Куратор

15 июня 13778 года

На дне Прозрачного водоема, сидя рядом с многомерным разумом, принявшим облик дружелюбной взрослой женщины, Ариэль и сам совершил взрослый поступок, то есть задал неудобный вопрос.

– Ингрид, – сказал он, – я должен тебя спросить… и прости, если это невежливо. Ты дракон?

Ингрид спокойно глянула на него и ответила:

– Была им.

Вот так просто, как вы могли бы сказать: «Я была замужем» или «Я когда-то жил во Флориде».

Ариэль медленно кивнул:

– Моя приятельница Дурга – я тебе про нее рассказывал – это вычислила.

– Что твоей приятельнице до драконов?

Ариэль вздохнул, вертя в пальцах стебелек травы:

– Она хочет свергнуть драконов. Но они, наверное, твои друзья.

Ингрид помотала головой:

– Они были моими товарищами, но никогда не были друзьями.

Она протянула ему пакетик с чипсами. У Змии здесь, в парке ее разума, они всегда были суперхрустящие.

– Я не поддерживала подавление антов. И Сумерки тоже. И Сангреаль не поддерживал. Однако чувства у меня были сложные… в сорока трех миллионах измерений все сложно. – Она поглядела вдаль. – Я с самого начала была несчастна, а со временем моя тоска сделалась невыносимой. На Луне, в цитадели, которую построила Сидераль, где Барбуз вечно подслушивает и подглядывает… Я помогу тебе это представить. Собор паранойи, дом с привидениями, лабиринт извилистых переходов, неотличимых один от другого; исполинская обсерватория, чье бдительное око постоянно всматривается в жуткую тьму; корабль… да, по-прежнему во многих смыслах корабль, где команда вечно грызется на забытом мостике. – Ингрид вздохнула. – Мне хотелось иметь свою комнату.

Мальчик кивнул. Когда брат перебрался в казарму, Ариэль скучал, но при этом чувствовал, что места стало больше – не в комнате (она была все такой же крошечной), а в воображении.

– В цитадели я бы не выжила.

– Ты покинула Луну, – сказал Ариэль, и внезапно Луна стала для него не плоским ночным светилом, а местом, таким же реальным, как скалы Вирда.

– Да – совершила большой космический прыжок. Ничего сложнее мне не случалось делать ни до, ни после. Дракон – всего лишь информация, слабая, как призрак. Я соединена с физическим миром через мельчайшее устройство – у тебя в сравнении со мной тело носорога!

Змия рассмеялась, но Ариэль едва дышал.

– Как тебе это удалось?

– Я тайно спланировала побег. Мне нужен был корабль, который бы меня перенес. Я не создана творить физические предметы, как Сидераль… даже сделать одну молекулу было тяжелым трудом. Это заняло сто лет. Однако моя маленькая… капсула… сработала. Я прыгнула с Луны, целясь сюда, на эти скалы, потому что приметила их сверху и думала, что буду жить одна… но пришли ученые. Они нашли струйку воды, вытекающую из щели в скале, где лежала я. Построили колодец и университет, и с тех пор мы живем вместе.

– Ты себя спасла, – сказал Ариэль.

– Не знаю, спасла ли. Кем бы ни была та драконица на Луне, я не она. С учеными я стала чем-то новым. Мы создали меня вместе. – Она мягко глянула на Ариэля. – Так что, как видишь, я оставила драконов позади. Скажи своей приятельнице Дурге, пусть не огорчается, если я ее разочаровала. – Ингрид развела руками. – Я – это всего лишь я.

После ежедневного урока с Лаврентидой – введение в сорок седьмое измерение (едкость) – Ариэль позвал Дургу прогуляться вдоль береговых скал.

Он передал слова Змии. Каждое слово, которое мальчик припомнил, распаляло костер Дургиного интереса. Когда Ариэль закончил, она попросила его пересказать все еще раз с начала.

Ее глаза горели жарко и голодно.

– Меня учили, что если потенциальный агент отказывается, то сразу. Опаснее всего был первый вопрос.

– А была опасность?

– Конечно. Мы не знали, что она настолько отдалилась от других. Она могла известить о нашем открытии остальных драконов, и те отрядили бы рои убийц-охотников, настроенных на нашу ДНК. Или прихлопнули бы университет.

– Ты не сказала мне… про… рои…

– Не важно. Теперь тебе надо ее направлять, но мягко. Пусть думает, будто рулит она.

– Что такое «рулит»?

Дурга пропустила вопрос мимо ушей.

– Нам сказали, что драконы разделились. И путь Мэлори начался отсюда. Я думала, что тогда с фирмой все запорола… да, там я все запорола. Но в итоге мы попали сюда и добыли куда лучший улов.

Дерзостью было назвать дракона «уловом», но Ариэль не испытывал священного ужаса перед драконами. Он вообще к ним особых чувств не питал. Для него они были абстракцией. Он не изведал их ярости.

Дурга глянула на него.

– Ты должен завербовать Усаги, – сказала она. – Я бы сама это сделала, но мне до нее не добраться. Так что действовать будешь ты. Я стану ее куратором, а ты – связным. Мы сделаем Змию нашим агентом.

– Я не могу завербовать дракона! – воскликнул Ариэль. – Я никого не могу завербовать.

– Чепуха. Ты завербовал Барыжника и Кловиса. Без них я бы и сейчас спала. Ты завербовал Агассис, которая привела нас сюда. Ты мог бы завербовать фирму, если бы я не влезла вместо тебя.

Последние слова Дурга произнесла недрогнувшим голосом.

– Дракона не надуришь, – продолжала она. – Так что тебе придется быть честным. Расскажи ей про наш путь. Расскажи про меня. Все, что она захочет узнать. Выясни, чего она хочет.

Дурга стояла на краю берегового обрыва и смотрела на океан. Солнце висело низко над горизонтом, багровое, как нарыв, за ним гнался яркий месяц. Девочка набрала полную грудь воздуха и, думаю, вдохнула калифорнийское чувство.

– Мы только-только во всем разобрались, – сказала она. – Я имею в виду, разобрались, как жить. Это был конец начала, после стольких мучений. Невероятное время… родители мне рассказывали. Мой отец был певцом, до драконов, а песни – такое невозможно подделать. Оно получается, только если от сердца. Песни говорили, что возможно все.

Она резко повернулась к нему.

– Ариэль, я поставлю тебе фильмы, и ты узнаешь, как рулят! И про велосипеды, и про чечетку, и про кунг-фу. Ты увидишь Сан-Франциско! Это все принадлежит тебе. Ты тоже человек. – Дурга трепетала от волнения. – Ты должен ее завербовать!

Конец лета

15 июня – 23 сентября 13778 года

Теперь Ариэль быстро добирался до коврика для пикника. Он вбегал в разрушенный чертог, отыскивал нужный ракурс и проскальзывал внутрь. Новый тайник взамен оставшегося в Соваже.

Каждый день Дурга отправляла его с вопросами. Он сразу честно сказал Змие, что последняя дочь антов хочет ее завербовать. Ингрид рассмеялась