системы Плутона как с помощью новейших телескопических систем, так и космическими аппаратами серии «Новые Горизонты», позволили существенно продвинуться в понимании истории и эволюции Солнечной системы. Это, в свою очередь, открыло перспективы поиска новых объектов планетарного типа, в частности тех, орбиты которых лежат в плоскостях, перпендикулярных плоскости эклиптики.

Напомню вкратце историю и современное состояние вопроса. Сам Плутон был открыт К. Томбо в 1930 году. В 1978 году Дж. Кристи и Р. Харрингтон обнаружили самый большой его спутник Харон. В 2005 году А. Стерн, Г. Ф. Вивер и М. Ф. Бьюи открыли еще два спутника, теперь известные как Дафнис и Хлоя. Многие из здесь присутствующих еще помнят ту жаркую дискуссию, которую пережил Международный астрономический союз по поводу их названия. Никта и Гидра — альтернативный вариант названий — едва не победил потому, что первые буквы этих имен совпадают с первыми буквами названия запущенного в 2006 году аппарата «Новые Горизонты-1». И победил бы наверняка, если бы летом 2006 года можно было предвидеть, что в 2015 году этот аппарат обнаружит еще 192 (!) гораздо более мелких (от 10-метровых ледяных глыб до тел диаметром 20–25 километров) спутников с весьма причудливыми характеристиками орбит. Они имеют самые различные наклонения к плоскости эклиптики, вплоть до перпендикулярных, а тридцать семь из них даже двигаются попятно. Кроме того, с помощью разработанного американскими студентами прибора SDC, установленного на этом аппарате, было открыто два каменно-пылевых кольца вокруг центра масс Плутона и Харона, одно из которых (малое внутреннее) лежит в плоскости эклиптики, а другое (большое внешнее) почти перпендикулярно ему.

Обнаружение этого кольца позволило предположить, что и в «Большой Солнечной системе» может быть что-то подобное, а, значит, есть шанс найти в этой плоскости и крупные планетоподобные тела, которые, подобно спутникам Сатурна Прометею и Пандоре, являются «пастухами» этих колец.

Полученные результаты потребовали более детальных наблюдений и в 2018 году к Плутону были направлены два новых аппарата. Точнее, один, но состоящий из двух частей — второй аппарат был состыкован с основным и отделялся от него за неделю до начала активной работы. В это время и в перигелии-то весьма незначительная атмосфера Плутона практически полностью вымерзла. Это позволило спланировать весьма сложный и тонкий маневр очень тесного (порядка 10 километров) сближения аппарата с Плутоном и с Хароном (до 2 километров) для того, чтобы в их гравитационных полях погасить скорость и стать долговременным спутником.

На аппарате была установлена новейшая система связи, использующая оптический лазер. Впервые она была испытана еще в начале века, в 2005 году, когда оптический лазерный сигнал был получен с расстояния 24 миллиона километров. Вот что сообщалось тогда о причинах этого эксперимента. «Обычно связь с космическими аппаратами поддерживается в микроволновом диапазоне радиоволн, но их недостаток заключается в невозможности формирования достаточно узконаправленного излучения. Вследствие этого энергия радиоволн при-распространении теряется, и уменьшается пропускная способность канала связи». Эксперимент прошел успешно, и после того, как была разработана система приема сверхслабого оптического сигнала с помощью гигантских пленочных зеркал на околоземных орбитах, систему стали использовать и для дальней связи в тех случаях, когда нужно было быстро принять большой объем информации.

В данном случае это было необходимо для точного измерения параметров орбит многочисленного семейства спутников Плутона, поскольку по результатам «Нью Горизонта-1», исследовавшего систему с пролетной траектории, точных данных получить не удалось, а особенности орбит спутников были чрезвычайно интересны — предварительные расчеты показали, что вся система находится в гравитационно-неустойчивом состоянии. И в данном случае оказывается важным влияние даже космологического расширения! Основной эффект влияния космологической постоянной на эволюцию орбит в первом приближении пропорционален космологической постоянной. Эффект значителен для маломассивных систем на широких орбитах, а уж солнечные орбиты ничтожных по массе спутников Плутона куда как широки!

Второй аппарат являлся служебным модулем — фактически, это был очень мощный компьютер, который выполнял на месте навигационные расчеты и позволял выполнить маневры с заданной точностью, ведь управлять с Земли на таких расстояниях (многочасовая задержка управляющего сигнала) просто невозможно.

На главном аппарате были и тормозные двигатели, мощности которых было все-таки не достаточно, чтобы погасить остаточную скорость без гравитационного маневра, хотя для ее снижения и был выбран длинный путь в семнадцать лет («Нью Горизонт-1» с помощью Юпитера добрался за девять). Медленнее лететь было просто невозможно главным образом потому, что за столь долгое время значительно снижается надежность всех систем аппарата, да и изотопный источник энергии заметно теряет в мощности.

В 2035 году «Нью-Горизонт-2» с помощью «наводчика» «Камо» (его называли еще «Dog brains» — «Собачьи мозги», в честь Камо — первой разумной собаки, которая «хорошо соображала, но не умела говорить», а космический аппарат «Камо» не передавал на Землю никакой информации) блестяще справился с поставленной задачей. Он стал первым искусственным спутником Плутона-Харона и за полтора года своей работы передал совершенно уникальную информацию об орбитах всех спутников.

И вот тут и обнаружилось, что не только сама эта система уникальна, но уникальным по своему влиянию на ее эволюцию оказался первый визит в это семейство небесных тел аппарата «Нью Горизонт-1».

В результате детальных расчетов выяснилось, что в 2015 году, когда к системе приближался «Нью Горизонт-1» (а это был аппарат массой всего 478 килограммов!) она находилась в критическом состоянии и была близка к непредсказуемому распаду и разлету всего этого семейства тел по различным направлениям.

Но это критическое состояние включает в себя и один чрезвычайно редкий вариант исхода. В этом случае происходит такая перестройка структуры, что все тела попадают в своего рода «гравитационные ловушки». Это области пространства, аналогичные точкам либрации в задаче трех тел, то есть точки, где совместное действие всех тяготеющих центров уравновешивает усилия друг друга и тело, попавшее в такую точку, оказывается на стабильной орбите.

Возникновение таких точек возможно, если только распределение скоростей подчиняется закону Менделя. А этот закон здесь работал, поскольку каменно-пылевые кольца обладали «памятью» — их структура зависела от предшествующих влияний, т. е. от их истории!

В системе Плутона возникла уникальная возможность возникновения «эффекта костяшек домино» — все тела находились в таком положении, что при достаточно сильном толчке одного из них начиналась лавинообразная перестройка всей системы.

И такое событие произошло! Когда за 5 месяцев до прибытия «Нью Горизонт-1» «проснулся» и было проведено тестовое включение бортового телескопа LORRI, он передал на Землю не черную картинку с яркой точкой-Солнцем посередине, как предполагалось по программе испытания, а удивительный пейзаж неизвестного небесного тела — ледяной глыбы около 10 метров в диаметре! Позже она была названа Антинемезидой из-за своей судьбоносной роли в судьбе