и веселя друг друга забавными танцами. Тем временем Кристофер успевает пригласить Джессику на танец, с Кайли и Мелиссой с радостью соглашаются потанцевать Лиам и Бред, на Эмму обращает внимание Кевин, а Одетт разговаривается с кем-то из важных гостей, которые присутствуют на этой свадьбе. Пока остальные свободные парни стоят в сторонке, о чем-то болтают друг с другом и наблюдают за всеми, кто сейчас танцует и увлечен своим партнером.

— О, кое-кто пригласил твою сестренку потанцевать, — скромно улыбается Анна, когда она бросает взгляд в сторону и видит танцующих и смеющихся Блейка и Кэссиди.

Даниэль мгновенно переводит взгляд на Кэссиди и с тихим рыком сильно хмурит брови.

— Коннор? — удивленно произносит Даниэль. — Она танцует с Коннором?

— А они неплохо поладили! — восклицает Анна.

— Черт! Я же предупреждал мелкого, чтобы он не подходил к ней. Какого лешего этот олух меня ослушался?

— Тебе что, не нравится, что Кэсс с кем-то танцует?

— Мне не нравится, что она танцует с Коннором.

— А что такого? Пусть танцует и болтает с кем хочет.

— Э-э-э… Слушай, Анна, подожди меня здесь… — Даниэль мягко отстраняется от Анны. — Я пойду быстро разберусь кое с чем.

— Что? — округляет глаза Анна. — Куда ты? Не надо, Даниэль, не мешай им. Пусть болтают.

— Не переживай, милая, я не собираюсь драться с Коннором. Просто напомню ему о том, что если он обидит Кэссиди, то ему придется иметь дело со мной. Дам понять, что он у меня на крючке.

— Не надо, милый… Пожалуйста!

— Я сейчас, моя звездочка. Подожди меня здесь или где-нибудь в сторонке.

Даниэль мягко гладит Анну по щеке и оставляет ее одну, решительно направляясь к хихикающим Блейку и Кэссиди и проходя мимо танцующих парочек, ходящих других гостей, фотографов, операторов, журналистов и тех, кто отвечает за данный праздник.

— О-о, сейчас что-то будет, — задумчиво говорит Блер, танцуя с Бенджамином. — Даниэль пошел к Блейку и Кэссиди.

— Да уж, сейчас здесь очень жарко! — восклицает Бенджамин. — Зовите сюда кого только можно: скорую, пожарных и полицию! Бедному парню сейчас точно достанется от злого старшего братца этой девочки.

А пока Бенджамин и Блер продолжают наблюдать за происходящим и танцевать, Даниэль подходит к Кэссиди и Блейку и легонько постукивает пальцем по плечу парня, спокойно сказав:

— Коннор, а ну-ка подойди ко мне на минутку.

— Так, братик, спешу напомнить, что медленные танцы втроем не танцуют, — невинно улыбается Кэссиди. — Так что иди отсюда!

— В чем дело, Даниэль? — с хитрой улыбкой интересуется Блейк. — Хочешь еще раз потанцевать со своей сестренкой? Извини, очередь! С ней хотят потанцевать многие парни!

— По-моему, я уже предупреждал тебя о том, чтобы ты не приставал к моей сестре, — задумчиво отвечает Даниэль.

— А я ни к кому не пристаю.

— Да? А сейчас что ты делаешь?

— Разве я не имею права поговорить с понравившейся мне девчонкой? Это всего лишь обычный танец и дружеский разговор! А не свидание, секс, свадьба и всякое такое!

— Ах, поговорить? Ясно…

— Расслабься, Дэн! — восклицает Блейк. — Никто не собирается красть твою кровинушку! Мы с Кэссиди просто разговариваем.

— Да, знаю я, о чем ты можешь говорить с девчонками.

— Господи, братец, да угомонись ты уже! — устало вздыхает Кэссиди. — Чего ты прицепился к парню? Хватит вам с МакКлайфами и Роузом обижать Блейка! Он хороший и очень милый!

— М-м-м, а я смотрю, одна птичка уже шепнула кое-что тебе на ушко.

— Слушай, братец, хочешь ты этого или нет, но я буду разговаривать с кем угодно столько, сколько захочу!

— О, так ты уже развесила ушки и слушаешь мелкого с открытым ртом?

— Мы просто обсуждаем смешные истории. Он рассказывает про своего братика, а я развлекаю его рассказами о тех ситуациях, когда над тобой ржали все, кому не лень.

— Слушай, Перкинс, я прекрасно понимаю, что ты беспокоишься за свою маленькую сестренку, — спокойно отвечает Блейк, расставив руки в бока. — Но не надо переигрывать, играя в злого братца, который никого не подпускает к ней. Неужели ты хочешь стать виноватым в том, что у Кэссиди нет друзей и возлюбленного? Сомневаюсь, что она тебе это простит.

— Ну разговорился малой! — по-доброму усмехается Даниэль. — Ну разговорился!

— Эй, а давай я буду запрещать тебе приближаться к Анне и начну говорить, что она якобы плохо влияет на тебя? — предлагает Кэссиди. — Тебе понравится? То, что отец и мать твоей ненаглядной какое-то время и слышать про тебя не хотели, для тебя недостаточно?

— Я взрослый человек, дорогая моя сестренка, — уверенно отвечает Даниэль. — А ты еще мелкая. Мелкая девчонка, которая обязана меня слушаться.

— Да, а когда я стану взрослой? В тридцать лет? Сорок? Семьдесят!

— Кода приспособишься к самостоятельной жизни!

— Господи, да иди ты уже отсюда! Мне совсем не охота выслушивать твои лекции о том, как надо жить.

— Будешь много болтать, огрызаться и бунтовать – немедленно поедешь домой!

— Отвянь, Дэн! Я общаюсь с кем захочу и не собираюсь получать твое одобрение. Давай уже вали отсюда. Иди вон поворкуй с Анной. Дай мне повеселиться и пообщаться с хорошими людьми.

— О да, хорошие…

— Меня твои контры с Блейком не интересуют. Я общаюсь с ним, несмотря на то, как ты, Питер, Эдвард и Терренс относитесь к нему.

— Я все сказал, Кэссиди! Тебе запрещено общаться с Коннором!

— Эй, а почему остальным парням можно общаться с Кэссиди, а мне – нет? — с широко распахнутыми глазами удивляется Блейк.

— Ты просто можешь вскружить девочке голову, а потом кинуть ее, разбив ей сердце. А я не хочу, чтобы кто-то причинил боль моей младшей сестре и предал ее.

— А… Так вот почему! — Блейк широко улыбается и кивает. — Теперь-то я все понял… Ты так распушил хвост, потому что боишься, что Кэссиди влюбится в меня? И поэтому хочешь помешать нам разговаривать?

— Да, по этому!

— Слушай, Дэн, а ты вообще в курсе, что люди не могут влюбиться после одного единственного танца и небольшого разговора? — невинно улыбается Кэссиди. — Мы с Блейком только что познакомились, а ты уже встал на