умереть, и только осознание того, что внутри её бьется новая жизнь, что она отныне не одна, и что она ответственна за своего малыша, который растет в ней, не дала ей бежать к Темзе и прыгнуть с моста.

Немного успокоившись, Рей решила, что лучшее решение уже принято. Она заберёт дочерей и уедет, и пусть Дерек делает, что хочет. Он неисправим, и он никогда не станет другим. Невозможно сделать чёрное белым, как и невозможно изменить маркиза Инглтона. Пусть живет так, как умеет, а она будет жить так, как умеет она.

— Леди Рейчел?

Она вздрогнула и обернулась. Перед ней, как призрак из её мечты, воплотился Адам Арден. Его серые глаза смотрели на неё с сочувствием.

— Боже мой, Адам! — Рейчел вскочила на ноги и, не раздумывая, кинулась в его объятья.

Ей так недоставало его сочувствия, что она снова разрыдалась, уже у него на груди, чувствуя, как он неуверенно проводит рукой по её спине.

— Рейчел, что случилось? — он отстранился и посадил её обратно на скамью, сев рядом и взяв её за руку.

Рейчел достала платок и вытерла лицо.

— Ничего... ничего нового, — удручённо сказала она, — Адам, мой муж неисправим! Я честно пыталась примириться с ним! Адам... почему мы живем в мире, где невозможно избавиться от мужа, уйти от него, выйти замуж за другого и стать счастливой, а не мучиться всю жизнь в ненавистном браке?

Герцог пожал плечами, видимо, думая о чем-то своём, потому что взгляд его стал отстраненным и чужим.

— Так устроен мир, Рейчел, — тихо произнёс он, — и нужно принимать его правила.

— Это какие-то неправильные правила! — воскликнула она, бросая платок на землю, — Это нечестно!

— Возможно. Но так есть.

Рейчел закрыла лицо руками.

— Я беременна, Адам, — начала она, стараясь говорить спокойно, — я рада этому. Ребенок родится в срок, и я... Я вернусь к вам. Я хочу быть счастливой. Я так хочу быть счастливой! Мы начнём всё с начала. Может быть, убежим. Я точно никогда больше не поверю Дереку! Никогда! Это слишком больно, каждый раз видеть, как тебя выставляют наивной дурой! Доверия уже не вернуть. Да... И не хочу этого доверия. Я больше никому не поверю, только вам!

Она подняла на него глаза и смотрела, как меняется его лицо. Адам выпустил её руку, и её сердце сжалось, предчувствуя беду.

— Рейчел... — Адам говорил медленно, подбирая слова, вероятно, чтобы её не обидеть, — я живой человек, и мной нельзя так играть.

Она вздрогнула, вдруг поняв, что и правда играет им и его чувствами. Она то призывала его к себе, то клялась в верности, то бросала его и бежала обратно к Дереку... А ведь он действительно «живой человек». Как он пережил её предательство, когда, поклявшись ему в верности, она уехала с мужем на несколько месяцев и даже не написала записки? Неужели она и сама не лучше собственного супруга? Она не думала об Адаме, и наверняка он уже разлюбил её, не простив предательства!

— Я... Я не играла вами, Адам, — прошептала она, понимая, что врёт, — я... я была искренна. И сейчас я тоже честна с вами.

Он поднялся. Его красивое лицо стало совсем чужим.

— У меня появилась невеста, леди Рейчел, — тихо заявил он.

Она уставилась на него, будто впервые увидела.

— Невеста?

Он кивнул.

— Да. Я решил жениться.

Рейчел вспыхнула, осознав, какую глупость чуть не совершила. Адам прав, собираясь устроить свою жизнь с той женщиной, которая будет принадлежать лишь ему. А неё есть девочки и будущий малыш, и это всё, что ей нужно!

— Вы правы, ваша светлость. Я прошу вас, не обращайте внимание на мои слова, это слова женщины, потерявшей веру в лучшее! — выдавила из себя Рей, не желая выглядеть глупо в глазах Адама. — Я желаю вам счастья! Я бы не смогла вам его дать!

Резко поднявшись со скамьи, маркиза отравилась прочь.

Она прямо сейчас даст распоряжение слугам, и уже завтра она вместе с девочками уедет далеко-далеко от Лондона и будет растить своих детей, навсегда избавившись от присутствия мужчин в их жизни!

Глава 29

«Сначала вы работаете на репутацию, потом репутация работает на вас». Дерек не помнил, кому принадлежит сие высказывание, но эта фраза вертелась у него в голове, пока он мерил шагами гостиную, пытаясь понять, как теперь доказать Рейчел, что он чист, как стекло, что он удержался от измены и что достоин награды, а не наказания.

Раньше все её обвинения были более, чем заслужены. А теперь... Теперь он совершил чуть ли не подвиг, а Рейчел всю ночь рыдала, а сейчас и вовсе убежала, сообщив, что уедет в Линкольншир и заберёт детей. Он, конечно, мог бы сказать ей, что не отдаст детей, но промолчал, решив, что ей нужно сначала успокоиться, и только потом можно будет пытаться что-то ей доказать. Прошло уже около часа, но он так и не придумал, как будет оправдываться.

Хлопнула дверь, и Дэр вышел в холл, решив, что Рейчел решила вернуться. Но перед ним возникла совсем не Рейчел. Доменика в светлом платье передавала зонтик и шляпку лакею.

Доменика. Вчера он видел её совсем в другом виде. От этого воспоминания кровь бросилась ему в лицо. Доменика с голой грудью и в белой юбке, которая танцевала среди таких же падших женщин, какой она была сама. Дерек сжал губы.

— Добрый день, — Доменика одарила его улыбкой, но он заметил страх в её чёрных глазах.

— Ничего доброго, — буркнул он, жестом приглашая её проследовать за ним в гостиную.

Доменика побледнела, но не посмела ослушаться. Она проскользнула мимо него и тут же обошла стол, будто ожидала, что он будет её бить и хотела поставить между ними преграду.

— Такая приятная погода, миледи, — он откашлялся, не зная, как сказать ей то, что собирался.

Доменика кивнула. Её тёмные волосы вились по лбу модными колечками. Вчера они были распущены дикой гривой и доходили ей до талии, рассыпаясь по плечам и пытаясь скрыть обнаженное тело.

— Я уверен, что вам понравится ближайшие пару лет провести в самом лучшем месте Англии, Озерном крае.

Она резко вскинула на него глаза. Её лицо стало замкнутым.

— Я не собираюсь уезжать в Озерный край, — кратко произнесла она.

— Это лучшее, что я могу предложить вам, — маркиз смотрел на неё, пытаясь понять, она совсем дурочка или просто бравирует.

— Я останусь в Лондоне, милорд.

Они внимательно смотрели друг на друга. Вчера они тоже смотрели друг на друга.