– А что так? Неужто цвет обой не устроил? – отвечаю я с сарказмом, внутри все кипит. – Мне без разницы, где ты будешь с ней жить, хоть на Луне.

– Ремонт старперский. Я же тебе всегда говорил, что у тебя нет вкуса, – бросает он с презрением и поднимает брови, как будто это единственное оправдание для его поступков.

– Ммм, – выдаю с притворным пониманием. Отчасти он прав, раз уж меня угораздило прожить столько лет с таким неблагодарным человеком. Оказывается — все дело в отсутствии вкуса.

– Ты вообще не большого ума. Жила с шикарным мужиком, как у Христа за пазухой. Все имела. Нет же, поперлась работать. Нет, чтобы меня дома с котлетами ждать, сидела на одном месте и отращивала его. Леська вон, сразу сказала, что работать не будет. Всю жизнь свою мне посвятит.

– Да, действительно, дура, раз с таким козлом связалась и подарила ему сына и лучшие свои годы, – киваю, часто моргая от горечи и злости.

– Если это были лучшие, то что с тобой будет дальше? – его голос полон сарказма и злобы. Он явно наслаждается этим разговором.

– Пошел вон! – кричу я наконец, ощущая прилив адреналина. – Я не собираюсь слушать твои оскорбления. Сам-то ты “шикарный” мужик, забыл, как год без работы сидел на моей шее? И я ни разу тебя не попрекнула за это, – чувствую, как слезы наворачиваются на глаза от обиды.

За все годы не было момента, чтобы я его не поддержала! А он… поступил как трус и предатель!

Смотрю на него с ненавистью и болью. В этом взгляде — вся моя жизнь: мечты о счастье и любви разбиты вдребезги.

– И где была твоя любвеобильность раньше? Что-то вечно усталый с работы приходил, по месяцу к жене не подходил, теперь-то мне понятно, почему. Поэтому сбой гормональный у меня и пошел вместе с весом вверх. За все годы, не было момента, чтобы я тебя не поддержала, а ты поступил, как трус и предатель. Иди к своей Лесе, пока деньги есть и стоит, она будет тебя облизывать, а как что-то из этого исчезнет, поменяет тебя на более перспективного и молодого, – вырывается из меня последний укол.

Каждое слово словно выстрел — я хочу поразить его в самое сердце так же сильно, как он поразил меня своим предательством.

– Я и в семьдесят себе девку молодую найду, а вот ты, Лариса, побегай еще, поищи, кому нужно такое сокровище. Припомнила мне год без работы, а то что я потом стал зарабатывать хорошо, забыла? – его голос звучит как холодный металл, резкий и беспощадный. А слова проникают в меня, словно острые иглы, заставляя сердце сжиматься от боли.

Он стоит передо мной, с высоко поднятой головой и презрительной усмешкой на губах, и кажется, что ему абсолютно все равно на то, что я чувствую.

– На эти бабки мы купили квартиру и стали жить, как люди. Про секс вспомнила. Да ты себя видела? Ты же в платье свадебное при всем желании не влезешь. А я мужик, я глазами хочу. Что ж мне, виагру надо было пачками пить, чтобы у нас чаще было? Могла бы сама постараться. Есть разные способы мужчину возбудить и удовлетворить, а не только, как монашка под одеялом ждать. Молчу уже про то, чтобы попробовать в каких-то других местах, помимо спальни, исполнить супружеский долг, – говорит это с таким легким презрением, будто я должна была знать все тонкости его желаний.

– Ну, извини, я по другому воспитана, не могу я в примерочной или на людях себя вести, как… не пойми кто. Ты сам-то, что для того, чтобы меня раскрепостить сделал? Ты у меня первый и единственный. Не тренировалась, как твоя Леся на араве мужиков, – мой голос дрожит от эмоций.

– Так посмотрела бы порно, у подружек своих поспрашивала. Хотя эти чему научат? Две фригидные.

– За годы брака, Богдан, ты ничего, кроме комплексов мне не привил. Да и поздно как-то состоялся этот разговор. Все в прошлом, – произношу это с горечью.

– Зато хоть поговорили откровенно… – он начинает говорить с нотками самодовольства в голосе, но тут его телефон звонит.

Лицо Богдана меняется. Он будто становится другим человеком, словно переключается на другую волну.

– Да, Лесенок? Уже выхожу. Да, она дома. Нет. Сиди в машине, – голос его звучит мягче. А меня охватывает волной ненависти к этому существу, которое забрало у меня мужа и теперь требует его внимания.

Захлопываю чемодан с таким гневом, что он подскакивает на месте. Закрываю его с силой и качу в коридор. Хочется поскорее оказаться подальше от бывшего.

Богдан не следует за мной, остается в комнате, скорее всего забирая какие-то вещи из шкафа.

Я спускаюсь вниз по лестнице с тяжелым сердцем и вызываю такси. У подъезда припаркован внедорожник мужа, на переднем сидении восседает Леся. Заметив меня, она резво вылазит из машины и поправляет короткую юбку, цокая на высоченных каблуках. Лакированные ботиночки, розового цвета короткая шубка и платье в пайетках, которое сверкает на солнце так же ярко, как ее улыбка — искусственная и бездушная. Это у меня нет вкуса?..

– Лариса Ивановна, – расплывается она в ещё более широкой улыбке, намеренно называя меня по имени отчеству. Ей богу, выглядит, как акула. Ещё чуть-чуть и, кажется, будто ее лицо схватит судорогой от натуги. Видать, с филлерами переборщила. – Какой стильный костыль. Вам очень идет, – ее слова звучат как капли яда, которые медленно проникают в мое сознание.

Не считаю нужным что-либо отвечать. Просто спокойно и без сожаления, от души, прикладываю этим самым стильным костылем эту мартышку.

Глава 5.

Уже в находясь в такси, мысленно подгоняю водителя, зачем-то оглядываясь назад, на следующий за нами поток машин. До сих пор неловко за свое поведение. Но иначе поступить не могла, да и эта Лесенька сама напросилась. Заслужила.

Не выдерживаю внутреннего напряжения и набираю Лиде, уж она-то точно поддержит.

– Ты уже в аэропорту? – нараспев произносит она, явно улыбаясь. Даже через телефон ощущаю, как её хорошее настроение проникает в меня, несмотря на всю эту безумную ситуацию.

– Лида, я ее ударила. Раза два. Может и