Но тут же понял, что не решусь. Я представил, как большой, взрослый, в отглаженном костюме, сижу посреди двора на старом ковре, а кругом язвительно хохочут мальчишки.

Неловко улыбнувшись, я сказал:

— У меня не выйдет. Я уже большой.

— А как на нём летают? — вдруг требовательно спросила девочка с растрёпанной косой.

— Очень просто. Надо представить, что летишь, и он полетит…

— Ура! Я представил! — дурашливо заорал мальчишка с чёлкой и животом бухнулся на ковёр.

— И я! Ура! Мы тоже представили, — закричали остальные, и на ковре тут же выросла куча мала. Даже девочка с косой кинулась в свалку.

Только худенький мальчик в синей майке остался в стороне. Он сидел на деревянной колоде, обняв коленки и упершись в них подбородком. На миг мы встретились взглядами, но он тут же отвёл глаза.

— Эй, кончайте! Мне шею отдавили! Отпустите ногу! — раздавалось из кучи.

Потом кто-то самый находчивый крикнул:

— Сейчас мультики по первой программе! В шестнадцать двадцать!

Куча рассеялась. Бывшие борцы и болельщики кинулись по домам, к телевизорам. На меня они даже не оглянулись, только девочка на бегу крикнула:

— До свиданья!

Мне стало грустно. Я поглядел им вслед, а потом опять повернулся к ковру.

И увидел, что я не один.

Мальчик в синей майке не убежал со всеми. Он стоял у края ковра, тоненький и побледневший так, что его конопушки казались тёмными зёрнышками.

— Скажите… — начал он, и голос у него был какой-то виноватый и в то же время требовательный. — Скажите, пожалуйста… Вы пошутили? Да?

Я переглотнул от волнения и тихо сказал:

— Нет. Я не пошутил.

— Но так не бывает, — проговорил он негромко, но почти сердито. И глаза у него потемнели.

— Бывает, — сказал я, не отводя глаз.

Мы помолчали. Во дворе нарастала непонятная тишина.

— Не бывает… и всё-таки бывает? Да? — спросил он шёпотом.

— Да, — сказал я.

— И надо… просто представить, что летишь? — спросил он почти беззвучно.

Было тихо-тихо кругом, только еле слышный звон доносился из травы. Может быть, это звенели солнечные лучи или само лето.

Не отрывая от меня глаз, мальчик медленно встал на ковёр коленями. Потом сел. Отвернулся от меня, зачем-то погладил ковёр. Потом плавно вытянул над ним ладонь.

Ковёр приподнялся, замер на секунду в полуметре от земли и тихо заскользил над верхушками травы.

Мальчик негромко вскрикнул, скатился на землю, вскочил и со всех ног бросился ко мне. Он обхватил меня, прижался всем телом, и я почувствовал, как прыгает под майкой его сердце. Словно упругий мячик, с разгона влетевший в тесный угол и заметавшийся между стенок. Он отчаянно смотрел на меня, запрокинув лицо, и в тёмной глубине мальчишкиных глаз перемешались испуг и восторг.

— Не бойся, — сказал я. — Поверь мне, это не страшно.

Он улыбнулся, словно говоря: «Я понимаю. Но я ещё не привык».

— Смотри, он ждёт тебя, — сказал я мальчику.

Ковёр и правда ждал, опустившись на траву.

Мальчик вздохнул и толчком оторвался от меня.

— Шагай, не бойся.

Он постоял, кивнул. Заправил выбившуюся из-за пояска майку. И, оглядываясь на меня, пошёл к ковру-самолёту. Он шёл медленно, однако ни разу не остановился.

Я смотрел, как он идёт. Я немного завидовал: вся сказка была у него впереди.

Будь счастлив, мальчик.

Спасибо за чтение!

Другие книги доступны в библиотеке moreknig.org.