приготовилась пожаловаться: что нет, до удара по голове было гораздо лучше. Но не успела.

– О, и ты здесь! Это Босохиме, Фудзивара-сан. Выглядишь так себе, розовый парик тебе больше идет. – Парень-подросток похихикал над собственной неловкой шуткой и тут же спросил уже в другом тоне: – Тебе воды принести? Лицо бледное.

– Не надо. – Каноко еще раз потерла лицо руками. – Казуо, отпусти ее. Она…

– Хотела меня убить. Ты сама говорила, что надо быть с ней осторожным.

Каноко нахмурилась. С одной стороны, в логике ему не откажешь. С другой, есть большая разница между безумным маньяком и избалованной принцессой со склонностью к истерикам. Сейчас она смотрела на грустную зареванную девицу в дорогой спортивной одежде и понимала, что все, от каппы до похищения, не было каким-то злостным просчитанным планом. Скорее уж отчаянными попытками маленького ребенка привлечь внимание родителей. Неважно как, главное, чтобы сработало.

– Убить? – Фудзивара-сан поднял брови.

– Не хотела. – Кицунэ выгнула шею – говорить ей тоже было непросто, кожа соприкасалась с лезвием. Казуо заметил и, нехотя, все же опустил клинок. – Я говорила тебе про Казуо, пап. Он… сын Сато Мисаки. Я думаю, твои способности достались ему.

Мужчина не ответил. Долго смотрел на Кицунэ, Казуо, пацана-подростка и даже на Каноко почему-то. Казуо успел положить катану на землю, а парень – все-таки сбегать за водой. С ней действительно стало легче, по крайней мере, привкус крови изо рта исчез. Кицунэ сползла на пол и приткнулась к стенке. Слезы у нее высохли, вопить она тоже перестала. А с истерикой, видимо, закончились и силы.

– Попробуешь превратиться?

Казуо пожал плечами, вышел вперед и замер. Каноко тоже застыла. Об этом она как-то раньше не думала. Бегала по всему Токио, сражалась с ёкаями, но как-то даже не поинтересовалась, а как, собственно, «супермутанты» превращаются?

Фудзивара Хирото достал из кармана хаори омамори[54] и протянул Казуо. Тот недоуменно покрутил в руках, открыл рот для вопроса, но парень вновь влез раньше.

– Легче всего на руку надеть, – с видом знатока посоветовал он. И Казуо послушно просунул кисть в петлю.

Воздух разрезали черные крылья. Он и так был выше Каноко, а сейчас ей и вовсе голову пришлось задрать, чтобы разглядеть блестящий клюв и пару глаз без зрачка. Лапы несмело топтались по полу, но даже так гигантский ворон выглядел внушительно.

У стены всхлипнула Кицунэ. Казуо снял с лапы омамори, и наваждение тут же развеялось.

К удивлению Каноко, ее никто не гнал. А Кицунэ и вовсе подошла, чтобы пригласить остаться на день рождения вечером. Учитывая, что родителям Каноко все же позвонила – в кабинете Фудзивара Хирото оказался телефон, то решила остаться пока в Киото, раз приглашают.

В сам кабинет их звали по очереди, и Каноко оказалась первой. Кажется, хозяин дома решил начать с самого простого. Или дать детям время помириться?

Ее рассказ не занял много времени – Каноко и не стремилась вдаваться в подробности. Даже когда начались уточняющие вопросы – все равно попыталась отмолчаться.

– Прошу прощения за то, что мои дети случайно втянули вас… тебя в эту историю. Я знал о существовании Казуо, но думал, что он не унаследовал даже базовой способности видеть ёкаев, не говоря уж о прочем.

– Казуо прятался. – Каноко пожала плечами.

– Да, предпочитал не афишировать и не привлекать к себе нежелательного внимания. – Фудзивара-сан тепло улыбнулся. – Мы знали о ёкаях задолго до Третьей мировой. Я думаю, вы на собственном опыте убедились, как меняется жизнь в их присутствии.

Вопреки обстановке остального дома, кабинет оказался почти европейским: высокий стул, удобные стулья, паркет вместо татами и стены в светлых панелях. Хозяин дома устроился за столом, а Каноко – напротив, прячась в глубоком кресле. Ну и тихо жалела, что села не с другой стороны, тогда ее было бы не разглядеть за массивным компьютером, расползшимся нелепой железной глыбой и раскидавшим темные провода.

– Спасибо тебе еще раз за помощь. – Фудзивара-сан помедлил. – Надеюсь, выходку Кицунэ нам удастся уладить мирно. Я поговорю с твоим другом. Тебе могу предложить… Босохиме удивительно популярна, а наши компании производят в том числе мотоциклы. Лучшую рекламу представить сложно.

«Вы решаете мои проблемы с полицией, а я – вашей дочери?» – Каноко чуть не засмеялась, но все же кивнула.

– Вот и отлично. Тогда до встречи на празднике!

Но там они, конечно, не увиделись. И даже не из-за занятости Фудзивары-сан. Это саму Каноко буквально окружили и готовы были порвать на тряпочки. А все из-за Каору, того самого нетерпеливого подростка, что привел в додзё отца Казуо и Кицунэ.

Каноко едва привыкла, что неожиданности в этом сумасшедшем доме валятся на нее как из рога изобилия, когда Каору огорошил ее еще парочкой. Во-первых, признался, что он и был тем самым драконом, который чуть не снес концертный зал в Сибуе, во-вторых, пожаловался, что из-за нее, Каноко, у него еще три дня потом хвост болел. А в-третьих, вручил ворох тканей, при ближайшем рассмотрении оказавшийся шикарным розовым кимоно. Ну и предупредил, что через полчаса к Каноко зайдут и помогут его надеть.

Так и получилось, что она, наконец в более-менее подходящем поместью виде, шла к изящной беседке, а Каору выкладывал все, что успела натворить Кицунэ за эту неделю.

– Сначала она прислала за Казуо-семпаем Кёко-тян – это девушка-каппа. Потом я. Не хотел идти, но она… В общем, нашла, чем меня шантажировать. Кицунэ вообще-то хорошая. Но тут как с ума сошла. Но ее тоже можно понять: тебе бы столько рассказывали, что ты обязательно должна научиться превращаться в ворона. А потом раз – и не получается…

Он замолчал, и Каноко решилась задать вопрос сама:

– А кто же тогда лисица? Ну, кицунэ?

– Кицунэ? Юки-кун, конечно! – Парень невежливо ткнул пальцем в тонкую фигурку в сером хаори. Та повернулась, заметив, что ее зовут, и Каноко с удивлением узнала бледную девушку в очках, что была с Кицунэ на выставке.

Каноко попятилась, а Юки уже спешила к ним. Поклонилась и заговорила, будто они уже тысячу лет знакомы.

– Ты в порядке? Каору уже страшных историй всем успел понарассказывать.

– Пф-ф-ф!

– Все хорошо.

– Тогда не забывай про стажировку. Ёхей-сан ведь тебя тестировал на выставке?

Каноко потребовалось с полминуты, чтобы вспомнить. Выставка, мужчина в костюме, вопрос про хитодаму и хитомори. И стажировка. Да уж, столько успело случиться, что, если бы не Юки, совсем из головы выветрилось бы.

Та лишь кивнула,