Изумлённая Кэсси оторвала взор от главы СИБа и рискнула развернуться вполоборота, доверившись спокойному фону растений: ничего чересчур ядовитого вокруг главы пока не распыляли. Потенциальные невесты готовились к направленному воздействию, а его трудно произвести, когда намеченная жертва быстро скользит мимо, учтиво раскланиваясь на ходу. Кто придумал приравнять приворот к честной дуэли?! В честной дуэли никогда не выходят в одиночку против сотни противников разом!

Сосредоточившись на стоящих перед ней молодых магинях, Кэсси изобразила вежливый поклон (узкая форменная юбка не предполагала книксенов и уж тем более реверансов). Ей ответили с той же учтивостью, приветливо улыбнувшись и радостно поздоровавшись. Примечательно, что платья дочерей Кэшвелла, практически единственные в зале, не были украшены ни цветами, ни зелёными веточками: у старшей матово блестела на шее жемчужная нить, у младшей — золотая цепочка с кулоном.

— Восхищена вашей статьёй о способах разведения драконовидных пульсаров и монографией о баюн-траве, — затараторила младшая девушка, лет шестнадцати на вид, как только были произнесены все положенные при знакомстве вежливые фразы. — В следующем году я заканчиваю обучение в пансионате и намерена поступать к вам, на факультет магического растениеводства.

— Магиня-аристократка — садовод? Пожалейте ректора! — вырвалось у Кэсси. Её начальство зашлось хохотом, сделав вид, что закашлялось в кулак, и она поспешила исправиться: — Впрочем, если после окончания курса к вам перейдёт моя мантия преподавателя, он будет только рад.

Младшая дочурка Кэшвелла искренне заверила, что вовсе не намерена составлять ей конкуренцию и лишь мечтает учиться у профессионала высокого класса, а старшая дружески улыбнулась и сказала:

— Лорд Дэкет не так уж плох. У него весьма консервативные родители, оценивающие всех исключительно по родословной и уровню магического дарования, но господин ректор умеет признавать заслуги и ум людей независимо от их происхождения. Его рецензию на вашу статью о пульсарах, опубликованную в еженедельнике академии, можно смело назвать хвалебной.

«Признавать ум и заслуги простолюдинов он и впрямь умеет, а вот мириться с признанным у него выходит куда хуже», — подумала про себя Кэсси, но, разумеется, промолчала. И вовсе не потому, что предмет беседы уверенно шагал к ним через толпу, смотря на старшую дочь Кэшвелла загоревшимся взором. Уже на подходе Дэкет опомнился, что сверлит девушку чересчур откровенным взглядом, и перевёл его… на Кэсси, разумеется!

— Не успел перехватить вас после окончания зачёта по курсу выживания в диком лесу, и, пользуясь случаем, прошу вас утром понедельника заглянуть ко мне до начала занятий. Хотелось бы разобрать пренеприятный случай с тем самым драконовидным пульсаром, о котором вы пишете столь прекрасные статьи, — произнёс ректор, галантно поцеловав магиням руки и сухо кивнув своей сотруднице.

— Что за случай? — заинтересовался глава Магпотребнадзора, а его дочери навострили ушки.

— Один пульсар, растущий в отдалении от общего поля своих соплеменников, оказался безжалостно сожжён и растоптан кем-то из студентов! — гневно вспыхнула Кэсси.

— Мы не знаем обстоятельств дела, никто инцидента не видел, возможно, у студента имелись веские причины для расправы, — высказался ректор.

— О да, вероятно, драконовидный пульсар, подобрав корешки, гонялся за ним по всему лесу, пытаясь прикончить шквалистым огнём! Пульсары — не перекати-поле, они не способны перемещаться и мирно растут на одном месте, никого не трогая, пока не заденут их самих.

— Не начинайте крестовый поход против ненавистников зелёных монстров, — поморщился ректор. — Довольно того, что кто-то уже почтил прах почившего дождём из зелёных листьев и цветочных бутонов.

— Каких листьев и бутонов? — нахмурилась Кэсси. В последнее время она несколько нервно реагировала на сообщения о где-то рассыпанных обрывках растений: невольно начинала волноваться, где ещё успела наследить.

— Не слышали последнюю новость? Место расправы с пульсаром усеяли красными цветами. Я сам их не видел, но ваши ассистенты заверили, что растения широко распространённые, наверняка такие найдутся и здесь, на платьях дам.

Широким жестом обведя собравшийся бомонд, ректор академии пригласил старшую дочь Кэшвелла на первый танец — церемониймейстер уже попросил освободить центр зала. К младшей тоже подлетел черноглазый юнец — и Кэсси осталась стоять с главой Магпотребнадзора, столь же хмурым, как она.

— Не нравится мне история с цветами и листьями, — пробурчало начальство, — ты бы глянула на состав «погребального букета». Опасаюсь, список окажется нам знаком и совпадёт с тем, что составила ты при осмотре подземного хода под дворцом.

«Вряд ли. Никто из посторонних не может знать, какие цветы я вынесла из королевского питомника, а контора секретные материалы хранит свято и надёжно», — подумала Кэсси и нахмурилась: отчего кажется, что она упускает из вида какую-то мелкую деталь?

Бал открывал глава имперской безопасности, и все затаив дыхание ожидали его выбора партнёрши для танца.

Лорд Левитт, устроившийся рядом с венценосным кузеном, расправил плечи, пригладил волосы, одёрнул парадный мундир… Девушки замерли, не давая ответа тем кавалерам, что уже стояли рядом с ними. Глава СИБа прошёлся по возвышению, на котором восседал король, и пригласил на первый танец свою престарелую тётушку — вдовствующую королеву! Знак уважения, встреченный разочарованным стоном женской половины зала.

— Эдак у нас все магини с бала разбегутся, а мы ещё не изучили, кто с каким цветочным украшением явился и где его взял, — хмыкнул Кэшвелл и ушёл подгонять гвардейцев.

Ах да, безопасники разыскивают тех, кто как-то связан с подпольным питомником Лиеры и, вероятно, имеет свой собственный тайный рассадник магической флоры. Заиграла мелодия вальса, и Кэсси позволила себе немного расслабиться на службе: вдовствующая королева семидесяти восьми лет отроду точно не нападёт с приворотом на родного племянника. Судя по вежливо-отрешённому лицу Левитта, ему грозила только длинная нотация о правилах выбора достойной невесты. Что ж, от нравоучений она его защищать не обещала.

К танцующим присоединились кронпринц с дочерью эмира и его высочество Стэн с неведомой Кэсси девицей миловидной внешности. Стэн сиял обаятельной улыбкой, что-то вкрадчиво шептал партнёрше и прижимал её к себе сильней, чем допускали приличия во время танца. Девушка краснела и сияла счастьем, а вот в лице своего студента Кэсси рассмотрела разочарование, как при неудачной попытке изготовить качественный компост магическими методами. Младший принц констатировал, что отклика в его теле девушка не вызывает и поиск диверсантки, похитившей его верность, придётся продолжать. Тем не менее, он оказывал партнёрше по танцу повышенное внимание, и Кэсси подумалось, что если