Самое забавное в этой истории заключается в том, что дурачок Спрейтцер всё это время продолжал оставаться в тюрьме. Ведь никто и не подумал отпускать его под залог…

Это было до такой степени неожиданно, что на какое-то время вызвало всеобщую растерянность. Следствие держало в руках убийцу и фактически само же освободило его! Посрамление было великим, и горечь от содеянной глупости была тем горше, что информация о разоблачении «бригады смерти» уже просочилась в средства массовой информации…

Впрочем, растерянность не продлилась долго. В целом члены следственной группы склонялись к мысли, что долго бегать от Закона Робину Гечту не удастся — у него не было для этого необходимых финансовых ресурсов, знакомств, да и опыта тоже. Между тем фактом своего побега он дал важную информацию против самого себя, и этим следовало воспользоваться. Всё-таки в руках правосудия всё ещё оставался его подельник, а значит, работу по сбору доказательной базы не следовало прерывать.

И вот тут следователям неожиданно повезло. Во время «выводки» Спрейтцера в район мотеля «Brer rabbit», того самого, неподалёку от которого было найдено тело Линды Саттон, к полицейскому детективу из группы сопровождения обратился один из работников мотеля, сообщивший о том, что он узнал человека в наручниках. И вовсе не потому, что видел его фотографию в газете, а совсем по другой причине — Эдвард Спрейтцер жил в этом мотеле весной 1981 г. Надо отдать должное профессиональной памяти администратора, но не это воспоминание оказалось самой интересной частью его рассказа — мужчина уточнил, что Спрейтцер жил не один, с ним было ещё несколько молодых мужчин. По предъявленной фотографии он опознал Робина Гечта — и это было очень интересное уточнение! Это открытие означало, что Гечт проводил много времени в окрестностях Чикаго. Но кроме Гечта и Спрейтцера в компанию входили ещё двое… Свидетель не помнил их имён, однако он запомнил кое-что поважнее — перед тем, как покинуть мотель, неизвестные дружки оставили адрес, на который следовало пересылать почту. Казалось невероятным, что адрес сохранится, ведь с той поры минуло более полутора лет, но, покопавшись в старых записях, администратор отыскал клочок бумаги с нужным адресом.

Разоблачение группы серийных убийц вызвало огромный интерес средств массовой информации, которые в конце 1982 года внимательно следили за ходом расследования.

Чудеса на этом не закончились. Боясь поверить в собственную удачу, бригада полицейских выехала по указанному адресу. Шанс отыскать там таинственных незнакомцев казался невелик, ведь за истёкшее время они уже не раз могли сменить место проживания, но… чудеса всё-таки бывают. Детективам открыл дверь молодой человек, сразу же признавшийся, что он жил в мотеле «Brer rabbit» и действительно оставил там этот адрес. Этим молодым мужчиной оказался некий Эндрю Кокорейлес (Andrew Kokoraleis), не состоявший до того на учёте в полиции и ни разу не замеченный в чём-то предосудительном. 20-летний Эндрю имел старшего брата Тома, сверстника Эдварда Спрейтцера, но его не было в тот момент дома, поэтому Эндрю пришлось выдержать первый психологический удар в одиночку.

Эндрю доставили в городское управление полиции и подвергли беглому допросу. Строго говоря, задержанному нечего было инкриминировать — против него не имелось никаких улик или свидетельских показаний. Поэтому при допросе ставка была сделана на психологическое давление с последующим предложением пройти проверку на полиграфе — предполагалось, что если Кокорейлес её провалит, что это даст хоть какую-то зацепку против него. В принципе, всё так и получилось — Эндрю сначала бодро отвечал на все вопросы детективов, отрицал какую-либо связь с «чикагской бригадой смерти», утверждал, что незнаком с Гечтом и Спрейтцером… в общем, демонстрировал нежелание в чём-либо сознаваться. Но когда ему предложили пройти проверку на «детекторе лжи», он с радостью ухватился за это предложение, рассчитывая, видимо, что на этом его пребывание в полиции закончится (как же бедолага ошибался!).

Эндрю провалил проверку на полиграфе, и данное обстоятельство, по-видимому, лишило его душевного равновесия. Чрезвычайно разволновавшись, он вдруг стал рассказывать о совершённых преступлениях и наговорил такое, что детективы испытали повторное (после показаний Спрейтцера) изумление. Кокорейлес признал многочисленные факты убийств женщин, сбиваясь и путаясь, принялся сообщать просто-таки омерзительные детали, рассказывать, как они резали плоть похищенных женщин обычными и консервными ножами, опасными бритвами и даже крышками консервных банок. Из предъявленных ему на опознание фотографий возможных жертв он сразу же выбрал Лоррейн Боровски и Роуз Бэк Дэвис. Последняя, по его словам, оказала им отчаянное сопротивление. Также сильно сопротивлялась и Лорри Боровски, которую он — Эндрю Кокорейлес — похищал вместе со своим старшим братом Томом. Это утверждение ещё более озадачило детективов, ведь похищение Лорри Боровски первоначально приписывал себе Эдвард Спрейтцер (совместно с Гечтем) и даже описывал его с подробнейшей детализацией! Кокорейлес же, однако, взахлёб продолжал свой рассказ и не забыл упомянуть о том, что ударом ноги забил в ректум Сандры Делавэр пустую винную бутылку. Эта деталь полностью соответствовала зафиксированным травмам погибшей.

Эндрю Кокорейлес оказался чрезвычайно удивлён собственным арестом. Как казалось ему самому, он очень ловко отвечал на все вопросы детективов и сумел отбиться от всех подозрений. Реальность, однако, оказалась не столь радужной…

Понятно, что после таких показаний Эндрю и его братишка Томми уже никак не могли остаться в стороне от расследования. Когда старшего брата разыскали и доставили для допроса, тот запирался недолго. Узнав о том, что младший брат «раскололся», Томми сделал верные выводы и молчать не стал. Однако он рассказал о таких деталях, которые вновь перевернули всё расследование и направили его в самое неожиданное русло.

Томми Кокорейлес хотя и был старше Эндрю, оказался начисто лишён живости ума последнего. Скажем прямо: он был туповат. Однако его тупости хватило на то, чтобы признать своё участие только в двух случаях нападений и убийств женщин, но при этом он дал довольно неожиданное объяснение своим действиям. По его словам, Робин Гечт обладал огромной бесовской силой, Сатана наделил его большой властью над людьми, и Гечт был способен влиять на будущее. Более того, сопротивляться его воле было попросту выше человеческих сил. «Не смотрите ему в глаза!» — предупредил полицейских Кокорейлес-старший, — «Только не смотрите ему в глаза!» Поначалу детективы решили, что Томми ломает комедию, симулируя шизофрению на почве религиозной одержимости, но довольно скоро стало ясно, что обвиняемый вовсе не собирается строить защиту на собственной невменяемости. Продолжая рассказывать о сатанинской одержимости Гечта, Кокорейлес-старший поведал детективам о том, что на чердаке дома Гечта в Менарде находится особое «святилище», в