даже плечи не были шкафоподобными, однако ощущения огромности это ни в коей мере не снижало. От груди к спине он был даже шире, чем от плеча к плечу. Такая мощь бугрилась, что выдержать ее мог только свитер. Казалось, от этой мощи тело клонится к земле и лишь чудом не проваливается под пол. Невольно вспоминался богатырь Святогор, который мог стоять только на Святых горах, потому что мать сыра земля не держала его тяжести. Шея была как дуб. Ноги – как древесные корни. Лицо с хитрыми маленькими глазками. Короткий нос, маленькие уши, и челка до середины низкого лба.

– Он поднял меня одной рукой! Держал на весу и преспокойно ел мой сухарь! На такое не способен ни один человек! – выдохнул Макар, растирая шею.

– А Ворчало и не человек. Ворчало медведь! – охотно объяснил Карл I Английский. – Год назад я встретил его в банке, когда платил за свет. Никто не подозревал, кто он на самом деле. Все считали, что он охранник, потому что на нем была форма! Только я сразу заподозрил, что не все так просто!

– Как?

– Посмотрите, какое широкое лицо! Какие громадные запястья! Он сидел как статуя, смотрел в стену и за полчаса ни разу не шелохнулся! Другие охранники хоть шевелились, хоть вставали, а этот только изредка моргал. И при этом ему не было скучно! И тогда я кое о чем стал догадываться… Я сбегал в соседний магазин и вернулся с баночкой меда. Я показал ему баночку издали, и он сразу оживился. В глазах у него мелькнуло понимание. Они зажглись – эти маленькие лукавые глазки! Он сразу оживился, осознал, что разоблачен, и я почувствовал, что он даже рад этому! Я вышел из банка, издали показывая ему баночку с медом, и он пошел за мной!.. Теперь мы с Ворчалом всегда вместе! Мы открыли эту фирму и купили «Мерседес Спринтер». Ворчало умница!

И обладатель вандейковской бородки почесал медведя за ухом.

– Р-р-р! – отозвался бывший банковский охранник.

– Он хочет меда! У Ворчала будет мед! Вот и пчелки прилетели! – заверил его Карл I, показывая на золотых пчел.

Маленькие глазки заблестели.

– Ворчало очень умный, – продолжал Карл Английский. – Только не советую позволять себе никаких шуточек, особенно про медведей. Тут один при нем выругал Винни-Пуха. Разумеется, он не подозревал, что Ворчало не дает своих в обиду. Еле-еле человеку удалось скрыться. Естественно, услугами нашей фирмы он больше не пользуется, а ведь был постоянным клиентом. Деньги нам приносил. Что же ты так, Ворчало, не сдержался, а?

Медведь печально вздохнул и почесал себя за ухом. При этом движение, которым он чесался, было таким, словно рука его завершалась не пальцами, а мощными когтями.

– Да так вот… – произнес он невнятным, но абсолютно человеческим голосом.

Рина жалобно посмотрела на Даню.

– А что тут такого? – прошептал тот. – Каждый миражист проживает две параллельные жизни! Одна истинная, другая внешняя. Причем они не особенно друг другу и мешают. Если Карл I из рода Стюартов способен, не теряя своего величия, прикидываться Игорем Петровым, то и медведь может окончить среднюю школу и работать в охране.

Золотые пчелы, до того кружившие над головой Карла, теперь переключили свое внимание и на Ворчалу. Разделившись на два небольших роя, они носились от Ворчала к Карлу и от Карла к Ворчале.

– Слушайте… – сказала Фреда, – они, кажется, считают, что вам можно доверять, и чего-то от вас хотят. И я догадываюсь чего…

Монарх махнул рукой:

– Мы пропахли медом. Ворчало любит мед. Малину он тоже любит, но мед доставать проще.

– Нет, – не согласилась Фреда. – Вон полупустые банки из-под меда… Будь им нужен мед, пчелы сидели бы на банках. Пчелам нужны именно вы. Они искали вас два дня.

Король сдул со своего носа пчелу.

– Ну тогда вариант один, – сказал он со вздохом. – Маленьким крылатым пройдохам нужен автобус. Когда у тебя есть автобус, почему-то все хотят именно его. Порой тебе кажется, что кто-то хочет тебя – в самом непошлом, конечно, смысле! – но очень скоро обнаруживаешь, что желают именно автобус!

– Вы нам поможете?

Оба миражиста задумались. Карл I посмотрел на Ворчалу.

– Вроде заказов у нас нет, – сказал он нерешительно.

– А я в пятницу заступаю на сутки. Но до пятницы я совершенно свободен, – сказал медведь.

– Ворчало ушел из банка и теперь охраняет деньгохранилище. Он знает, что за денежки можно купить мед, поэтому охраняет его очень бдительно. Даже главного кассира не подпускает к сейфу, пока не повертит в лапах и не обнюхает как следует. Главный кассир у них, впрочем, очень красивая одинокая женщина… В смену Ворчала она всегда почему-то приходит на работу раньше времени! – пояснил король.

Медведь что-то смущенно заворчал. Золотые пчелы продолжали метаться по комнате. Они то врезались в стены, то роем зависали под лампой.

– Вы знаете, куда ехать? Питер? Финский залив? Павловск? Пушкино? – спросил Карл, и голос его из величественного королевского стал вдруг тарахтяще-экскурсоводным.

– Мы не знаем. Они знают, – ответила Фреда, и пчелы, словно поняв, о ком идет речь, застыли в воздухе в форме стрелки.

– Ну-ка, ну-ка! – пробормотал Карл. – А если показать им карту?.. Не будем же мы на автобусе сносить все заборы и перепрыгивать дома? Пусть сразу укажут место!

Кинувшись к компьютеру, он повернул монитор так, чтобы пчелам было видно. К карте пчелы отнеслись равнодушно. Карл приуныл, зато не упал духом его верный медведь.

– Включи объемный режим! Нет? Тогда «вид со спутника»! – потребовал Ворчало.

Карл Английский, путаясь в кнопках, поскольку королям это позволительно, щелкнул мышкой. На «объемный режим» золотые пчелы не отреагировали. Ползали по монитору с тем равнодушием, с которым мухи, залетевшие в музей, позволяют себе ползать по полотнам величайших мастеров. Зато когда на мониторе появился «вид со спутника», произошло чудо.

Одна из пчел, не сидевшая на мониторе, а вертевшаяся в воздухе, сделала неуловимое движение челнока – вперед и сразу назад. Потом опять вперед и опять назад. В следующий миг остальные десять пчел были уже с ней рядом, выстроенные в стрелку. Стрелка была направлена на монитор, на котором сменялись перелески, речушки, отдельные строения и изгибы дороги.

– Погоди! Чуть назад! Теперь вперед! – командовал Ворчало.

Квадрат за квадратом они просматривали окрестности Питера, а у монитора нетерпеливо дрожали пчелы. Дома, заборы, склады. Порт с кранами и поблескивающими спинами машин. У Карла I онемели пальцы от однообразных движений.

– Куда двигаемся? Вперед? Назад? У меня уже рука отнимается! – жаловался он.

– Погодите! – Сашка заметил, что пчелиная стрелка в зависимости от картинки на экране меняет