уважение и статус просто так не даются. Их надо заслужить. Мы вон промеж собой договориться не можем по, казалось бы, простейшим вопросам, – чуть что сразу за оружие хватаемся и кровь свою и чужую льём, словно воду. Куда уж нам с таким воспитанием в Галактическое Сообщество!

– Рад, что ты это понимаешь, – ответил Марк. – Хотя должен сказать, что всё не так однозначно. Если ты думаешь, что в ГС не бывает разногласий и не доходит до пролития своей и чужой крови, то ошибаешься.

– Что, неужели воюете?! – изумился я.

– Да как тебе сказать… – замялся лируллиец. – Прямо уж до войн, чтобы раса на расу и космофлот на космофлот, последнее время не доходит. Но стычки бывают. Разной степени… э-э… тяжести.

Я хотел его спросить, какой именно срок он имеет в виду под словосочетанием «последнее время», но передумал. Захочет, сам расскажет. Да и не важно это, в общем. Немедленно вспомнился короткий диалог из бессмертной комедии Леонида Гайдая «Операция «Ы» и другие приключения Шурика»:

«– У вас на стройке несчастные случаи были?

– Нет.

– Будут!»

Несложная ассоциация, в общем-то, на поверхности лежит. Но не совсем уместная. Судя по тому, что сказал Марк, несчастные случаи на галактической стройке бывают и без всякого участия Земли. Иное дело, что с нами их почти наверняка стало бы больше.

3. Лируллийцы[38], по словам моего собеседника, на сегодняшний день самая древняя разумная раса в Галактике. Инициаторы создания Галактического Сообщества и Совета. Еще в ту далёкую-предалёкую эпоху, когда эти существа осознали себя разумными, они уже обладали замечательной способностью к регенерации и трансформации. Оказывается, если лируллийцу оторвать, к примеру, пару ног-корней или рук-щупалец, то он довольно быстро отрастит себе новые. Также при необходимости представитель этой удивительной расы может принять вид чего угодно.

От обычного клёна в подмосковном лесу или котика на морском побережье до самого настоящего живого человека.

Лируллийцы путешествовали среди звёзд в те времена, когда и человека-то, как такового, не было на белом свете. За развитием земной цивилизации они наблюдают давно, но ни в коем случае не вмешиваются. Ну, то бишь не вмешиваются на серьёзном уровне, потому как само присутствие наблюдателей уже означает в некотором роде вмешательство.

– Это как в квантовой механике, – блеснул я эрудицией. – Принцип неопределённости Гейзенберга. Тот, кто наблюдает за процессами в микромире и пытается их измерить, неизбежно на эти процессы влияет.

– Почему только в микромире? – удивился Марк. – Везде так, – он подумал и добавил: – И к бабке не ходи.

Я засмеялся и похлопал в ладоши.

– Молодец, быстро учишься.

– Стараюсь, – с довольным видом улыбнулся он и продолжил: – Вот мы, как я уже сказал, за вами вроде бы только наблюдаем, а получается, что вмешиваемся. Взять твоё присутствие здесь, на Луне. Чем не вмешательство? Ты же, получается, исчез. Родные беспокоятся, на работу не пришёл. Значит, реакция неизбежна. Начнут искать.

– Вот же ёжик в тумане! – хлопнул я себя по лбу. – Сеструха Лариска! Она ж беременная, ей нельзя волноваться. Как чувствовал, хотел вчера позвонить, но подумал, что потом. А потом, как мы знаем, наступил полный суп с котом.

– Суп с котом, – пробормотал Марк. – Надо запомнить.

– Ты, главное, запомни, что бывает он не сразу, а только потом, – усмехнулся я. – Так и говорят. Потом, мол, бывает только суп с котом.

– Честно говоря, не очень понимаю, – пожаловался Марк.

– В том смысле, что, если сразу важное дело не сделать, потом уже чаще всего бывает поздно.

– Ага. Да, это так и есть.

– Слава богу. Слушай, вы же продвинутая в техплане цивилизация, так?

– Если по сравнению с вами, то – да.

– А нельзя как-то отсюда сообщить моим, что со мной всё в порядке? Совру что-нибудь. Например, что подвернулась срочная шабашка. Хрен с ним с начальством на работе, ему я потом что-нибудь набрешу, но хотя бы сеструхе. Ты понимаешь, я вчера сдуру поругался с ней, и теперь, когда ночевать не пришёл и, главное, не позвонил, она бог знает что может подумать.

– Не вижу особых препятствий. Лучше послать эсэмэс-сообщение. Напиши, я передам в рубку, мои товарищи отправят.

– Отлично. А поговорить, как по телефону, нельзя?

– Вообще-то можно, но неудобно. Потому что с голосом возникнет почти трёхсекундная задержка, а это будет трудно объяснить.

– Задержка?

– Скорость электромагнитных волн, – пояснил Марк коротко, – и расстояние от Земли до Луны и обратно.

– Чёрт, верно, я и забыл. Кстати, о расстоянии и прочем. Каковы ваши и наши дальнейшие действия? Вы меня возвращать на Землю собираетесь? И, если собираетесь, то когда?

– Вот! – поднял в потолку длинный палец Марк. – Правильные вопросы и вовремя заданные. Как раз об этом я и хотел с тобой поговорить. А всё то, о чём мы беседовали до настоящего момента, было лишь прелюдией.

– Интригующе звучит.

– А то!

– Я слушаю. Только давай сразу к делу, ага? Не люблю, когда долго ходят вокруг да около.

– Что ж, это устраивает. Я и сам не люблю. Сразу так сразу.

Мы встретились глазами, и я не прочёл в его фиалковом взгляде ничего кроме спокойной доброжелательности.

– Скажи, Дементий, – спросил инопланетянин, чуть помедлив, – ты не хотел бы на нас поработать?

Глава 5

Неожиданное предложение. Это, если сказать мягко и быстро. Не задумываясь об оригинальности и образности формулировки. То есть штампованно. Ну, штампованно так штампованно, не до оттачивания стиля мышления сейчас. Ишь ты, ёжик в тумане, поработать на них… Интересно, что он имеет в виду? Банальный шпионаж? Вряд ли. Нет, здесь уместно не сомнение, а явное отрицание. Какой, на хрен, шпионаж с их техническим превосходством и умением принимать идеальный человеческий облик? Они и сами шпионы – лучше некуда. Да и какой с меня прок, как со шпиона? Что я могу? Смешно. Хотя, как понимать слово «шпионаж»… А лучше всего и вовсе это словцо исключить временно из лексикона. Потому как я хоть и не лингвист, но понимаю, что отдаёт словечко Уголовным кодексом. Стоп-стоп. Какой ещё Уголовный кодекс, Дёма, ты что? Шпионаж – это по-любому преступление против отечества в пользу иного государства. Насколько я понимаю, инопланетян представителями другого государства считать нельзя. Или можно? Наверное, всё-таки нельзя. Для этого их нужно признать… как это… физическими лицами. То есть людьми. Хомо сапиенсами. А это, думаю, проблематично. Или нет? Чёрт, не юрист я совсем. Да и вообще, не о том думаю. Всё-таки плохо, что у них здесь нельзя курить. Самое время сейчас выкурить сигаретку. Эх, давно ведь