочешь, после завтрака мы могли бы с ними встретиться.

— Нет.

— Боишься не сдержаться?

— Не могу понять, кто прав, а кто виноват, — глухо ответила я. — После слов Хозяйки, то есть морфа, я вообще больше ничего не понимаю. Мне кажется, что я совершила ошибку, но и её найти не могу.

Габ повернулся подперев голову рукой. Я тоже склонила голову набок и смотря в его глаза, вздохнула.

— Срок договора вышел, так что я могу рассказать.

— Ты о Веусе?

— Да.

— Понятно. Какова была плата? За договор, — добавила я, потому что знала, что простым молчанием Веус бы не отделался. Он точно что-то обещал.

— Ты скоро об этом узнаешь, — Габ улыбнулся. — Давай, я расскажу обо всём, а потом мы пойдём есть, ладно?

— Ладно.

— В общем, твоя мама, Святая Сиер, была одной из тех, кто собирал восстание. — Я было дёрнулась, но потом махнула рукой и решила послушать. В конце концов, Веус хоть и знатный задира, но никогда не лгал своим апостолам. — Она связалась с морфами задолго до твоего рождения, ещё будучи внебрачным ребёнком. В храм Сиер попала, когда ей было около двенадцати, примерно в это время у неё и открылся дар. — Я кивнула. Мама рассказывала об этом. — Конечно, она знать не