Его дыхание сбилось.

— Всегда такой мокрый для меня, Найл, — я погладил его, и моё сердце наполнилось любовью. — Мой Найл.

— Да, господин, — выдохнул он. — Твой, — он посмотрел в сторону кровати, где полулежала Изольда, её пальцы лениво поглаживали киску, пока она наблюдала за нами. — И её тоже.

— Наш, — я поцеловал его, а когда отстранился, то улыбался. Я схватил его за руку и потянул к кровати.