о круговом движении ума, о свертывании в круг внешне, о концентрации на пупке: «неужели монаху, который старается возвратить свой ум вовнутрь себя и хочет, чтобы ум двигался не прямым, но круговым и неблуждающим движением, не пригодится привычка останавливать взор на своей груди или пупке? Свертываясь внешне как бы в круг, он уподобляется желаемому внутреннему движению ума и силу ума, изливающуюся из глаз, благодаря такой форме тела введет внутрь сердца».

Никифор делает дыхание транспортным средством для ума. Не Бог вводит ум в сердце, не благодать преображает человека, но техника. Контроль дыхания, синхронизация ума с вдохом и выдохом, принуждение ума сойти в сердце посредством воздуха.

В йоге это называется пранаяма, контроль дыхания для управления праной, жизненной энергией, и, через неё, умом. Классический текст учит, что когда дыхание движется, ум движется. Когда дыхание останавливается, ум останавливается. Цель пранаямы – остановить движения ума, достичь состояния, где ум замирает, мысли прекращаются, сознание входит в транс.

Торчинов пишет о дыхательной гимнастике, широко распространенной в религиозных традициях всего мира: «лучше всего известна индийская пранаяма, четвертая ступень практики в классической йоге Патанджали. Но кроме различных направлений индуистской йоги дыхательные упражнения в Индии активно используются буддистами и джайнами. Их применяют также мусульмане-суфии и христианские исихасты, главная практика которых, произнесение Иисусовой молитвы, предполагает ритмичное дыхание с долгой задержкой».

Лже-Симеон пишет об упоре брады в грудь, устремлении чувственного ока со всем умом в середину чрева, к пупу, и исследовании мысленно утробы, дабы обрести место сердца, где пребывают все душевные силы.

Григорий Палама объясняет, зачем нужна концентрация на пупке. Если сила мысленного зверя на пуповине живота, потому что здесь закон греха имеет свою власть и питает зверя, то почему нам не утвердить тут противоборствующий ему закон вооруженного молитвой ума, чтобы изгнанный баней возрождения злой дух, вернувшись с семью другими и злейшими духами, не вселился вновь?

Сила зверя на пуповине живота – что это за мерзкий оккультизм, проникший в православное богословие? Откуда у Паламы эта идея? Из Писания? Нет. Из святых отцов? Нет. Из апостольского предания? Нет. Откуда же? Из йоги. Из Амратакунды. Из тантры.

В йоге пуп называется манипура-чакра, город драгоценностей, или набхистхана, от слова набхи, пуп. Это третья чакра, расположенная в области солнечного сплетения, связанная с элементом огня, с солнцем, с пищеварительной силой агни, с властью, с волей, с трансформацией. В тантре учат, что в этой чакре пребывает кундалини, змеиная сила, дремлющая в основании позвоночника, но пробуждающаяся именно в манипуре через практику пранаямы и концентрации.

Мой бывший учитель Мантэк Чиа пишет о Высшем Я как защитнике и советчике. Обнаружив Изначальную Силу, сексуальную энергию цзин, человек автоматически установит контакт с Высшим Я. Высшее Я сопровождает нас с самого рождения, но мы этого не осознаем. Нам нужно еще раз взрастить нашу с ним связь. Если мы потеряли слишком много сексуальной энергии, наша жизненная сила, тесно связанная с ней, становится все слабее. Почувствовав Изначальную Силу в области пупка и увидев золотой свет, просто позволь силе или свету постепенно коснуться тебя. Почувствуй, что у тебя с ним возникла прочная связь. Высшее Я может давать тебе советы, защищать и вообще руководить твоей жизнью.

Автоматически – вот ключевое слово. Техника автоматически производит результат. Не Бог даёт откровение, не благодать преображает, но психотехника механически вызывает изменённое состояние сознания, которое интерпретируется как контакт с Высшим Я, видение золотого света, руководство свыше.

И Палама говорит то же самое. «У продвинувшихся в исихии все такие вещи получаются без труда и стараний». При совершенном сосредоточении души в себе, в пупке, остальное постепенно «приходит само и без усилий». «Ведь в таких делах учитель не разум, а труд и добытый трудом опыт».

Получаются без труда и стараний, остальное приходит само, учитель не разум, а труд и опыт – это точное описание автоматизма психотехники. Палама не говорит, что Бог даёт благодать, когда захочет, кому захочет, по Своей суверенной воле. Он говорит, что нужно делать технику правильно, и результат придёт сам, автоматически, по механизму.

Лже-Симеон пишет о том, что как только ум найдет место сердечное, он сразу узревает, чего никогда не знал. Видит же он посреди сердца воздух и себя самого, всего светлого и исполненного рассуждения. Отныне призыванием Иисуса Христа он изгоняет и истребляет помысел при его появлении, прежде чем тот завершится или сформируется.

Призывание Иисуса Христа здесь не молитва к Богу, не обращение к Спасителю, не исповедание веры, но инструмент, техника, мантра для подавления мыслей, для остановки умственной активности, для входа в транс.

Монах Никифор пишет о том, что когда ум утвердится в сердце, ему не следует оставаться молчащим и праздным, но непрестанно творить молитву Господи Иисусе Христе Сыне Божий помилуй мя и никогда не умолкать. Ибо это, содержа ум не мечтательным, делает его неуловимым и неприкосновенным для прилогов вражеских и каждодневно все более вводит в любовь и вожделение Бога.

Содержа ум не мечтательным, делает его неуловимым – это описание того, что в йоге называется дхарана, концентрация, и дхьяна, медитация. Непрерывное повторение мантры останавливает поток мыслей, фиксирует ум на одном объекте, делает его неуловимым для внешних впечатлений и внутренних ассоциаций.

Текст Амратакунда учит произносить слова всегда в сердце, а не языком. Возвышенное Имя, которое есть Бог, слава Ему: «всеми мудрецами установлено, что всякое заклинание или молитва вопрошения, или формула, или талисман, или образ, в котором нет этих семи слов, будь то письменно, или устно, или по смыслу, такая вещь не имеет никакого влияния. Эти слова – самые важные слова, как для нас Имя – самое великое».

Семь слов – это семь биджа-мантр, соответствующих семи чакрам в индуистской системе. Амратакунда переводит эти санскритские мантры в арабские имена Аллаха, а исихасты переводят их в имя Иисуса. Семь слов: «Господи Иисусе Христе Сыне Божий помилуй мя». Механизм тот же. Повторение священного имени, синхронизированное с дыханием, с концентрацией на определённом центре тела, чакре или месте сердечном, для достижения остановки мыслей и изменённого состояния.

Виктор Бойко, российский популяризатор йоги, находясь в культурной среде православия, проанализировал Иисусову молитву и написал, что практика Иисусовой молитвы весьма похожа на то, что в Индии называется мантра-йогой, происходит по той же схеме, имеет такие же опасности. Другими словами, путь един, независимо от способа его прохождения.

Всё, что описано выше – поза, дыхание, концентрация, мантра, опустошение ума, световые феномены, блаженство – всё это можно было бы