class="p1">Карту зарисовали.

Список кораблей сняли со стены целиком, не отделяя бумагу от деревянной основы. Механизм маяка оставили на месте, но заблокировали и опечатали.

В дальнем шкафу нашли запас черной смолы, растворитель для каналов, официальные флаги портовой службы и три формы для изготовления печатей.

Одна соответствовала Эстеру.

Вторая — старой службе смотрителей.

Третья была пуста, словно матрицу сняли перед бегством.

— Какую печать унесли? — спросила я.

— Возможно, ту, что использовали на письме инспектору, — ответил Риан.

— Или на распоряжении «Северной звезде».

Мы не нашли списка людей, работавших на маяке.

Только условные обозначения:

«Север».

«Писарь».

«Кормчий».

«Дом».

Последнее слово повторялось чаще остальных.

Возле него стояли пометки о доставке смолы, оплате лодок и сообщениях с Кайрна.

— «Дом» может означать гостиницу? — спросила я.

— Или торговый дом, — ответил Риан.

— Аркелей?

— Пока неизвестно.

На полу возле шкафа лежал обрывок письма. Большую часть сожгли, но сохранилось несколько строк:

«…хозяйка получила ключи…»

«…командующий оставил людей…»

«…журнал старика пока в доме…»

Письмо было недавним.

Оно описывало события после моего приезда.

— Они знали о ключах и журнале Эрдена, — сказала я.

— Кто-то сообщал с Кайрна.

— Или наблюдал.

— О новых ключах с моря не узнать.

Риан сложил обрывок в отдельный пакет.

— Информатор находится среди людей, имеющих доступ к гостинице.

Это было уже не предположение.

Слова на бумаге знали только люди под нашей крышей.

Мы спустились.

Тея закончила с ногой инспектора. Роуст лежал на носилках, бледный и мокрый от пота, но оставался в сознании.

— Перевозить можно? — спросил Риан.

— По спокойной воде.

— Ветер усиливается.

— Тогда тем более нужно уходить сейчас. Здесь нет условий для лечения.

— Второго человека не нашли, — сказал стражник.

Роуст повернул голову.

— Ушел до рассвета. Сказал, что заберет лодку с северной стороны.

— Тот, кто прыгнул в воду?

— Возможно.

— Имя слышали?

— Они называли друг друга только условными словами. Один — «Кормчий». Второй — «Север».

— Кто из них ушел ночью?

— «Север».

— А беглец?

— По росту мог быть «Кормчий».

— Значит, оба ушли.

Роуст закрыл глаза.

— «Север» отправился предупредить человека на Кайрне.

Я опустилась рядом.

— Какого человека?

— Не знаю имени. Они говорили «наш в приюте».

— Точно?

— Да.

— Что еще?

— Что хозяйка доверяет ему и не проверит первой.

Слова ударили сильнее, чем я ожидала.

Не просто человек среди работников.

Кто-то, кому я доверяла.

— Вы слышали описание? — спросил Риан.

— Нет. Только что он уже предупредил о находке журнала и новых замках.

— Когда?

— Вчера вечером. «Север» получил сигнал зеркалом с Кайрна.

Мы посмотрели на верхний этаж.

Ложный маяк использовался в обе стороны.

Кто-то с острова передавал отсюда сообщения на Кайрн.

А человек в Штормовом приюте отвечал.

— С какой точки мог идти сигнал? — спросила я у Эрдена.

Он вышел наружу и осмотрел горизонт.

— С северной башни. Со старой мастерской. С верхнего окна гостиницы. Если использовать зеркало — почти с любой высоты.

— Вчера все окна были опломбированы.

— Не все окна третьего этажа. Только доступные комнаты и первый этаж.

Восточное крыло оставалось частично закрытым.

Чердак имел слуховые окна.

Мастерская Далена стояла отдельно и не находилась под постоянной охраной.

Слишком много возможностей.

— Продолжим на Кайрне, — сказал Риан. — Сейчас нужно уходить.

Погода менялась быстрее прогноза.

