нет свободных мест. Теперь надо искать квартиру поближе к академии… А я так хотел жить в академическом доме.

— Как это «нет мест», если учеба только началась? Когда же успели заселиться остальные студенты?

— Не знаю, — пожал он плечами.

В это время к нам подбежала Лена. На её голове красовался пышный розовый бант.

— Я всё-таки рискнула, — восторженно прошептала она. — Даже страшно как-то.

— Уверен, никто даже не заметит. Слушай, ты не знаешь, почему все академические дома заняты? Разве иногородним не обязаны предоставлять жилье? — вспомнил я наш недавний разговор.

— Конечно обязаны! Не может быть, чтобы все дома были заняты. Там же половина пустует.

— Странно. А мне сказали, что мест нет, — озадаченно сказал Сеня

— А-а, понятно. Эта ушлая комендантша просто хочет вытянуть из тебя деньги. Надо пожаловаться на неё декану. Пусть примет меры! Это ж ни в какие ворота! — возмутилась она.

— Не надо к декану. Сами разберёмся, — сказал я и многозначительно посмотрел на Сеню. Тот еле заметно кивнул.

В это время прозвенел звонок, и мы зашли в кабинет. Однако вместо вчерашнего преподавателя Фармакологии за столом сидел совсем другой мужчина.

— Ну, чего замерли? Садитесь на свои места! — прикрикнул он, уставившись на нас. — Если ещё раз зайдёте после звонка — я приму меры.

Мы с Сеней переглянулись и опустились на заднюю парту.

— Меня зовут Боярышкин Даниил Ефремович! — он поднялся с места и начал прохаживаться у доски, крутя в руках карандаш. — Я ваш преподаватель по Фармакологии.

— Нас будет обучать лекарь? — шепнул мне Сеня.

— И что такого? Думаю, он не хуже аптекаря знает Фармакологию, — пожал я плечами.

— Возможно… Только он практикующий лекарь и, кстати, близкий друг Сорокиных.

— Откуда ты знаешь?

— Так они в нашей области кучу лечебниц понастроили. И Сорокиных тоже приманили. Отец всё ругался, что эти Боярышкины никчёмные лекари и больше калечат, а не лечат.

Хм, а вот это очень странно. Надо бы выяснить побольше про этого Боярышкина.

Глава 8

Профессор Боярышкин прошёлся по списку студентов и, когда назвал моё имя, то дольше других всматривался в моё лицо, явно пытаясь запомнить.

— Во-первых, хочу сразу предупредить — что никаких поблажек никому не будет, — сказал он, встал из-за стола и начал прохаживаться между рядов. — Я здесь не для того чтобы входить в ваше положение. Моя задача — вдолбить вам в голову Фармакологию. Если будете опаздывать, прогуливать, не выполнять домашнее задание или делать его некачественно, то немедленно последуют меры. Суровые меры. И у меня для этого есть все полномочия.

— Простите, а можно поподробнее про меры? — осторожно спросила девушка с зелеными глазами.

Насколько я запомнил, её звали Аурика. Довольно необычное имя.

— Милочка, вы не начали учиться, а уже подумываете нарушать правила? — он зло зыркнул на неё.

— Н-нет, просто спросила, — еле слышно ответила она.

— Не надо ничего спрашивать «просто»! Только по делу. Всем ясно? — он обвёл нас взглядом.

Кто-то ответил, кто-то закивал. Но напряжение в кабинете лишь усилилось. С таким отношением препод не заслужит уважения, во всяком случае пока. Посмотрим, как он в себя в будущем покажет.

— Сегодня я вам расскажу различия между немагической и магической фармакологией. Итак…

Всё занятие он слонялся между партами, бубня себе под нос очередную теорию. Я то и дело ловил на себе его взгляд. М-да, после громкого судебного процесса я стал известной персоной, но меня это совсем не напрягает. Наоборот, я наконец-то в центре событий. Оказалось, что я даже соскучился по вниманию.

В конце занятия, когда прозвенел звонок и все двинулись к дверям, Боярышкин окликнул:

— Семён Афанасьев и Александр Филатов, подойдите ко мне!

Мы с Сеней переглянулись и, дождавшись, когда все выйдут, направились к преподавательскому столу, за которым он сидел.

— Вы сегодня опоздали.

— Всего на несколько секунд, — возразил Сеня.

— Какая разница! По-вашему, я должен ждать каждого студента и смотреть на часы? Занятие начинается со звонком. Вас в это время не было в аудитории. Я выписываю нарушение и даю задание на дом. Вы оба должны будете его выполнить к следующему занятию.

Мы с Сеней переглянулись. Похоже, мы с Боярышником не уживёмся. По крайней мере начинает он очень жестко. Ну что ж, посмотрим, как будет дальше.

— Записывайте задание, — велел он.

Мы записали то, что должны выполнить, и, не прощаясь, вышли в коридор.

— Говорил же я тебе, что Боярышниковы — никудышный род, — шепнул мне Сеня и покачал головой. — Ох и попьёт он нашей кровушки.

— Ну это мы ещё посмотрим, — улыбнулся я.

Сегодня у нас были ещё два занятия, и одно из них с Щавелевым. Он рассказывал про технологию составления рецептов лекарственных средств. Это было интересно, ведь я обычно задействовал лишь свою алхимическую способность и не опирался ни на какие таблицы и формулы.

— Пока. До завтра, — Сеня протянул мне руку, когда мы вышли из академии. — Не забудь выполнить задание Боярышникова, а то он ещё сильнее распалится.

— Не забуду, — я пожал руку и хотел уже направиться к парковке, но тут кое-что вспомнил. — Сеня, пошли к комендантше.

— Зачем? Лена же сказала, что она на деньги намекает. А у меня нет лишних. Мы, Афанасьевы, совсем небогатый род.

— Попробуем без денег договориться.

— Ну ладно, пошли, — пожал он плечами. — Только я сильно сомневаюсь, что у нас что-то получится.

Мы снова зашли в академию и двинулись по левому коридору.

— Что ты хочешь делать? Думаешь, она тебе, что-то другое скажет? — Сеня заметно забеспокоился.

— Может быть, — загадочно улыбнулся я.

Мы дошли до кабинета с табличкой «Комендант Ершова Дарья Алексеевна».

— Останься здесь. Я сам с ней поговорю, — велел я товарищу, постучал в дверь и зашёл, не дожидаясь ответа.

За столом, заставленным кипами бумаг, сидела дородная женщина лет пятидесяти. С унылым видом она просматривала какие-то бумаги. Из радио доносилась классическая музыка. По обыкновению я втянул носом эфиры…

— Добрый день, — я улыбнулся так широко, как мог.

— Добрый, коль не шутишь. Чего тебе? — лениво спросила она, подавив зевоту.

— Мой друг хочет заселиться в один