мужчина. И когда Ольга вскинула на него взгляд, добавил. - Ведь Уврик вернул тебе от силы монет сорок-пятьдесят золoтом, наверное. Кстати, надо было вытрясти из него больше.

   – Ты!... - зашипела на Охотника Ольга, уже не сдерживаясь. – Мог бы сразу отказать, зачем весь этот спектакль?!

   – Мне было интересно, - ухмыльнулся мужик, лениво откидываясь обратно на спинку кресла.

   – Интересно?! – взъярилась девушка.

   "Еще один скучающий тип?! Или еще один гадкий мужской шовинист,и не собирающийся изначально помочь бедной женщине. А желающий только позабавиться за мой счет?! Да как же ужасен ваш мир!". Сквозняк принес порцию свежего воздуха, пытаясь охладить пыл Ольги.

   – Ну и как, хорошо развлекся?! – девушка резко поднялась с табурета и нависла над столом. - А теперь оставайся в своем тухлом болоте и засыхай здесь от скуки!

   Она крутанулась и быстро зашагала к двери. Замерший у двери Фост вдруг бесшумной тенью метнулся вперед. Обернувшаяся девушка увидела, как позади столкнулись два высоких мужика. И хотя Охотник был немного уже теронца, преграждающего ему путь, выглядел он более пугающим почему-то.

   – Не трогай ее!

   – Её?! Вот как?! – совсем уж как-то ехидно улыбнулся Охотник, глядя в упор на Ольгу, но обращаясь к Фосту. - А разве она тебе не госпожа, раб?

   – Оставь его, Фост. Развлечений для господина Охотника больше не будет.

   – Даже если я возьмусь за твой заказ? – хмыкнул несхонец.

   – Твои услуги мне не по карману. Я соглашусь нанять тебя,только если снизишь цену.

   – Ты можешь снизить цену ответами. Ну, или рабами, - и Οхотник перевел взгляд на теронца, безбашенно улыбаясь тому в лицо. Прямо глаза в глаза.

   – Ну уж нет! Лучше оставлю тебя мучиться от скуки и неразгаданных загадок, - и Ольга демонстративно отзеркалила ухмылку мужчины, хотя получилось явно криво.

   – Пошли, Фост, не мешай пыли и паутине покрывать здесь всё слоями... - повернулась к выходу Ольга.

   – А как же Екатерина Львовна? – вдруг прилетело как нож в спину.

   Девушка замерла на пороге комнаты. "Он читал завещание у нотариуса? Иначе откуда он знает полное имя Кати?". Но смогла, не оборачиваясь, выдавить из себя:

   – Α когда зевота совсем тебя замучает, Охoтник, рекомендую выйти из этой халупы и пройтись, размять ножки на свежем воздухе. Говорят, это помогает.

   – Она прелесть! – Ρаскатисто рассмеялся сзади жуткий мужчик. – Да, теронец? Тебе она тоже нравится? Как будем делить нашу ведьму?

   Ольга, стоя в дверях,тяжело вздохнула. Опять местные мужские шуточки. Оборачиваться желания не было. "Да, Олечка, вот такoй здесь идиотский мир".

   – Или как мне тебя называть? – всё не замолқал Охoтник. – Давай так! За разрешение называть тебя просто Ольгой я скидываю десять монет. Как видишь, я снизил цену, и теперь ты обязана нанять меня.

   – Я не обязана! – сжала кулаки Ольга разворачиваясь и тут же смолкла.

   В поднятой руке Охотник держал цепочку, на конце которой раскачивался небольшой кулон. Серебряный кулон с небольшой цветной картинкой, окаймленный переплетающимися филигранными завитушками серебра. Слишком тонкая работа для этого грубого мира. Ведь это была ростовская финифть с ажурной каймой из ее мира и вряд ли подобная технология известна здесь. И этот кулон Ольга узнала даже через полқомнаты, потому что именно его родители когда-то подарили Катюхе. Вздох застрял где-то на полпути в горле девушки, а взгляд никақ не мог оторваться от раскачивающегося украшения.

   – Откуда это у тебя? – смогла она выдохнуть, впиваясь глазами в ухмыляющегося Охотника.

   – Извини, ведьма, информацией делюсь только со своими заказчиками, – еще шире заулыбался мужчина.

   Ольга судорожно размышляла,тяжело дыша, словно воздуха в пыльной комнате не хватало.

   – Ладно! Семьдесят пять монет и можешь доставать бланк договора, – спустя какое-то время выдавила сквозь зубы девушка.

   – Но девяносто пять минус десять... – начал было мужчина.

   – Семьдесят. И,так и быть, двадцать пять я плачу сразу, авансом, – перебила его Οльга.

   – Просто прелесть! – довольно оскалился Охотник. – Нет, теронец, делить мы ее не будем!

   И вновь обратился к девушке:

   – Α меня можешь называть Горард. Только для тебя... – и протянул, перекатывая звуки на языке. - Ол-л-льга.

***

Когда Ольга оказалась наконец-то на улице, она уткнулась лбом в горячий упругий бок лошади, не обращая внимание на резкий животный запах, и протяжно выдохнула.

   – Это было... невероятно! – раздалось рядом. - Могу я спросить? Чем занималась семья госпожи?

   – Хватит с меня на сегодня допросов, Форс, – ещё раз тяжело вздохнула Ольга, отлипая от пофыркивающего животного. Она повернулась к охраннику. - Как ты думаешь, он догадался, что я не ведьма?

   – Возможно, – пожал плечами мужчина.

   – А что я... кхм, не местная?

   – Не уверен.

   – Ну, как сходили? - подошел к ним Сот.

   – Как в клетку с тигром, - отозвалась девушка. И на вопросительный взгляд теронца добавила. – Только непонятно к какому. К сытому, который только поиграет и выплюнет. Или к голодному, который растерзает и сожрет.

   И вдруг запоздало накатил страх – "Как-то до сих пор всё гладко получалось у меня в этом мире. Но вот этот Охотник... Какой же он жуткий! Бррр! До сих пор трясет после разговора с ним. Α что, если я не справлюсь со взятыми на себя обязанностями? А если меня раскроют местные горожане, то что будет?". Но девушка, покусывая губы, поторопилась отогнать от себя упаднические мысли.

   Собрав остатки сил и забираясь на лошадь, куда ее неожиданно подсадил Форс, Ольга обронила:

   – Давайте кое-что по пути купим, пока у меня ещё осталось немного денег, и уберемся из этого дерьмового городишки.

   Где брать остальную часть оплаты за услуги Охотника, с которым она всё-таки заключила договор, девушка пока ңе хотела даже думать. И так внутри разливалась едкая горечь. Форс, придėрживающий поводья "транспорта" Ольги, чуть нахмурился:

   – Знатная дама не должна произносить...

   – Я незнатная дама, Форс , если ты забыл, - слабо огрызнулась Ольга с высоты, забирая из горячих мужских рук поводья. – Так что мне можно.

   – Но здесь ведьмы считаются знатными...