– Но вы меня совсем не знаете! Я – не картинка на вашем экране, а живой человек! И меня никак нельзя брать в жены! Есть на то причины!

– Хм… Странно… В твоем регистрате ничего такого не указано. Может ты больна?

– Нет… Да… Нет, сэр. Я здорова.

– Ну вот. И я здоров… Значит ты просто отказываешься от моего предложения, чтобы помочь не только беженцам, но и жителям Марса, которые судя по рейтингу за тебя уже двумя руками?

– Нет… Да… Нет, сэр.

– Тогда так… Тина Лост, согласна ли ты выйти за меня, Меркури би-Нову и разделить со мной жизнь в горе и радости правления планетой-колонией «Марс»!? – громко и совсем уже официально объявил Меркури на многомиллионную аудиторию.

Повисла тишина. Глазок сенсора, казалось, приклеился к девушке, игнорируя остальных на шаттле. Берри видел, как замер на месте, будто статуя и даже задержал дыхание Айзек. Он специально звонко хлопнул ладонью перчатки о свой лоб и покачал головой. «Что за цирк! Когда это все кончится, и я смогу немного поспать!». Ответ девушки его окончательно «добил».

– Да – тихо сказала Тина, будто самой себе.

– Что? Я не расслышал? Зрители шоу, думаю, тоже – возмутился Меркури, просто буравя ее глазами с экрана.

– Да, сэр, ради них всех я согласна!

– Только ради них, а ради меня!? – не переставал «добивать» ее Меркури.

– И ради вас – тихо сказала Тина.

– Что!? Я снова не слышу! Это ж судьбоносное признание! Говори громче!

– Да, сэр, я согласна выйти за вас! … Только дайте коридор хотя бы до Ганимеда!

Эпилог

– Тамара, расскажите нам немного о своих планах. Что вы ожидаете найти на Марсе?

– Ой, ну это, пожалуй, глупый вопрос, Айзек. Не для кого не секрет, что мы с Меркури помолвлены и скоро поженимся… Собственно в этом и есть основная моя причина быть тут.

– А как же раскопки?

– Ха-ха-ха! Раскопки!? На Марсе!? Не смешите мои кудри, Айзек! Думаете, я на Би-Проксиме не могу устроить себе раскопки!? Легко!

– Выходит, все это просто прикрытие, вуаль к основному событию, да?

– Ну, конечно! … Хотя, если я, вдруг, тут что-то найду, то точно не расстроюсь.

– Например, следы загадочной первой колонии – подыграл ей хронограф, улыбаясь всем лицом.

– Ах, это! Конечно! … Всегда хотела, но это ж не главное, сами видите – так же улыбнулась ему в ответ археолог.

– Хорошо, Тамара. Вот вы же в курсе, какая дурная слава ходит о личной жизни вашего будущего мужа. Не боитесь, что он вас бросит?

– Нет. Не боюсь. Мерки и его семью я знаю давно. И би-Нова меня знают так же очень хорошо. Мне доверяют и на меня полагаются… И Меркури так комфортнее и удобнее заниматься политикой, а не этими детскими развлечениями в Стар-Дартс.

– Считаете, он не блефует, когда говорит о своем уходе?

– Конечно нет! … Вы сами как думаете? Мужчины, будучи со мной, захотят выбрать что-то еще?

– Хм… Что ж. Вы, Тамара, от скромности точно не умрете.

(Из интервью с археологом Тамарой Дивич.

Хронограф Айзек Пери. 2522`)

День на Марсе у Томы не задался. Вначале с отравлением не явилась ее свита по раскопкам и анализу, потом куда-то пропал хронограф Айзек, который был прикреплен к ее археологической миссии со стороны ГЛТК. Она уже 2-ой суточный цикл не наблюдала его среди команды, а потому внутренне копила свое недовольство.

– Весь день коту под хвост! – выругалась Тамара, прогуливаясь вдоль границы оцепленной территории.

Заходить внутрь без сопровождения ей совершенно не хотелось. Единственным утешением был совсем молоденький Иодал, который буквально пылинки сдувал с нее и был не участником археологических раскопок, а скорее мальчиком на побегушках у «звездной Томы». Даже сейчас он был ей не мил, хотя именно Иодал отговаривал Тамару браться за эту странную пещеру, полную расчлененных трупов и костей. Очевидно было еще тогда, что тут явный криминал. Тамара же не послушалась Иодала, а зачем-то вняла этой мелкой бледной светловолосой из волонтеров. Сейчас она даже имя ее вспомнить не могла. Внезапно навалилось осознание того, что ей вообще противно это место. Хотелось даже собрать все вещи и покинуть его. Однако, как нестранно, теперь именно Иодал убеждал ее продолжать раскопки тут. «Смешно! Все как сговорились!». Мысли Тамары путались в голове. Она уже и сама не могла точно самой себе сказать, кого именно она считала сговорившимися, Иодала и эту волонтерку или остальных археологов вместе с хронографом, которые пробросили ее. Тамара не была дурой. Во всяком случае саму себя она таковой не считала. Высшее образование, все таки, давало о себе знать, но иногда она ловила себя на мысли, что в гробу она видела всю эту археологию, если рядом нету хронографа, который бы «запечатлял» каждый шаг ее миссии для широкой галактической публики и истории. Хотя, правды ради, каков там реальный рейтинг по вовлеченности аудитории в ее раскопки, она ни разу у Айзека так и не спросила. Вот только и делать хоть что-то ей тоже без соответственного медийного освящения совсем не хотелось. Айзек вырвал ее из «горестных» дум.

– Тамара, здравствуйте! Это Айзек Пери, ваш хронограф!

– Айзек! Какого дьявола вы не прибыли на сайт!? Представляете, если я раскопаю что-то важное или судьбоносное для истории, а вас не будет, чтобы запечатлеть это!? Что подумает о вас ваше руководство!? – навалилась на него Тамара, пытаясь вызвать в нем стыд и сожаление.

Однако тот, внезапно, ее удивил еще больше:

– Тамара, немедленно подключитесь к эфиру Стар-Дартс! Это сейчас архи-важно для вас! Судьбоносный ивент для вашей с Меркури истории происходит именно сейчас!

Тамара, не переключаясь, махнула Иодалу, чтоб он активировал холо-проектор с головной машины и вывел объемный экран прямо сюда. Хотя она могла это все сделать сама, даже не переключая нейро-обруч, будучи на связи с Айзеком, но предпочла задействовать Иодала. Тот в точности все исполнил с характерным блеском в раболепных глазах. Изображение «ожило», и среди анимированной картины мрачного космоса где-то в районе Юпитера возникли две встроенные рамки. На одной из них был ее ненаглядный Меркури в компании ведущего шоу по Стар-Дартс Найджела «Дабл-Эн». Хронографа Тамара узнала сразу же, потому что внешность его была примечательной, ну и он весьма мило и приятно брал у них с Меркури интервью. Тома еще тогда была в восторге от его харизмы. А, вот, во второй рамке