проявил слабость или привязанность, они бы ударили по тебе и Лейле. Вы стали бы рычагом давления. Поэтому мне пришлось играть роль мерзавца, чтобы вы оставались в безопасности.

Света сидела с открытым ртом. Она переводила взгляд с меня на Нику, пытаясь осознать масштаб всего происходящего. Вся её обида таяла на глазах. И тут в разговор вступила Ника, устроившаяся на подлокотнике дивана и скрестившая руки.

— Я здесь не ради романов, Света, — спокойно пояснила ведьма. — Я приехала как химик. Мы с Еленой создаём антидот из корня мандрагоры и крови Игоря. Это единственное спасение от гипноза Диворского. Лекарство, которое пробудит людей. Твой шеф сейчас работает приманкой, чтобы отвлечь «Альянс» от Зареченска и Стрежнева. Нам нужно время, чтобы синтезировать препарат и подмешать его в еду столичной элите.

Мылси в голове Светы наконец-то сложились. Её недавняя ревность растворилась без следа, и на смену пришли шок и стыд за поспешные выводы. Она закрыла лицо руками и судорожно выдохнула.

— Господи, какая же я дура, — пробормотала она. — Простите. Я просто… сходила с ума от неизвестности. Твой голос меня просто убивал, я накрутила себя до предела. Думала, ты нашёл себе столичную фифу и забыл нас.

Это хорошо, что она ещё не знает про нападение на нас.

Света подняла виноватый взгляд и извинилась. Она поняла под каким прессингом я нахожусь до сих пор. Заставлять себя грубить близким ради их же спасения было паршиво. Каждый звонок в Стрежнев давался мне с трудом, ведь тогда приходилось строить из себя равнодушного босса.

— Всё нормально, — я улыбнулся и сжал её ладонь. — Я бы тоже решил, что шеф слетел с катушек. Вы там старались и выбились из сил, а я тут по элитным ресторанам хожу, да ругаюсь со всеми. Но это часть плана.

Света быстро взяла себя в руки, и журналистская хватка снова вернулась к ней, отодвинув переживания на задний план.

— Так, сопли в сторону, — она поправила волосы. — Если у нас война с «Альянсом», я готова помочь. Мы развернём такую пиар-кампанию против Диворского, что им мало не покажется. У меня есть выходы на прессу, они ещё пожалеют, что связались с нами. Мы устроим им кулинарную революцию прямо в эфире.

— Вот это другой разговор, — кивнул я. — Лейла справляется в Стрежневе? Там нет проблем?

— Лейла держит кафе стальной хваткой, — усмехнулась Света. — Никто даже не пискнет. Мы сказали, что ты на важных переговорах по расширению франшизы. И ведь это правда. Ребята работают в две смены, но пока никто не жаловался.

Я с облегчением выдохнул, команда снова в строю. Поблагодарил Свету, поцеловал её в макушку и отправился на маленькую кухоньку. Мне нужно было перевести дух и накормить моих женщин. Готовка всегда была для меня медитацией и способом вернуть контроль над мыслями.

* * *

Вероника поднялась со своего места и пересела на диван к Свете, окинув ту заинтересованным взглядом.

— Какой срок? — шёпотом спросила Ника.

Света тут же вздрогнула, словно от удара током.

— Откуда ты знаешь.

— Я ведьма и травница, — усмехнулась первая. — Мужики тонких вещей не видят, пока живот на нос не полезет. Им табличку повесь, всё равно не заметят. А нас не обманешь, мы устроены иначе. У тебя эфир вокруг живота светится тёплым золотом. Я такое магическое свечение ни с чем не спутаю.

Света густо покраснела и опустила глаза.

— Семь недель, — прошептала она едва слышно.

После чего схватила Веронику за руку.

— Пожалуйста, Ника, я умоляю, — зашептала Света. — Ему нужно победить Диворского. Это вопрос жизни и смерти в буквальном смысле, ты и сама понимаешь. Он должен оставаться с холодной головой, расчётливым и жестоким. Ему не до переживаний о пелёнках и врачах. Я не хочу делать его уязвимым именно в этот момент. Если он узнает, то бросит всё и начнёт прятать меня по бункерам. А ему нужно построить ресторан и уничтожить «Альянс». Дай мне слово, Ника. Никто не должен знать.

Вероника выслушала её сбивчивую речь и кивнула.

— Это ваше дело, Света, — ведьма ободряюще похлопала её по руке. — Я могила, не скажу ему ни слова. Но не тяни слишком долго, он имеет право знать. Мужики не любят сюрпризы.

— Я скажу, — пообещала Света, немного успокоившись. — Обязательно скажу. Но только после победы. Когда все будут в безопасности.

* * *

Я решил приготовить простое и понятное блюдо, а именно жареный рис с курицей и соусом терияки.

Открыл холодильник и достал контейнер со вчерашним рисом. Зёрна уже успели подсохнуть и потеряли лишнюю влагу, что делало их идеальным материалом для обжарки. Горячий рис моментально превратился бы в клейкую кашу, а вчерашний отлично сохранит текстуру и впитает все ароматы.

Нарезал чеснок, зелёный лук и подготовил немного кунжута, который обязательно придаст нашему ужину лёгкий ореховый оттенок.

Затем поставил вок на конфорку и выкрутил нагрев на максимум. Капнул масла и подождал появления дымка. В раскалённую посуду сразу же отправилось куриное филе, зашипело и начало покрываться румяной корочкой. Я ловко перемешивал кусочки, не давая им прилипнуть ко дну.

Следом в вок полетели кубики моркови, горсть горошка и немного чеснока. Кухня моментально наполнилась ароматом жареной еды. Я подбросил содержимое вока и овощи с мясом послушно взлетели, перемешались в воздухе и с шипением упали обратно на раскалённую сталь.

Сразу после этого я добавил подготовленный рис, размял комки лопаткой и сдвинул шкварчащую смесь к краям. В освободившийся центр разбил пару яиц, замешал их на горячем дне и соединил с остальными ингредиентами. Каждая крупинка риса должна была покрыться плёнкой из жареного яйца.

В финале я влил соус терияки, который дал мне сладковатый аромат. Краем глаза заметил реакцию девушек, они прервали разговор и покосились в мою сторону.

Я снял вок с огня и посыпал готовое блюдо зелёным луком и кунжутом. Наш ужин был готов.

Мы уселись за круглый стол возле окна, и я разложил по тарелкам порции дымящегося риса, разлив остатки вина по бокалам. Но при этом внимательно наблюдал за Светой, которая лишь пригубила вино и просто сделала вид, что пьёт вместе с нами.

Еда получилась поистине божественной. Рис вышел сытным и сладковато-солёным, от него исходил лёгкий аромат дымка. Прожаренные кусочки курицы буквально таяли во рту, а овощи приятно похрустывали на