просто разорвался на части. Моя истинная сущность слишком сильна для этой плоти. Я должен был служить им век, чтобы сохранить свое существование рядом с тобой с этим ожерельем. Пришлось опередить время и попасть в Дэсмур на век вперед тебя.

— …Я ничего сейчас не понимаю, Амир. Это… У меня нет слов.

Он поднялся и протянул мне руку.

— Пойдем. Здесь слишком душно.

Я заколебалась, но затем, словно под гипнозом, вложила свою ладонь в его. Его прикосновение было теплым, но в нем чувствовалась невероятная сила. Он повел меня из зала, через коридоры, залитые лунным светом, к распахнутому окну, что я видела ранее. Это оказалось балконной дверью.

Мы вышли в сумрачные сады Храма Мандир, где воздух был напоен ароматом ночных цветов и пением птиц.

— …А как… Как ты стал жрецом? Как становятся… такими как ты? — шепотом спросила я, вспоминая его в том божественном облике.

— Меня избрали для этого с рождения. Воспитывали в монастыре и обучали самые бессердечные, богоподобные существа, чтобы я стал предназначенным жрецом Карнака, наблюдающим за вечным процессом близнецовых пламен. Но в итоге… я провалил свою миссию. — Амир остановился посреди аллеи, его глаза были полны тоски. — Я должен был воссоединить тебя с твоим близнецовым пламенем и на этот раз, чтобы ваша любовь могла исцелить этот мрачный мир. Вы — те самые, изначальные, с самого начала цикла жизни и смерти. Те, кого Теневые Правители боятся больше всего… Но вместо этого… я сам полюбил тебя.

Он шагнул ко мне, его рука потянулась к моему лицу, его глаза горели глубоким, почти обжигающим огнем. Я почувствовала, как его дыхание касается моих губ, и в этот миг — страх вновь охватил меня. Его слова, его признание, его истинная сущность — все это было слишком много, слишком быстро...

— Амир… — прошептала я, отстраняясь. — Мне… нужно время. Подумать обо всем. Пожалуйста.

Его рука замерла в воздухе, затем медленно опустилась. В глазах мелькнула боль, но он кивнул.

— Я понимаю, госпожа... Я дам тебе это время. Я перееду из твоего дома сегодня же, чтобы ты чувствовала себя комфортно. Чтобы ты могла подумать обо всем одна.

— …Благодарю тебя. За все.

Амир кивнул, растворяясь в тенях сада, оставляя меня наедине с ароматом роз и тяжестью его непостижимого признания.

* * *

Мои шаги эхом отдавались в коридорах моего дома, что казался теперь непривычно тихим и пустым. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая витражи в багровые тона. В саду, среди увядающих роз, я увидела своих братьев-близнецов, играющих в догонялки, их звонкий смех казался каким-то неправильным в этой наступившей тишине. Тяжесть на сердце не отпускала, слова Амира застряли в голове, а его образ, сияющий золотом, стоял перед глазами.

Едва я успела снять плащ, как из тени выступила старая служанка, ее лицо было встревоженным.

— Госпожа Сандрина, к вам гость. Из Совета Восьми.

Мое сердце сжалось от тревоги. Совет Восьми… Что им нужно? Неужели они уже знают об Амире?

Но затем служанка добавила:

— Это господин Даниш Фон Ур. Из Дома Ворона.

Моя тревога отступила, сменившись странным, почти радостным предвкушением. Даниш… Его визит был неожиданным, но в то же время желанным.

Я прошла в гостиную, где царил полумрак, лишь пламя в камине отбрасывало тени на стены, увешанные старинными гобеленами.

Он стоял у окна, его высокая фигура, облаченная в темный бархатный костюм, казалась частью великолепного интерьера.

Когда мужчина обернулся, его глаза встретились с моими. В них не было осуждения, лишь мягкая забота.

— Сандрина… Как ты себя чувствуешь?

Я почувствовала, как румянец заливает мои щеки. Его присутствие всегда оказывало на меня странное, успокаивающее действие.

— Я в порядке, Даниш. Мне уже лучше... Что привело тебя?

Он улыбнулся, и эта улыбка осветила его лицо, сделав его еще более притягательным. В его руках появился небольшой ларец, инкрустированный черным деревом и серебром.

— Я захотел поднять тебе настроение. Ты выглядела… утомленной, когда мы виделись в последний раз. Подумал, что эти безделушки могут тебя порадовать.

Он открыл ларец, и внутри замерцали драгоценные камни, но мой взгляд сразу же привлекло ожерелье. Оно было сплетено из тончайших серебряных нитей, украшенных крошечными черными ониксами, напоминающими глаза ворона, а в центре сиял крупный, ограненный аметист, мерцающий в полумраке.

— Оно… просто прекрасно, Даниш, — прошептала я, чувствуя, как смущение нарастает.

— Примерь его. Уверен, оно будет тебе к лицу.

Я взяла ожерелье, холодное серебро легло на мою ладонь. Пальцы не слушались, когда я пыталась застегнуть замок. Он был слишком мелким.

— …Не поможешь? — я подняла на него взгляд, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.

Даниш подошел ближе, его теплое дыхание коснулось моей шеи. Длинные, изящные пальцы легко защелкнули замок, и я почувствовала, как кончики его пальцев слегка касаются моей кожи.

Легкий электрический разряд пробежал по моему телу. Его близость была опьяняющей, и почему-то такой… знакомой.

Я замерла, пытаясь не дышать, когда он склонился надо мной, его волосы коснулись моей щеки.

— Превосходно, — прошептал он, его голос был низким и чувственным. Он задержался на мгновение, его взгляд скользнул по моей шее, затем поднялся к моим глазам.

— Благодарю…

Я поспешно отстранилась, чувствуя, как жар поднимается в груди.

— Может быть… мы выпьем кофе в саду? — предложила я в оправдание.

Он кивнул, и мы отправились в сумеречный сад.

Служанка принесла кофе, и мы устроились на кованых стульях, окруженные тенями.

— Сандрина, — начал Даниш, отпив глоток из своей чашки, — сегодня вечером произойдет нечто, что пошатнет равновесие в нашем городе. Последний Жнец… он присоединится к Совету Восьми. Мы станем Советом Девяти.

Моя чашка замерла в воздухе. Последний Жнец… Мое сердце пропустило удар.

— Баланс будет нарушен, — продолжил Даниш, его голос стал серьезным. — Темные Дома получат перевес. Равновесия больше не будет. В городе начнется хаос.

Я почувствовала, как холод пробегает по моей спине. Хаос... Я вспомнила слова Амира о пророчестве, о том, что он избавился от Эльвиры, чтобы остался лишь один Жнец, что положит начало хаосу. И теперь…

— Что… что же мне делать? — мой голос дрогнул. Я вспомнила прежние предложения Дома Ворона о поддержке, о помощи, которую он мог мне дать. Он всегда казался таким надежным, таким… незыблемым.

Даниш поставил чашку на столик, его взгляд был проницательным, будто он читал мои мысли.

— Я могу помочь тебе, Сандрина. У меня есть идея, как можно остановить начало хаоса. Но за мою помощь… будет одно условие. Я расскажу тебе о нём, когда придет время. Если ты согласна, конечно.

Я