прямо в глаза. – Не знаю, почему этот гад на Лес так взъелся, но с ним не договориться. Либо он. Либо мы.

– Думаешь, сдюжим? – без каких-либо эмоций в голосе спросила воительница.

– Должны, – твёрдо ответила лесная хозяйка. – У дивьев помощи попросим. Вряд ли им понравится, если у них над головой начнёт болото плескаться!

– Так ведь..ни мира ни войны? Не дружат они теперь с нами после Дарена!

– Пфф…– Ярха усмехнулась. – Мало что вождь ихний вякал. А уж с шаманом я как-нибудь договорюсь. Нам не нужно войско великое. А лишь посох огненный и тот, кто умеет с ним обращаться!

– А ежи? Я смотрю ты приберегла их после Битвы Лесов? – улыбнулась Сирина.

– Пяток всего. Зело полезные штуки, – ответила Ярха. – Надо попросить ещё с десяток, другой.

– А тот отвар…у тебя ещё остался? – осторожно спросила Сирина. Она хорошо помнила, как её накрыло во время обратного пути от Огненной купели к Утёсу. Не самые приятные воспоминания о том, как тебя рвёт на ближайший куст, а потом начинает крутить живот и…

– Остался конечно. Куда же теперь без него?

– Это хорошо, – тоскливо произнесла воительница. Ей крайне не хотелось переживать все те ощущения заново, но что поделать? Пускай и ненадолго, но отвар существенно увеличивал магическую силу, а значит, придётся его использовать. Иначе не победить.

Глава 14 Близится буря

Они с Ярхой говорили ещё довольно долго. И так и эдак прикидывали, как поступить? По любому выходило, что войско лесное собирать смысла нет. Мало кто из живущих в Лесу по Болоту умел ходить. Потонут там почём зря. Так что биться придётся малым отрядом.

Сирина уже собралась уходить, как снаружи раздался вой и клацанье зубов. То подали сигнал черепа-обереги, развешанные Ярхой на частоколе. Схватив боевой посох, старуха выскочила из избушки. Следом за ней ступила Сирина и обнажила клинки.

В сумерках было хорошо видно, как в глазных провалах черепов загорелось жёлтое, алое и зелёное пламя. Они скрежетали зубами и дрожали в ожидании приказа Ярхи взлететь с частокола и разорвать незваного гостя в клочья.

Повинуясь воле лесной хозяйки, калитка медленно отворилась. В пяти-семи шагах от неё на земле сидело чудное существо. Серо-зелёное, зубатое, с длинным и острым хвостом и треугольной мордой, оно чем-то напомнило Сирине диковинного зверя коркодила, которого она встречала в своих странствиях. Правда, та зверюга любила тепло и не могла пережить суровую зиму. Да и мощных кожистых крыльев у неё не было.

Коркодил издал звук, чем-то напоминающий хрип умирающей лошади.

— И откуда ты такой…взялся? — поинтересовалась Ярха. — Зачем?

В вертикальных зрачках зверя что-то мелькнуло. Клацнув пастью, он открыл её так, словно хотел разом проглотить Ярху, Сирину и избушку впридачу. Откуда-то из утробы зверя раздался глухой, нечеловеческий голос.

– Приветствую тебя, хозяйка Леса! Здравствуй, Сирина-воительница!

– Здравствуй…коли не шутишь, — старуха прищурилась. — Уж не сам ли Владыка Болота нам честь оказал? Я помню твой голос.

— Ты всегда была умна, лесная хозяйка…

– Хватит любезностями обмениваться! Я, чай, не красна-девица.

Коркодил фыркнул, словно чем-то подавившись и с лязгом захлопнул пасть. Потряс гребенчатой башкой и снова открыл.

– Вы видели сражение и смерть моего…собрата.

— Да откуда эта тварь вообще взялась на нашу голову. Чего она хочет?! – в сердцах произнесла Сирина.

Коркодил покосился на неё чёрным глазом с жёлтым вертикальным зрачком.

– Урзук. Так его зовут. Когда-то он был нашим Учителем…

Глаза зверя подёрнулись пеленой, словно он погрузился в воспоминания.

Дреньк! Ярха громко щёлкнула пальцами.

— Не спать! — велела старуха.

Зверь с обидой посмотрел на неё и продолжил.

— Много лет назад мы прибыли на эту землю в поисках нового знания и артефактов, оставшихся от погибшей страны. Нашли немало, но это изменило нас. Мы перестали быть людьми…

«Знакомая история, — подумала Сирина. – И почему каждый раз, когда людям становится доступно по-настоящему мощное колдовство, они перестают быть самими собой и перерождаются в нечто иное?»

— Больше всех изменился Учитель. Если мы просто хотели стать сильнее, то он возжелал бессмертия и сил равных божественным.

-- Постой-ка! Так это вы его в Озере Чёрном утопили?! – предположила Ярха.

– Он хотел использовать магию крови и принести нас в жертву! Та дыра в земле, откуда всё бил огонь, не давала ему покоя.

Сирина с Ярхой переглянулись, но ничего не сказали.

– И как вам удалось его одолеть? – поинтересовалась лесная хозяйка.

– Изучив древние заклятия и артефакты, Урзук стал неуязвим для любого оружия этого мира. Но мы нашли иномировой клинок и закляли его негасимым огнём и кровью сына Велеса. В этом нам помог лесной хозяин. Мы не убили Учителя, но заточили в хрустальной темнице на дне Озера.

– Так вот оно что…– медленно произнесла Ярха. – Вот почему этот Урзук на Лес так взъелся!

– Кхм. Все прямые потомки Велеса – мертвы. Негасимое пламя погасло. Урзук вырвался на свободу и хочет всех убить, – начала перечислять Сирина. – Может, вам не стоило, помогать Кощу и в битву Лесов вмешиваться? Глядишь, кто-нибудь из детей Велеса был бы сейчас жив. И заклятье бы ещё держалось.

Коркодил клацнул пастью и дёрнул хвостом. Наверное, так он показывал своё раздражение.

– Мы ошиблись… – нехотя признал он.

«Ему же тысячи лет. И такой бред несёт, – поразилась Сирина. – Как так можно?!»

– Ошиблись, так ошиблись. С кем не бывает, – покладисто согласилась Ярха. – Правда, один из вас помер, зато второй вот живёхонек. Пока что. От нас что хочешь-то?

Коркодил уставился на неё. Смотрел долго, вертикальные зрачки то желтели, то краснели, то вовсе становились прозрачными. Ярха взгляда не отвела.

– Есть на Болоте остров, – начал он медленно говорить. – Шагов полтораста в длину и около полусотни в ширину. В центре – руины Башни, которые были там ещё до нашего прихода…

Болотный зверь замолчал. Его глаза снова заволокла тень воспоминаний.

«Эдак мы до утра разговоры вести будем! – раздражённо подумала Сирина. – Совсем на своём Болоте разучились говорить по делу!»

Стоящая рядом с ней Ярха тяжело вздохнула. Похоже, эта беседа начала угнетать даже её, привычную к общению с замшелыми пнями.

Коркодил снова захрипел, затем смешно икнул и продолжил:

– Урзук идёт туда. Я могу его лишь ненадолго замедлить, но