Когда мы вышли из башни, ветер уже сгибал кусты к земле. Над морем висели темные облака. Патрульное судно качало даже в защищенной бухте.

На острове оставлять людей было опасно.

Мы забрали все переносимые документы, кодовые диски, печати, образцы масла и обрывки писем. Сам ложный маяк опечатали тремя знаками: береговой стражи, портовой палаты Роуста и моим.

Вход укрепили цепью.

Это не остановило бы человека с инструментами, но показало бы вскрытие.

Роуста перенесли на корабль первым.

Тея устроила его в нижней каюте, закрепив носилки ремнями. Пострадавшего стражника с ушибом посадили рядом.

Последними вернулись Риан и двое людей, проверявших северный берег.

— Следов второй лодки нет, — сказал он. — Но на камнях нашли свежий канат и царапины. Ее забрали не больше часа назад.

— Куда могли уйти?

— За островом течение ведет к северной цепи. Там десятки мест, где можно спрятаться.

— Погоня?

Риан посмотрел на облака.

— В такую погоду мы потеряем инспектора и доказательства ради шанса найти лодку.

— Значит, возвращаемся.

— Да.

Судно вышло из бухты Роэна около полудня.

Кайрн находился меньше чем в двух часах пути.

Через сорок минут мы перестали видеть берег.

Туман пришел вместе с дождем. Ветер резко повернул с восточного на северный, ударяя в правый борт. Команда убрала верхний парус, затем часть переднего.

Риан стоял у рулевого.

— Держать юго-запад!

— Компас уходит, — ответил кормчий.

Стрелка дергалась.

Магнитные рифы Кайрна влияли на прибор раньше, чем ожидалось.

— До острова еще далеко, — сказал один из рыбаков.

— Нас сносит южнее, — ответил Риан. — Мы ближе к внешней дуге.

Дождь усилился.

Видимость сократилась до нескольких десятков шагов. Волны стали выше, но главная опасность была не в них.

Мы потеряли точное положение.

При обычном возвращении кормчий ориентировался по вершине Кайрна и башне. Теперь не было видно ни того ни другого. Старые карты не учитывали часть подводных камней. Компас врал.

— Можно ждать в открытой воде? — спросила я.

— Если отойдем достаточно далеко от рифов, — ответил Риан. — Но инспектору нужна гостиница и лекарское оборудование.

Тея появилась на палубе, держась за поручень.

— Роуст снова теряет сознание. Пульс слабый. Я не хочу держать его в качке еще несколько часов.

— Кровотечение?

— Внутреннего не вижу. Скорее обезвоживание, боль и удар по голове.

— Выдержит путь до Большого Берега?

— Нет. Кайрн ближе.

Риан посмотрел в туман.

— Нужно найти внешний знак.

— Он не работает, — сказал Эрден.

— Один узел восточной дуги отзывался Камню.

Я почувствовала теплое покалывание в левой ладони.

Сначала слабое.

Потом сильнее.

Сеть находилась рядом.

Не вся линия. Только один старый знак, в котором сохранилось остаточное напряжение.

— Здесь есть узел, — сказала я.

Риан повернулся.

— Насколько близко?

— Не знаю. Дар не показывает расстояние точно.

— Направление?

Я закрыла глаза.

Под ногами двигалось судно. Ветер и вода мешали сосредоточиться. Но среди беспорядочного давления ощущалась одна ровная точка.

Слева от курса.

Ниже по ветру.

— К востоку от нас.

Эрден развернул старую карту.

— Если это крайний узел восточной дуги, он стоит на каменной платформе возле прохода Ласточки.

— Проход безопасен? — спросила я.

— Только при работающем сигнале. Без него легко принять один риф за другой.

— Можно активировать знак локально?

Эрден задумался.

— На платформе должна быть сервисная пластина. Она предназначалась для проверки без центрального Камня.

— Запас силы?

— Сам знак накапливает небольшое напряжение прилива. Хватит на огонь.

Риан посмотрел на меня.