меня убить. Этот опыт научил меня одной простой вещи: слова ничего не значат, значение имеют только поступки. Так что, простите, но я пока не склонен вам доверять. Надеюсь, вы понимаете мою позицию.

— Ваш скептицизм понятен, Максим Алексеевич. Но я всего лишь выполняю свою работу и моя работа это задавать вопросы и получать на них ответы. А вы, кажется, обладатель информации, которая может быть полезной для моих работодателей. Так что давайте не будем усложнять друг другу жизнь, хорошо? Я задаю вопросы, вы отвечаете, и мы расстаёмся друзьями.

В целом поговорить я был не против. Опять таки, сам мог получить информацию, которая могла бы оказаться для меня полезной, а там посмотрим, как пойдет разговор уже.

— Так может, начнём разговор? — спросил я. — Что вы от меня хотите, Аркадий? Только давайте без этих вот ваших загадок. Я не люблю, когда со мной играют в кошки-мышки. У меня нет времени и я хочу домой. Так что давайте к делу, хорошо?

Он присел на корточки прямо на сырую землю и взял в руки сухую ветку, которая валялась у его ног. Я смотрел, как он начал что-то рисовать на земле, водя веткой по влажной почве. Не мог разобрать, что именно он чертил, но сам факт этого жеста казался мне странным.

— Максим Алексеевич, мои покровители тут узнали, что у вас намечается одна поездка, — сказал он, не поднимая головы. — И они хотели бы знать, какова её цель? Понимаете, в последнее время в империи происходят странные вещи. Люди ездят туда, куда не надо, говорят то, что не надо, и это создаёт определённые проблемы. Мы хотим убедиться, что вы не создаёте нам проблемы.

— Про какую именно поездку вы говорите? — спросил я, хотя уже догадывался, о чём он говорит, но хотел, чтобы он сказал это сам. Мне нужно было понять, насколько глубоко они копнули и что именно им известно.

— Максим, не тяните время! — сказал он. — Я тоже хочу домой. У меня там, знаете ли, семья, ужин стынет. Моя жена, конечно, привыкла, что я часто задерживаюсь, но сегодня она приготовила мой любимый пирог с мясом, и мне бы не хотелось, чтобы он остыл. Так что давайте говорить прямо, хорошо? Про Индокитай! У вас ведь намечается поездка в эту страну и мои покровители хотят знать, зачем вы туда едете.

— А-а-а, вы про эту поездку, — я протянул слова. — Так еду по работе, всё просто. Никаких секретов тут и нет, всё максимально скучно. Просто работа, Аркадий. Обычная работа адвоката. Такая же скучная, как ваши разговоры со мной.

— А кем вы там работаете? — спросил он, поднимая голову и глядя на меня. — Может быть, вы могли бы рассказать мне подробности? Чтобы я мог передать их своим покровителям и мы все наконец-то разошлись по домам?

— Ну ваши покровители могли бы и поднять информацию, — сказал я с иронией в голосе. — Я с самого начала сделки между Ветровыми и их партнёрами прохожу в этом бизнесе, как адвокат. У меня даже ежемесячные выплаты имеются и вся документация проходит через меня. Я просто выполняю свою работу и ничего более. Мне платят за то, что я слежу за юридической чистотой сделки. Я никогда не поверю, что такие серьёзные люди, как ваши господа, не смогли уточнить эту информацию.

— То есть просто как адвокат? — переспросил он. — Вы хотите сказать, что у вас нет никаких скрытых мотивов? Никаких планов, которые могли бы заинтересовать Совет Родов? Просто работа, и всё? Простите, но это звучит слишком просто, Максим. Слишком просто для человека, который уже столько раз был замешан в крупных делах.

— А как ещё я должен ехать? — ответил я вопросом на вопрос. — Я адвокат и езжу по делам. Защищаю интересы своих клиентов, чтобы в их деятельности не возникло лишних проблем. Это моя работа, решать проблемы моих клиентов. Вот такие дела, Аркадий. Мда, это получается мы зря сюда ехали?

Он усмехнулся и отбросил ветку в сторону. Потом встал и отряхнул руки.

— Ну, может быть, какие-то условия были необычные, которые заинтересовали вас? — спросил он. — Максим, вы же явно понимаете о чем я говорю. Мы все знаем, чем эта поездка отличается от любой.

— Например? — спросил я.

— Ну, например, какая-то личность, — сказал он, делая шаг вперёд. — Может, там концерт какой-то звезды будет проходить? Или встреча с важным человеком? Или, может быть, вы собираетесь навестить кого-то из старых знакомых? Вы же понимаете, что я не просто так спрашиваю, Максим.

— Я не понимаю, о чём вы, — сказал я. — Если у вас есть конкретный вопрос то задавайте его прямо, а если нет, то давайте заканчивать этот спектакль и расходиться. У меня нет времени на эти игры в угадайку! Я уже вам про это говорил ранее!

— Ладно, Максим Алексеевич, — сказал он. — Про императора ничего не слышали? Может быть, у вас есть какие-то планы, связанные с ним? Потому что, если честно, у нас есть информация, что вы можете попытаться встретиться с ним во время этой поездки и нам бы очень хотелось знать, зачем вам это нужно.

— Слышал, что у Ветровых с ним будет встреча, — ответил я абсолютно без напряжения в голосе. — А я при чём? Меня на неё не звали. Я просто еду как их юрист и если вы хотите знать, что я буду делать, то я буду сидеть и заниматься документами. Да, конечно, мне бы хотелось встретится с таким человеком, но увы, я птица более низкого полёта.

— Интересный вы человек, Изумрудов, — сказал он с кривой ухмылкой на лице. — Знаете, я бы мог сейчас убить вас прямо тут и никто бы никогда не нашёл ваше тело. Только представьте, как это будет выглядеть: адвокат, который решил прогуляться в лесу и не вернулся. Полиция поищет, повозмущается, а потом забудет. Никто бы и не узнал, что было на самом деле, но у нас другая задача, Максим. Мои господа не хотят портить отношения с вашей сестрой… пока. Но если они посчитают, что вы по-настоящему опасны, то это вас не спасёт. Даже ваша сестра не сможет вас защитить. Надеюсь вы это понимаете? Если сказать простейшими словами,