Обе категории люди ограниченные, если не сказать зашоренные, где тут им такими категориями эмпирическими мыслить и выражаться. Зачем богатство энтим товарищам идиоматическое? Тут великий и могучий нужен. А! И водочка ещё.

Водочку начали делать недавно. Вот по возвращении из Дании и начали. Там на рынке в столице в том самом никому в двадцать первом веке неизвестном Роскилле увидел Иоганн пищаль. Ну, это не хитрость. В Риге ему уже на целую армию небольшую горячего, тьфу, огнестрельного, оружия наклепали. Чего сложного. Берётся стальной стержень и вокруг него из мягкого железа ленту по спирали навивают, соединяя кузнечной сваркой. Но в Дании пищаль была другой. Во-первых, ствол был медным, а во-вторых, сама пищаль была детской игрушкой. Для пацана лет десяти кузнец сделал игрушку. Остановило же Иоганна то, что этот медный ствол был как настоящий. То есть, это была медная трубка. Способ изготовления тот же самый. Медную ленту навили вокруг стержня и соединили кузнечной сваркой. Толщина трубки была… Диаметр ствола был дюйм, скорее всего, а толщина стенок примерно по полсантиметра. Стрелять из такой игрушки даже можно, но совсем небольшим зарядом пороха. А то разорвёт, и ребёнок останется без глаз, а то и без ушей.

— Идеальная трубка для самогонного аппарата, — сам себе сказал барончик и попытался пристать к продавцу на немецком. Хренушки. В Дании одни дебилы живут — русского не знают, по-немецки не шпрехают и даже по-ангельски не спикают. Дремучие люди.

Ищущий да обрящет. Нашли переводчика и заказали кузнецу пять таких медных стволов стволов сделать, срочно-срочно, а потом в один объединить. В результате у Иоганна появилась медная трубка длинною почти два метра, которую Угнисос аккуратно превратил в змеевик. Дальше проще, нужен котёл и крышка к нему более-менее герметичная. Ну и бочка с холодной водой над котлом. Осталось малость. Начать да кончить. Солод нужен. Сразу три стали делать. Есть рожь, есть пшеница и есть перловка, именуемая в простонародье ячменём. Потом подумали и четвёртое зерно, а именно овёс, отправили на проращивание. Полба тоже была. Но решили ею пренебречь. Пшеница и пшеница, а что там по словам диетологов меньше глютена, так это для производства спирта, наверное, минус, а не плюс. Опять же урожайность у неё меньше и мало кто выращивал. Прорастили зерно. Высушили, даже чуть прожарили, потом размололи, но не в муку, а так, в крупку, залили тёплой водой, бросили затравку и поставили гидрозатвор. Булькало плохо, воняло хорошо. Приходилось на водяную баню ставить ёмкости, перемешивать каждый день.

Всё это дело продолжалось недели три. Воняло, на самом деле, без преувеличения, при этом от некоторых бочонков с брагой так, что поход в курятник покажется приятной прогулкой. Особенно вонючей оказалась как раз бражка из овса.

Но всё хорошее заканчивается. Перегнали раз, перегнали два. Обрубили все хвосты. Потом яйцом и молоком почистили. Специалистом Иван Фёдорович не был, но уж фильм «Самогонщики» точно смотрел. У него, кстати, вопрос возник, а чего это у них самогон на полках мутный? Да и во всех фильмах и советских, и современных самогон мутным показывают. У Иоганна получился как слеза. И после второй перегонки почти и запах исчез. Как раз у самогона на овсе изготовленном чуть остался. Ну, ничего страшного, дубов вокруг хватает. Взяли дубовую стружку и смешали с самогоном. Всего на пару недель. Зато стружки не пожалели. Не весь самогон в виски превратили. Часть самый… беззапоховый оставили в виде водочки. Правда, всё же на семени аниса настояли и смородиновых листков бросили.

Вот этими волшебными напитками крепостью под шестьдесят градусов Иоганн дядю с племянником и напоил, а чтобы они не подумали, что их отравить пытаются, Иоганн Теодорович уговорил составить им компанию Отто Хольте и фон Бока. Ну, и гонор рыцарский, подогретый шестьюдесятью градусами анисовки, взял своё. Договорились в итоге до поединка. Слово за слово, чем-то по столу. Правда, слава богу, условились биться не на смерть… не насмерть, а просто, чтобы узнать чьё или чей кунг-фу лучше.

Поединок неинтересный получился. Оба рыцаря мучались тяжелейшим похмельем. Мечами махали мало, но лучшая подготовка Мартина фон Бока сказалась, он обезоружил барона Арнольда фон дер Остен-Сакен и обрубил ему вместе с куском перчатки латный мизинец на правой руке. Всё, на этом поединок закончился и началось «лечение» и продолжение торга. В результате за меч и алебарду, как уверяли гости священную семейную реликвию, ну а раз семейную, да реликтовую, то извольте раскошелиться, вот Иоганн с Дионисия и вы… выклянчил. Вытребовал? Выторговал? Выкрутил ещё пять семей крестьян и пять бочонков пороха. Правда, пришлось пожертвовать одной лошадкой из табуна, захваченного у Джелал ад-Дина. Увидел Дионисий арабскую рыжую кобылку точёную и впился клещами в барончика, продай, да продай. Кобылка недавно ожеребились и своей копией почти. Подумал Иоганн, и не стал в позу вставать. Подрастёт новая.

— Ещё пять семей крестьян. И каждому из мужиков по пять хороших топоров и железную лопату.

— Херня вопрос. Обмыть надо сделку. Вон из того кувшина, с анисовой.

— Ключница готовила.

Событие пятьдесят третье

Дед, он же Иван Кожин, он же… прибыл в самом начале осени со вторым караваном стругов или ладей, знать бы ещё чем отличаются. Разбогател родич и в этот раз приплыл аж на трёх кораблях. Иоганн, узнав, сразу в Ригу ломанулся. Нет, по родному дедушке, по единственной кровиночке, не сильно соскучился. Как-то не ощущал он себя родственником этого купца. Да он его увидел в первый раз всего год назад. Где тот тринадцать лет пропадал⁈ Опять же, не будь он обладателем стольких ватрушек вкусных и полезных для купца новгородского и дедуля бы не зачастил к внучку. Не соскученность погнала в Ригу, а любопытство, чего новгородец интересного привёз на этот раз.

Любовь любовью. Ну, а пока у них вполне взаимовыгодная торговля идёт. Более того, Иоганну при этом и делать ничего не надо. У Ивана Кожина все контакты налажены, не нужно стоять на базаре с бочкой мёда и продавать поллитровыми банками, перегружая медленнотекущую жидкость деревянной ложкой. Приплыл, и твои торговые партнёры тут же своими силами товар сгружают и деньги мешками сами тебе на корабль тащат. Да, теряешь половину, наверное, этих денег, во-первых, потому что опт, а, во-вторых, потому что с Новгорода купец. Но зато два раза за лето оборачиваешься и точно в том же Новгороде цены на воск, мёд и пеньку в три раза меньше местных. А теперь ещё