направленную на получение контроля над Негевом. И что делать с евреями СССР я пока не знаю. Настоящий Абакумов на «еврейском вопросе» споткнулся. Немцы на нем расчеловечили.

И еще нужно до Василевского доехать, чтобы обговорить детали. Планы предстоящей операции Генштабу переданы, те должны спустить их в округа. Но некоторые мелочи будут донесены лишь самому высокому начальству. И пусть их «волкодавы» из разведрот будут находиться на месте. Там полно воевавших ветеранов с большим опытом работы. Зачем под пули было подставлять срочников из послевоенного призыва, я не понимал. Но это одна из причин, почему так долго валандались с бандеровцами. Военные же будут помогать нам высылать целые села. С правительством эти меры согласованы. Пусть поднимают экономику Дальнего Востока. Все равно на окраине бывшей Австрийской империи, а затем Польши промышленности мало. Для сельского хозяйства людей хватит.

В будущем здесь будет находиться один из самых густонаселенных регионов СССР. Для трудоустройства граждан придется строить за счет союзного бюджета кучу предприятий. Но куда позже при незалежности денется целый автозавод ЛАЗ и фабрики по производству телевизоров? Западенцы не имеют опыта устройства государственности и потому быстро все похерят ради «заработчан», потом и страну развалят. Зачем тогда тут что-то создавать? Нет работы — езжай на Восток. Шахты, карьеры, заводы, целина вас ждут. А у нас переселяли молодежь из срединной России, обрушив там сельское хозяйство РСФСР. Оторванные от «диких земель» имперских окраин молодые люди быстро воспримут русский язык, а их дети без проблем перейдут на русский национальный код. Особенно если им не навязывать «украинскую культуру», состряпанную несколькими профессорами. Малоросская есть, гуцульская имеется, русинская. Но никакой общей украинской, что была веками, нет. И никогда не существовала.

— Откуда ты это взял, Виктор Семенович?

Судоплатов уже начал привыкать к тому, что я как фокусник постоянно достаю ему ценную информацию. Он и сам давно в разведке и знает ей цену, и потому ревнует. Вот честно, Абакумова хорошим разведчиком он никогда не считал. А информация у меня из будущего. Но успела подтвердиться несколькими местными источниками.

— Ты же знаешь, что не скажу.

Вздыхает. И начинает понемногу мне доверять. Да и масштаб наших последних операций его завораживает. Все-таки авантюрного склада человек. И потому переходит к делу.

— Все равно непонятно. Она у тебя уже по полочкам разложена, а так не бывает.

Бросаю в его сторону внимательный взгляд. Как быстро этот разведчик «сечет поляну». С ним нужно ухо востро держать. Придумать, что ли, легенду, связанную с тестем? Мол, он, как и Мессинг провидец? Неплохая идея, нужно будет обдумать. Тогда станет понятна засекреченность «источника». А результат — вот он.

— Потом объясню.

Судоплатов хмурится. Видимо, о чем-то догадывается. Я показываю глазами наверх.

— Так все серьёзно?

— Будет возможность — побеседуем.

Хочу перетянуть сильную личность к себе. И такой подход генералу явно льстит. Натерпелся он перед войной. Тогда был поставлен вопрос о его связи с арестованными руководителями разведки — Балицким, Горожаниным, что привлекли того в Москву. В конце декабря 1938 году Судоплатов был отстранен от работы и исключен первичной парторганизацией отдела из ВКП(б) за «связь с врагами народа», однако решение не было утверждено парткомом НКВД. Но, видимо, Берия вступился и отправил его курировать диверсионную работу. Вместо изгнания из партии и ареста он получил звание майора государственной безопасности и приступил к работе с только что вернувшимся из-за границы Эйтингоном. Спустя три месяца появился план операции под кодовым названием «Утка».

Было принято беспрецедентное решение: Эйтингону разрешили действовать абсолютно самостоятельно, с правом выбора и вербовки агентуры без санкции Центра. Ему под личную отчетность выделялась астрономическая по тем временам сумма — триста тысяч долларов. Итог известен: мешавший Сталину Троцкий был убит. Светоч революции невольно спас знаменитого разведчика. И сейчас я предлагаю сработать по его профилю. И эта операция свяжет нас больше, чем что-либо.

— Тогда я сегодня же начну разработку оперативного плана. Придется привлекать людей не отсюда.

— Тебе видней. Но не забывай — добываете из них информацию и ликвидируете. Эта сволочь хитрая, отсидится в тюрьме и позже нам будет гадить.

Судоплатов глянул мельком на принесенные мной компрометирующие материалы, ничего не ответил и вышел. И на том спасибо!

На Советской Украине было две волны украинизации. Первая реализовывалась примерно с 1923 по 1933 год, то есть охватывала практически 10 лет. И то последние лет 6 из этого десятилетия она шла существенно пониженными темпами. Наиболее активный период украинизации пришелся на 1923–1926 годы, когда Украиной руководил Лазарь Каганович. Весной 1925-го в Харькове даже состоялся пленум ЦК КП (б) Украины, который принял постановление с весьма говорящим названием: «Об украинизации». Постановление, в частности, предусматривало принудительное внедрение украинского языка, тем более в среде партийного и советского аппарата; а также предлагало подбирать и продвигать партийные кадры из рабочих и трудового крестьянства украинской национальности. Попутно оговаривались следующие меры: перевести все партийное просвещение на украинский язык; осуществлять преподавание во всех средних и части высших учебных заведений только на украинском и так далее. Причем это не были пожелания или рекомендации, вовсе нет. Предлагаемые требования считались обязательными к исполнению всеми партийными, государственными и хозяйственными органами республики.

Однако надо отметить, что украинизация проводилась не коммунистами, а так называемыми боротьбистами — бывшими членами левоэсеровской партии, базировавшейся на территории Малороссии. Эта партия возникла в 1917 году на волне известных революционных событий. У себя на родине они издавали газету «Боротьба», что и дало название всей партии. Однако, как организация «Боротьба» просуществовала всего три года, после чего самораспустилась. Большинство ее бывших членов при этом вступили в РКП (б). В то время Коминтерн еще рассматривался как штаб по подготовке мировой пролетарской революции. Как раз на предыдущем конгрессе Коминтерна было утверждено знаменитое «21 условие», чье соблюдение требовалось для того, чтобы партию считали коммунистической. За этим жестко следили, чтобы не было противоречия между правилами и установками какой-либо партии, претендующей на участие в Коминтерновских заседаниях, и выдвинутыми критериями. Поэтому «Боротьба» была вынуждена самораспуститься.

Однако люди, составлявшие ее ряды, никуда не исчезли. Войдя в РКП (б), они предприняли украинизацию на своеобразный рогульский манер. Кто этим занимался? Наверное, можно назвать заведующего отделом печати ЦК КП (б) Украины Андрея Хвылю, заместителя председателя СНК и председателя Госплана УССР Григория Гринько, наркома юстиции и прокурора УССР Николая Скрыпника, наркома финансов