крайний, на которого спустят всех собак. И становиться этим крайним мне неохота.

– А мне значит можно.

– Ты итак в таком положении, что на тебя посыплются все шишки.

– Я бы так не сказал.

– Ой, да ладно, брось. Я тут поспрашивал и оказалось, что Е Цзунь не поддержал тебя в этом вопросе.

Е Хань поморщился, как будто съев лимон.

– У отца много дел, и у него нет времени разбираться со столь небольшими делами.

– Ну да, ты хоть сам-то в это веришь? Ему лишь надо было высказаться в твою поддержку, никто не требовал от него влезать в это дело обеими ногами. Но он даже этого не сделал.

Е Хань помрачнел, услышав эти слова. С каждым месяцем отец отдалялся от него, и это его беспокоило. Он не понимал, чем заслужил такое отношение отца. В последние годы его мир пошатнулся, в семье все чаще начали звучать слова, что он приёмный сын и нахлебник, но он уже привык к этому. Ведь до недавних пор отец ничем не выдавал своего разочарования в приёмном сыне, и тут такое. Это был страшный удар для него. На совете старейшин семьи, когда была озвучена эта ситуация, отец промолчал.

– Надеюсь, ты понимаешь подоплёку всей ситуации, – сказал Ма Вэй. –У Е Цзуна сейчас связаны руки, поэтому не воспринимай его бездействие близко к сердцу.

– Какую ещё ситуацию, – произнёс Е Хань, мигом став серьёзным. – Ты что-то знаешь? Рассказывай. Хватит ходить вокруг да около.

– Хань, ты же умный парень, включи мозги и выключи эмоции. Вспомни все, что происходило с тобой за последний год и проанализируй это без эмоций. Не тебя одного принимают в семьи, да некоторые входят слегка по другой программе, но ты не один такой. Даже я знаю пару случаев, когда в семью принимали не как стороннего, а именно усыновляли. Но почему же тогда так взъелись на тебя, уверен, это началось не сразу. Я ведь прав?

– Да, вначале все было хорошо, я чувствовал, что снова обрел семью. Но сейчас… не знаю, в чем я провинился, что семья так ополчилась на меня.

– С чего ты решил, что провинился ты.

– Что ты этим хочешь сказать?

– Эх, ладно. Если ты не хочешь посмотреть на ситуацию со стороны и без эмоций, позволь мне немного просветить тебя.

То, о чем рассказал Ма Вэй, удивило парня, он действительно не замечал всего этого. Как же он был слеп, отец не бросил его, у него просто не было возможностей помочь ему. Оказывается после того совещания о демоническом духе легендарного ранга, на котором разгорелся скандал, когда отцу отказали в его выдаче, его решили «поставить на место», используя ситуацию с Е Ханьем.

– Проклятые старикашки, – в сердцах воскликнул Е Хань, вскочив со стула. – Что они себе позволяют.

– Ладно, ладно успокойся. Присядь, в ногах правды нет.

– А! Как я могу успокоиться, когда стал причиной, что отца поставили в такое положение.

– Ты меня слушал? Причина не в тебе, ты всего лишь следствие.

– Все равно, после этого пойдут разговоры, что отец не может защитить даже собственных детей. Это сильно ударит по его репутации. Как же не вовремя я с этими символами влез.

– Теперь ты понимаешь, что тебя при любом раскладе сделают крайним, лишь бы насолить главе города.

– Что ты предлагаешь?

Выслушав рассказ Ма Вэйя о плагиате символов, Е Хань был в шоке. Оказывается, Священная семья давно грешит подобным. Хоть план Ма Вэйя был сыроват, как на его взгляд, но он должен был признать, что данная информация была крайне важна.

– План «гавно», но идея хорошая. Теперь понятен весь этот фарс со встречей, не хочешь ссориться со Священной семьёй?

– Мне не с руки с ними враждовать, да и если бы я выдал все это, дело быстро бы замяли.

– Это точно, со мной же совсем другая ситуация выходит, – погружаясь в свои мысли, сказал Е Хань.

– Проклятье, если бы я не знал насчёт старейшин, я бы с радостью воспользовался твоей информацией.

– А что тебя сейчас смущает? – спросил Ма Вэй.

– Хотя ты пожалуй прав, при любом раскладе старейшины попытаются избавиться от меня. Ты не в курсе, но недавно было собрание старейшин по поводу выдачи отцу демонического духа легендарного ранга, ему отказали. А старейшины, которые не согласились с выдачей, как-то связаны со Священной семьёй, они даже предлагали помолвить сестрёнку Е Цзыюнь с младшим наследником Священной семьи, Шэнь Юэ, и у них почти получилось. В то время когда болела мать Е Цзыюнь, отец вообще ни на что не обращал внимания. Так что выпустив эту информацию о символах, они костьми лягут, но постараются убрать меня.

– Ну, тебе при любом раскладе страдать, а так хоть Священную семью прижмёшь.

– Это верно, но сделаем мы по-моему.

Глава 31(ред.)

В усадьбе Священной семьи стояла неестественная тишина, слуги перемещались перебежками, вжимая головы в плечи. Даже члены главной семьи старались не показываться лишний раз из своих покоев. В центральном зале для собраний было экстренное заседание совета старейшин. На центральном месте зала стоял каменный трон. Возвышаясь над присутствующими, патриарх Священной семью восседал на троне с гневным лицом, оглядывая старейшин семьи. В этот раз для старейшин не поставили стульев, и все они сидели на небольших подушечках, становясь тем самым ещё меньше перед патриархом Шень Хуном.

– Кто-нибудь может объяснить, как небольшой спор о символах перерос ВО ВСЁ ЭТО?!! – гневно крикнул Шень Хун, разбивая каменный подлокотник трона.

– Глава, – произнёс пожилой мужчина, третий старейшина семьи, – мы посовещались и пришли к мнению, что Е Хань, проводя исследования для своего проекта по символам, раскопал оригиналы этих пяти символов.

– Так почему же он сразу не заявил об этом, а ждал до городского собрания глав?

– Мы считаем, что он хотел использовать эту информацию, чтобы шантажировать нас, и в будущем устранить помеху на пути к должности главы города.

– Ха, не смеши меня, ему бы никто не доверил должность главы города.

– Если бы он достиг того же уровня, что и Е Цзун, то все возможно. Мы потратили много ресурсов на подкуп старейшин семьи Вьюги для очернения парня перед другими членами семьи. Благо, они изначально