таким звуком, будто кто-то с размаху уронил на кафель полный бак с грязной водой. Земля жёстко прилетела прямо в подреберье. Я смачно приземлился на бок, но пальцы на воротнике Поттера даже не разжались — хватка у завхоза была похлеще, чем у капканного зажима.

Рядом глухо охнул Седрик, на которого мешком свалился Добби. Кубок Турнира, блеснув напоследок синей искрой, уныло покатился по жухлой траве и замер в паре метров от нас.

Я приподнялся на локте, отплёвываясь от попавшей в рот земли, и огляделся. Ну точно. Мрачное, заброшенное кладбище, утопающее в густом ночном тумане. Повсюду торчали покосившиеся каменные надгробия, а чуть поодаль, на холме, чернели силуэты старой церкви и полуразрушенного раскидистого тиса. Атмосфера была такой гнилой и бесперспективной, что лабиринт Министерства магии по сравнению с этим местом казался детским парком аттракционов.

«Где это мы?» — прохрипел Поттер, нащупывая на земле свои съехавшие очки. — «Седрик, ты цел? Кто-нибудь видит мистера Филча? «

«Да тут я, тут, Избранный, куда ж я от вас денусь», — проворчал я, поднимаясь на ноги и отряхивая полы своей серой шинели. — «Накладную на выезд вам никто не подписывал, так что сидим ровно и не отсвечиваем»

Я тут же перехватил свою швабру. Насчёт её сохранности во время полёта через портал я, конечно, слегка переживал — штука-то оригинальная, тонкой душевной организации, — но, как оказалось, зря. Мой карманный филиал Азкабана чувствовал себя прекрасно. Стоило мне покрепче сжать черенок, как пассивная функция устрашения магов и прочих тварей врубилась на полную мощность. Вокруг нас мгновенно поползла волна такого люто леденящего экзистенциального ужаса, что у Поттера и Диггори разом зуб на зуб перестал попадать, а туман вокруг швабры брезгливо сжался, не решаясь подползти ближе, чем на метр.

Но если пацаны просто задрожали от могильного холода, то с Добби в ту же секунду начало происходить нечто странное.

Домовик, который только что аккуратно сползал с Седрика, вдруг замер на четвереньках. Его огромные зелёные глаза сузились, превратившись в две тонкие, яростные щелки, а уши судорожно прижались к черепу. Бедный ушастый мелко затрясся, но это был не страх перед дементорской шваброй. Из самой глубины его маленького тела вырвалось глухое, абсолютно нечеловеческое шипение.

У меня аж брови вверх поползли. Точно! В Добби ведь сидел осколок души безносого ублюдка. А тут мы прилетели прямиком на родовое кладбище Реддлов, где магия Тома буквально висела в воздухе, работая как мощнейший Wi-Fi-роутер.

Осколок внутри Добби знатно штормило. Пацана разрывало между преданностью мне и зовом альмаматер, которая сейчас варилась где-то неподалёку в котле.

«К-коман-дир… Аргус…» — прошипел Добби, цепляясь когтями за надгробную плиту. Из его рта вырывался едва заметный тёмный дымок. — «Внутри Добби… что-то… очень плохое… Оно… оно не хочет повиноваться…»

«Так, боец, отставить пораженческие настроения!» — рякнул я, делая шаг к нему и закидывая «Азкабан-3000» на плечо, отчего Седрик с Гарри синхронно вжали головы в плечи. — «Соберись, ушастый! Ты у меня на полставки в дезинфекции числишься, а не у этого чешуйчатого на побегушках!»

В этот момент из густого тумана у подножия холма послышался шорох шагов. Кто-то медленно шёл в нашу сторону, бережно прижимая к груди тяжёлый сверток из грязных пелёнок.

Выглядел, он как типичный торчок со стажем, у которого три дня назад закончилась заначка: глаза безумные, по лицу ходят желваки, а изо рта то и дело вырывался нервный тик с характерным змеиным причмокиванием. Он явно ожидал увидеть здесь только двоих растерянных школьников, которых можно быстренько скрутить, связать и пустить на ингредиенты для темного супа. Но реальность в лице хмурого чебоксарского завхоза в шинели и бьющегося в экстазе домовика с газовым баллоном за спиной явно не входила в утверждённый бизнес-план Волан-де-Морта, особенно домовик, который случайно и взорвать всё тут к чёртовой матери может этим баллоном.

Крауч замер на месте, его бледное лицо перекосило от изумления. Свёрток в его руках испуганно зашевелился, и оттуда раздался высокий, капризный и дико злой недовольный голос:

«Барти… почему мы стоим? Кто это там? Убей лишних… немедленно…»

«Мой Лорд… тут какие-то люди…» — пробормотал Крауч-младший, судорожно пытаясь переложить уродливый сверток в левую руку, а правой вытащить волшебную палочку из складок грязного плаща.

«Ну всё, приплыли», — процедил я сквозь зубы, поправляя воротник своей шинели. Система тут же привычно звякнула, закидывая мне ещё плюс двадцать к пафосу. — Д» обби, держи себя в руках, сейчас мы будем выбивать дурь из этого министерского недоноска»

Седрик Диггори, хоть и был отличником боевой и политической подготовки Пуффендуя, от такого расклада слегка затупил, переводя взгляд со страшного свертка на мою дементорскую швабру. А вот Поттер, завидев Крауча и услышав этот шипящий голос, моментально всё понял. Его шрам на лбу, должно быть, сейчас горел как раскалённое подмосковное железо. Гарри выхватил палочку, вставая в боевую стойку.

«Авада…» — начал было орать Барти, направляя палочку в сторону Седрика.

«Добби, глуши его к чёртовой матери!» — гаркнул я.

Домовика, которого всё ещё штормило от чужого крестража внутри, от моего командирского пинка знатно переклинило. Заклинание Волан-де-Морта, пытавшееся подчинить его разум, наткнулось на суровую чебоксарскую субординацию. Добби яростно зарычал, преодолевая зов крови, и со всей дури нажал на клапан нашего убойного баллона.

Из медного раструба с оглушительным реактивным свистом и гулом вырвалась плотная, тяжелая, направленная струя концентрированного газа. Это был не просто пшик, а сплошной таран из химикатов под диким давлением, который ударил Крауча-младшего по корпусу как раз в тот момент, когда он собирался выдать финальное "Кедавра".

Вместо смертоносного зелёного луча из палочки Барти вырвался какой-то жалкий кукиш. Ударная волна из направленного, ревущего потока яростного огня просто снесла мага с ног. Крауч даже пикнуть не успел — его швырнуло наземь встречным огненным тараном, от которого трава вокруг мгновенно превратилась в пепел. Тяжелое облако жара, копоти и искр моментально заблокировало ему всю дыхалку и зрение, и Барти, выронив палочку, покатился по земле, судорожно пытаясь сбить пламя со своего грязного плаща и увернуться от этой адской термической дезинфекции.

«А-а-а! Что это за магия?!» — прохрипел он, катаясь в грязи и чудом не раскатав сверток с Тёмным Лордом.

«Это не магия, сынок, это несоблюдение ТБ!» — ухмыльнулся я, делая три широких, сокрушительных шага вперёд, от которых могильные плиты жалобно звякнули.

Моя "Турбо-Швабра Азкабан-3000" уже гудела от нетерпения, а дементор на её конце пассивно высасывал из Крауча последние капли боевого духа. Навык "Твёрдая рука" включился на полную мощность. Мои