меня с другими драконами, пока только с двумя. Теми, кого она считала близкими друзьями. Они приходили по отдельности к нам на чашечку мицу. Это любимый напиток из трав, которым угощала драконица особых гостей. Вкус у него был очень необычный и бодрящий. Мицу надо пить из маленьких чашечек, цедить по капельке, катать на языке, чтобы прочувствовать его оригинальный вкус, и уважить гостей. Этот напиток был из другого мира, там росли необычайно редкие травы, которые не во всех мирах можно найти, и собирались они во время цветения раз в десять лет в определенный сезон. Поэтому и ценился он очень дорого. А еще он был очень сложен в готовке. По правилам все травы срывала, заготавливала и просушивала, а также хранила в специальных ёмкостях сама хозяйка или хозяин дома. И даже сервиз, в котором подавались мицу, тоже делал хозяин дома сам, своими руками. Находил глину в горах, где росли эти травы, просеивал, создавал чашечки, заварник, и туясок для хранения трав мицу. Хельвира мне пояснила, что мицу на драконьем языке означает напиток для гостей.

Драконы вели себя предельно вежливо. Я даже ощутила себя рядом с ними этакой необразованной хабалкой, что обе встречи сидела, словно кол проглотила. И единственное, о чем могла думать, так это, только о своей осанке и как бы не выпить полностью мицу до конца беседы. Кстати, мицу у Хельвиры действительно был очень вкусным и необычным. Я бы и больше выпила, но по правилам было не положено выпивать больше этой крохотной чашечки. А саму беседу поддерживала Хельвира. У неё это было настолько естественным, будто она родилась с этой чашечкой сразу в руках.

После этих встреч я чувствовала себя вымотанной и уставшей, словно несколько смен без выходных отработала в забегаловке на краю города, в котором выросла. Но говорить драконице о своих проблемах не хотела. Все же это были её близкие друзья, с которыми она не одно тысячелетие знакома… И уж менять их традиции, которые они придумали тысячелетия назад, не собиралась.

Хорошо, что эти встречи проходили раз в месяц не чаще, и до следующей у меня была большая передышка.

С Талем, точнее с достопочтимым господином Хурсом Талием из клана Хельвиры (да драконица не заморачивалась, она так и назвала свой клан — Хельвира) я тоже познакомилась. Но знакомство было не очень долгим. И слава местным богам. Цедить мицу в течении часа, при этом держать осанку и качать головой в нужный момент, не сболтнув какую-нибудь глупость — то еще испытание.

Иногда Хельвира устраивала мне путешествия в мир людей на какие-нибудь театральные представления, в кино или просто праздники. Да-да у потомков драконов был развит кинематограф. И вообще у них было очень много технологий, почти как в нашем мире. Подобие сотовых телефонов, подобие компьютеров, электромобили, летающие аппараты. Все эти вещи были на солнечных батареях и умудрялись потреблять очень мало питания. Все технологии были экологически чистыми, и воздух не загрязняли.

— Приютов и брошенных детей в нашем мире не существует. Дети — это благо, потому что родить можно не больше двух. А если не успел до тридцати пяти, или не смог по каким-то причинам, значит уже больше их у тебя никогда не будет, — рассказывала мне в очередной раз Хельвира о мире людей.

— А процедуру омоложения все проходят? — продолжала я закидывать её вопросами.

— Да, она обязательна для всех.

— А как вы мужчин контролируете? Они ведь могут скрыть своих детей?

— В этом плане конечно же сложнее, но женщина точно больше двух родить не сможет, а мужчина официально усыновить или удочерить больше двух. К тому же за этим вопросом следят внутри клана. Не допускаются близкородственные связи, и дети без браков. Женщины до брака и рождения детей берегут свою честь. А после тридцати восьми уже зависит от них самих или их отношений с мужем.

Мы еще много тем с драконицей обсуждали. О разводах, о связах на стороне. Оказывается, если семья распадалась, то женщина возвращалась в свой клан и её принимали назад с радостью. Иногда женщины возвращались домой, когда муж погибал, или становились слишком старыми, а в чужом клане о них не хотели заботиться. Ситуации разные бывали и до сих пор бывают. Связи на стороне не запрещены законами, но это не значит, что среди людей не бывает ревности. И даже из-за ревности происходят убийства и другие преступления. Правда очень редко.

Мир, который они построили не был идеальным, но в теории мне он нравился больше, чем тот в котором я выросла. На Земле дети были никому не нужны. Их было слишком много, они взрослели и бесконтрольно рожали таких же никому не нужных детей. А потом начинался голод, различные эпидемии, войны… В мире моей матери тоже не все было правильным. Они жестко контролировали своих потомков, диктовали им правила и особые законы. Для них их потомки навсегда оставались маленькими детьми, а драконы для своих детей были строгими родителями.

— Это тоже не правильно… — однажды высказала я Хельвире, когда она в очередной раз рассказывала мне о том, как жестко они контролируют людей.

— А как правильно? Может, как у демонов в Инферно? Или ты думаешь, что в других мирах, как-то иначе? Мы многие тысячелетия боремся за то, чтобы наши потомки жили в мире и согласии, и были счастливы. Чтобы не было болезней, голода и войн, чтобы дети были желанными. О, — она зло усмехнулась, — ты не представляешь, как они сейчас любят своих детей, как они забоятся о них бережно, ведь каждый на особом счету.

— Прости, я просто… — смутилась я такой бурной реакции драконицы. Все же она редко так эмоционально высказывалась.

— Ничего, — Хельвира улыбнулась. — Это ты прости. Я давно не общалась с такими молодыми девочками, как ты… Все как-то с ровесниками, ну или с главами кланов, а они больше прожили, многое сами повидали.

— А как же мой отец? Ему же восемнадцать было, когда вы познакомились…

— Пати… — драконица ласково улыбнулась, вспоминая что-то очень светлое, — с ним мы о таких серьезных вещах не разговаривали, он ведь не знал, кто я.

— Так ты ему не говорила?

— Нет, — Хельвира покачала головой. — Мы не показываемся просто так своим потомках и о том, как мы выглядим знают только главы кланов и их заместители. Поэтому твой отец понятия не имел с кем встречается. Он считал меня дочерью одного из своих клиентов. Я от имени отца, якобы заключала договор с изобретателем. Пати