— Личи появляются после смерти некромантов?

— Каждый некромант, дорвавшись до высшей магии, делает свой ментальный слепок, — кивнул Дон. — Все надеются, что смогут обуздать нечеловеческий голод и сумасшествие. Но удалось единицам.

— Искра входит в их счёт?

— Искра — Титан, — усмехнулся Дон так, будто это всё объясняло.

— И что это значит? — уточнил я, так и держа в руках волчью голову.

— Зачем ей превращаться в лича, рискуя всем, что есть, если можно вернуться в Школу Титанов?

— И ждать, как ты?

— Ну я же дождался, — хмыкнул Дон, — посмотри на это могучее тело!

Он с гордостью оглядел себя и добавил.

— Как могучи мои ручищи, ха-ха!

— Ты ведёшь себя странно, Дон.

— Не обращай внимания, — отмахнулся он. — У песьеголовых гормоны работают несколько иначе, чем у зордов.

— Ты волнуешься, — кивнул я.

— Волнуюсь? — переспросил Дон. — Мы вот-вот окажемся в мире песьеголовых. Вдвоём. Я в теле пса, ты — с заблокированной пантеоном магией. Там будут некроманты, шаманы и легаты, которые знают Ахнара чуть ли не с пелёнок. Наш единственный шанс уйти оттуда — твой компас.

— И при этом нам нужно вытащить Шань Ло, — криво усмехнулся я.

— Вот-вот, — кивнул Дон. — Так что, Вик, я волнуюсь.

— Не волнуйся, — я сам не знал, откуда у меня внутри появилась уверенность в своих словах. — У нас всё получится.

— Дай Сеть, — пожал плечами Дон. — Вместе, Вик. Один шаг — один портал. Понял?

— Понял, — кивнул я, надевая на себя волчью маску.

И мы шагнули. Вместе.

Как-то раз я спускался по лестнице в новомодной многоэтажке — друзья пригласили на новоселье. Оба лифта были заняты грузчиками, которые поднимали мебель таким же новосёлам, как мои друзья, и я решил пройтись пешком.

Я уже практически спустился с лестницы, как моя нога вместо того, чтобы коснуться следующей ступени, провалилась.

Оказалось, что первая ступень выше, чем остальные, вот только мозг, который этого не знал, мгновенно отправил телу сигнал опасности: Пропасть, опасность, жизнь под угрозой!

А в следующий момент, когда я уже чуть ли не падал вперёд, моя нога коснулась бетонного пола.

Я отделался испугом и лёгким вывихом, и это притом, что ступенька была ненамного выше остальных, а вот по словам друзей, несколько человек сломали себе ноги.

Дело дошло до того, что застройщик был вынужден поднимать уровень пола, чтобы сравнять по высоте все ступеньки.

К чему это я? Да к тому, что портал с пантеона в мёртвый мир был похож на ту ступеньку.

Шаг в неизвестность, а затем, когда мозг уже бьёт тревогу, в ноги ударяет каменистая земля.

Зависшее перед нами кроваво-красное мерцание я скорее почувствовал, чем увидел. Второй шаг, и мир вокруг сделал сальто.

Я почувствовал себя резинкой для волос, которую сначала натянули, а потом отпустили.

Желудок скрутило в кулак, и я не проблевался только потому, что за все эти четыре дня не съел ни крошки.

Впрочем, в следующий миг мне стало не до этого.

Мы появились в каком-то подобии военного лагеря перед толпой песьеголовых. И эти псы, судя по одежде, были в клане Призрачных волков не последними людьми.

Пока я старательно делал вид, что меня ничего не удивляет — спасибо, что на мне была эта дурацкая волчья маска! — Дон что-то повелительно пролаял.

Один из песьеголовых — судя по доспехам, один из легатов — тут же бахнул себя в грудь и куда-то умчался.

Вот только Дон и не думал на этом останавливаться. Он ткнул когтём в ещё одного легата и что-то прорычал. Тот рыкнул в ответ и впечатал кулак в свой нагрудник.

Дон довольно кивнул и перевёл свой взгляд на следующего пса.

Для того, чтобы раздать указания всей этой толпе, Дону хватило трёх минут, а затем в лагере началась суета.

— Готовь компас, — едва слышно шепнул Дон. — Используешь его, как только дам знак.

Я кивнул, из-за чего волчья маска чуть было не слетела с головы, и замер, кляня себя за совершенную только что ошибку. А вдруг кто-то заметит, что я — не Карух? К счастью, дело ограничилось несколькими брошенными взглядами.

Лагерь тем временем превратился в растревоженный улей.

Откуда-то появились ровные коробочки легионеров, за ними груженные поклажей рабы и мулы. Следом некроманты и шаманы.

Пламенной речи Дона хватило, чтобы песьеголовые за считаные минуты подготовились к военному походу. Стоп, Дон, что, хочет увести их за собой в мёртвый мир? Но какой в этом смысл, ведь они смогут вернуться?

Впрочем, уверен, мой призрачный партнёр знает, что делать.

Спустя час перед нами выстроилось многотысячное войско. По моим самым скромным прикидкам, здесь было около пятидесяти тысяч песьеголовых. И это только те, кто был готов выступить в любую минуту.

И чем дольше мы оставались в этом мире, тем больше не по себе мне было.

Я не понимал, чего мы ждём, а Дон не торопился объяснить.

Но хуже всего было то, что ко мне несколько раз подходили некроманты и что-то меня спрашивали на непонятном языке.

Всё, что мне оставалось — игнорировать любые попытки завязать разговор.

Было ли мне страшно? Ещё как!

Каждый рык песьеголовых, каждый настороженный взгляд заставлял сердце уходить в пятки. И лишь компас, который я сжимал в кулаке, дарил ощущение мало-мальского контроля.

В какой-то момент хаос прекратился, и все застыли в ожидании непонятно чего.

Легионеры пожирали глазами начальство, начальство пожирало глазами Дона. Ну а последний то и дело что-то порыкивал.

Трижды я думал, что нас раскрыли.

Первый раз — когда Дон шагнул вперёд и неуловимым движением вырвал сердце из груди здоровенного песьеголового.

Судя по дорогим доспехам, оставшийся без сердца пёс занимал высокую должность в легионе, и я уже было приготовился драться.

Но нет, пронесло. Тело тут же унесли, а приказы Дона начали выполняться быстрее.

Второй раз — когда к Дону подошёл шаман.

Он ткнул когтем в меня и что-то пролаял, на что Дон ответил молчаливым кивком.

Не знаю, о чём они говорили, но задумчивый взгляд шамана песьеголовых мне не понравился.

Третий раз был самым опасным. Дон долго слушал какого-то пса — я так и