тоже внимательно рассматривали все, что заслуживало внимания. Пару раз силачке показалось, что за ними наблюдают, но насколько точны ее наблюдения, точно сказать она не могла, так как ни магией, ни феноменальным слухом не обладала.

— Тебе не кажется, что за нами следят? — спросила у своего спутника, едва шевеля губами.

— Я уверен в этом, — отозвался герцог. — Улыбайся и не подавай вида, что заметила.

Так они и продвигались, рассматривая встречавшихся гостей дворца. На жителей Эфраша смотрели с интересом. Смуглые, подтянутые мужчины обладали поистине роковой красотой. Темные глаза заставляли смотреть на них, не отрываясь. Тела воинов вызывали вздохи у слабого пола. Вот только лица красавцев, слишком холодные и надменные, слегка отталкивали. Если на мужчин гости еще смотрели с легким снисхождением или уважением, то на слабый пол сугубо с презрением.

Дойдя до тупика, заканчивавшегося чьими-то покоями, герцогу с силачкой пришлось повернуть обратно. Хотя на лице Нишаты пролегла складка. Она размышляла.

— Бетар, ты не заметил странностей? С этой стороны должна быть башня. А тут покои. Где же тогда вход в башню? — поделилась она своими сомнениями.

— Думаю, вход в нее не здесь, а скорее всего в другом коридоре, — пояснил герцог.

Девушка подошла к открытому окну, выглянула, но ничего интересного не заметила. Облокотилась о подоконник и снова выдала версию:

— Или не на этом этаже, что более вероятно.

— Поднимемся? — предложил Бетар. Его спутница кивнула. Да только их планам не суждено было осуществиться. Стоило им взойти по лестнице на третий этаж, как дорогу преградили двое воинов.

— Личные покои графа Тиорина и его семьи, — отчеканил один из стражников.

— Приносим извинение за беспокойство, мы не знали, только сегодня прибыли, — выдал Бетар, подхватив спутницу за талию, и развернул ее в обратном направлении.

— Значит, моя догадка верна, вход в башню действительно с этого этажа, — кивнула сама себе Нишата.

— Скорее всего. Что ж, идем обратно, узнаем, как успехи у остальных, кажется, как раз и время подошло, — произнес Бетар, целуя девушку в висок. Ему было приятно держать ее в объятиях, жаль, время и место совершенно не подходящее для романтики.

Они не спеша двинулись к месту встречи. Еще издалека заметили приближавшихся Жахару и Эллара. На лицах озабоченность пополам с тревогой. Глаза слишком ярко горели. Бетару и Нишате пришлось поторопиться, так как тревога друзей передалась и им.

***

Лейлара с Ирашей, улыбаясь и щебеча что-то известное только им, двигались в направлении покоев гостей-монархов. По пути попадалось мало народу. Хотя стоит признать, завидев красавцев из Эфраша, девушки оказались потрясены их красотой, искренне поражены, это не осталось незамеченным.

— Смотри, еще две глупые идиотки сходу попали, как курицы под топор мясника, — загоготал один из мужчин на своем языке.

— Ага, ничего нового. Может, оприходуем их прямо тут? Доставим дамам удовольствие? — с сарказмом отозвался второй. — Будут потом делиться впечатлением, что до них снизошли сами принцы.

Магиане с метательницей, прекрасно знавшим несколько языков и этот в том числе, стоило огромных усилий сдерживать восторженное выражение лиц. Но все же, потупившись, залившись румянцем, вызвать который оказалось просто — они были в бешенстве — девушки поторопились ретироваться. Но вот у мужчин на них были другие планы. Отпускать просто так красивых фрейлин эти двое не собирались.

Будучи принцами, оба никогда и ни в чем не знали отказа и уж тем более чувствовали свою безнаказанность во всем, даже в соблазнении девушек.

— Куда же вы, милые барышни? — на фейратийском с легким акцентом, спросил один из мужчин.

— К Ее величеству, она наверняка нас потеряла, — вскинула голову Ираша.

— Да-да, мы личные фрейлины королевы, — подхватила Лейлара. — И нам действительно пора. А с вами мы наверняка еще встретимся сегодня на балу.

— До бала слишком долго ждать, мы изнываем от желания прямо сейчас, — оскалился один из братьев. — И вы должны нам помочь.

— Вам мы ничего не должны, — перешла на строгий тон магиана. Она прекрасно осознала, чего хотят от них два принца, но уступать не собиралась, сделав самое неприступное выражение лица, что весьма удивило мужчин.

Лейлара тоже осознала, к чему все идет, потому, смело приблизившись к одному из собеседников, достала маленький кинжал, больше для устрашения, чем для реального боя, мило улыбнулась и приставила «игрушку» к хозяйству одного из принцев.

— Дернешься и останешься на всю жизнь бесполым, — холодно поведала метательница, не убирая ухмылки с лица. Смотрелось жутко.

— Слушай,