дала зелёный свет всем крупным корпорациям, — сообщила она, поправляя волосы. — Государство снимает ограничения на исследования в области биологической защиты. Любая компания, способная предоставить работающий препарат против этой заразы, получает разрешение на массовое производство и продажу. Это колоссальные деньги, Виктор. Рынок сейчас абсолютно пуст, а паника достигла предела.

Я взял баночку в руки и покрутил её на свету. Внутри плескалась густая желтоватая мазь, пахнущая ментолом и антисептиком.

— Мои аналитики в лаборатории сбились с ног, — продолжила Агнесса, наблюдая за моими манипуляциями. — Один наш молодой сотрудник, совсем юное дарование, предложил вот этот состав. Идея состоит в том, чтобы втирать мазь в виски и лимфоузлы. Мы прекрасно понимаем, что это слабая защита. Эффективность составляет максимум десять процентов. Но по нынешним законам военного времени этого вполне достаточно для получения сертификата и выхода на прилавки…

Я открутил крышку и поднёс баночку к лицу. Моё магическое зрение мгновенно разложило субстанцию на базовые компоненты.

— Я тебе даже больше скажу, — спокойно констатировал я, закручивая крышку обратно, — эта штука даёт ровно пятнадцать процентов защиты. И то при условии, что человек будет обновлять слой каждые два часа.

Агнесса слегка улыбнулась, явно довольная повышением показателей своего потенциального продукта.

— Этот твой юный гений действительно заслуживает похвалы, — добавил я, ставя баночку на стол. — Он очень чётко понял суть проблемы. Парень догадался работать с белковыми мембранами клеток, пытаясь создать плёнку, отталкивающую фермент вируса. Ингредиенты подобраны грамотно. Ему просто не хватает мощности оборудования и понимания глубокой химерологической привязки.

В моей голове уже начал формироваться план. В этом составе не хватало всего одной важной детали. Достаточно добавить вытяжку из желёз пещерной жабы и закрепить результат простейшим алхимическим стабилизатором, чтобы поднять эффективность мази до восьмидесяти процентов. При таком раскладе препарат Новиковых станет абсолютным монополистом на рынке, а мы с Агнессой озолотимся. Оставалось только придумать, как передать ей эту формулу, не раскрывая своих собственных секретных методик.

В этот самый момент телефон Агнессы завибрировал, и она раздражённо посмотрела на экран, извинилась взглядом и нажала кнопку ответа.

— Да, слушаю…

Её лицо мгновенно изменилось. Она выслушала собеседника, грязно выругалась и сбросила вызов.

— Виктор, включи, пожалуйста, телевизор, — потребовала она, указывая на панель в углу кабинета. — Третий канал.

Я взял пульт и щёлкнул кнопкой. На экране вместо привычных новостных студий транслировалась любительская запись. Картинка показывала сырое подвальное помещение с бетонными стенами. В центре кадра, развалившись на деревянных ящиках, сидели трое мужчин в тёмных балаклавах. Один закинул ногу на ногу, второй лениво крутил в руках нож, третий потирал шею.

— … если вы ещё не поняли… — говорил центральный персонаж, чей голос был пропущен через электронный исказитель, делающий его похожим на демона. — … наше Братство пришло на эти земли. Мы принесли вам очищение. Этот вирус — наше творение. Мы запустили его в ваши улицы, чтобы показать вашу истинную слабость.

Он поднял руку, демонстрируя в камеру крупный кристалл, внутри которого пульсировала какая-то зараза.

— То, что вы видите сейчас на улицах — это самая безобидная версия нашего оружия, — продолжил вещать искажённый голос. — Если ваши правители не выполнят требования, которые мы уже направили в Императорскую Канцелярию, мы выпустим следующий штамм. Новая версия будет полностью парализовать женщин и детей. А мы будем наблюдать за тем, как ваше общество захлёбывается в беспомощности. Время пошло…

Трансляция оборвалась, сменившись белым шумом. Агнесса подскочила с кресла.

— Виктор, ты понимаешь, что они делают⁈ Да они же загоняют Императора в угол! У нас уже один вирус косит население, а они грозятся выпустить новый! И самое страшное — они целятся в женщин и детей! Начнётся абсолютный бунт, люди сами снесут дворцы аристократов!

Я молча смотрел на погасший экран телевизора. Мой мозг анализировал увиденное, но эмоции, вызванные этими кадрами, были далеки от паники. Я испытывал… брезгливость.

— А тебе не показалось, что они слишком надменные? — спросил я, постукивая пальцами по столешнице. — Сидят там, развалившись, будто уже стали повелителями этого мира.

Агнесса удивлённо посмотрела на меня.

— По всей видимости, у них есть возможности так себя вести! Они же фактически держат в заложниках всю столицу! У них на руках биологическое оружие массового поражения!

Я усмехнулся и пододвинул к себе чистый лист бумаги.

— Хочешь сделаем так, чтобы им стало веселее?

— Как?

Я взял ручку и начал выводить буквы.

— Эти ребята очень сильно переоценили свои умственные способности. Всего лишь состряпали свой вирус на коленке, используя примитивные связки из биологии диких химер. И самое главное — они не смогли поставить нормальный магический шифр на свой патоген. Их вирус «фонит» на весь город гнилым эфирным следом.

Я закончил писать и протянул листок Агнессе.

— Мой пернатый разведчик Кеша совсем недавно вернулся с облёта территории. Знаешь ли, с недавних пор он обладает крайне специфическим обонянием… А этот уникальный запах химерной вытяжки привёл его прямо к одной вентиляционной шахте, где и прячутся эти «герои».

Агнесса взяла листок бумаги, посмотрела на написанный адрес и уставилась на меня.

— Что… ты серьёзно?

— Абсолютно. Они собираются убить весь город, а сами даже не удосужились замаскировать свой рабочий материал. Бери своих людей, отправляйся по этому адресу и становись настоящим героем Империи. Я уверен, Император оценит такой подарок.

Агнесса продолжала смотреть на листок, а на её лице медленно расплывалась торжествующая улыбка.

— Я уничтожу этих ублюдков, — тихо сказала она, пряча адрес в карман.

Глава 21

Прошло два дня с момента передачи координат логова тех самых подпольных террористов.

Я сидел в операционной и меланхолично вправлял вывих крыла летучей мыши, которую принёс очередной перепуганный студент. За окном по улице брели люди, похожие на слоников-мутантов. Империя, в своей бесконечной мудрости и заботе о подданных, начала раздачу средств индивидуальной защиты. Выглядело это как громоздкие кожаные намордники с двумя жестяными банками по бокам, куда заливался какой-то отвратительно пахнущий эликсир.

По задумке имперских алхимиков, испарения этой жижи должны были убивать вирус ещё на подлёте. На деле же они просто заставляли граждан слезиться, кашлять и шарахаться друг от друга из-за запаха, напоминающего смесь хлорки и протухшего чеснока.

— Потерпи, ушастая, — сказал я мышке, фиксируя тонкую кость.

Тварь пискнула и попыталась тяпнуть меня за палец, но наткнулась на выставленный барьер.

Я смотрел на улицу и понимал, что старые методы здесь не сработают. Эта эпидемия имела искусственную, химерологическую природу, и лечить её парами чеснока было всё равно что пытаться остановить танк, кидая в него пельмени. Вирус мутировал, приспосабливался и с