же! А уж лоскутки-то старый Ван пошел по дорогим мастерским в верхнем городе закупать: и шелк, и кэсы, и вуаль! Над ним посмеялись, но задарма несколько мешков отдали! А мы-то их как выложем да сошьем, вот удивятся! Ох, барышня, как же приятно такую красоту делать! И усталость не ощущается совсем!

— Да, да — поддержали ее сестры. — Если вещи наши будут брать, нам еще мастерицы понадобятся — заказы в срок делать!

Ниу нарисовала несколько орнаментов сашико, показала отделку косой бейкой по краю ворота и полочек, предложила разделить шитье на этапы и отдавать их тем, у кого будет получаться быстрее и качественнее, конвеер, короче. Мо Лань задумалась: надо попробовать! Так и толпиться в одной мастерской всем не придется, по домам соседям раздать, а за изделия платить от прибыли. Интересная мысль!

В этот момент Ниу предупредила, что у еще одного ее дольщика есть мысль закрепить за собой новинки, оформив патент, и отдавать их потом на реализацию, и он начал готовить в администрацию бумаги. Если выгорит, лавочнику Вану тоже следует так поступить. Поэтому, мол, не торопитесь пока делиться знаниями. Мужчина почесал голову, задумался: было бы хорошо так вот подстраховаться.

— Госпожа, Вы же сообщите нам о результатах, или мне самому к тому Вашему человеку сходить, вместе лучше будет?

Ниу такой подход был на руку и, взяв Ван Мо с собой, отвела его к ювелиру, где ее тоже ждали с нетерпением.

* * *

Каффы по эскизам Ниу были изготовлены ювелиром превосходно, и к ее приходу несколько уже проданы. Пробные модели мастер сделал из бронзы, но видя интерес покупателей, собирался перейти на более дорогие металлы, да и модели украсить камнями: вес такой отделки на ушах не сказывался.

Познакомившись, хозяева лавок пошли обсудить сотрудничество, а Ниу кинула мастеру еще одну идею серег-продевок, остальные известные ей «изюминки» она пока решила оставить на будущее. С Чжао Ливеем по поводу патентов она переговорила давно, но теперь процесс следовало ускорить: пусть торговцы толкают идею самостоятельно. С каждым хозяином она договорилась, что ее имя в патенте на уже предложенные модели указываться не будет, но процент с продаж за ней останется прежний — десять с каждой проданной вещи. Торговцы, естественно, согласились: деньги можно заработать, а вот имя сделать в кругу профессионалов — это стоит дороже!

Глава 45

День, проведенный в праздной неге на лоне природы, подарил сестре и брату не только отдых, но и умиротворение и идеи в отношении Чунтао.

Закончив с делами, Баи отправились к гробнице Юя Великого (Да Юй), чтобы отдать дань уважения древнему правителю. По легенде, он научил соотечественников укрощать реки (строить дамбы) и бороться с наводнениями, а его сын, якобы, продолжил дело служения стране и народу, основав справедливую и процветающую династию еще в доисторические времена. Как ни странно, к стенам гробницы пришли многие туристы или местные, Ниу не особо задумывалась. Ей был интересен сам факт посещения простыми древними людьми такого места, как и то, что известные ей достопримечательности Шаосина имелись (в некоторой корректировке) и в Великой Сун.

А потом, наняв ву-пэн, они поплыли к Павильону Орхидей (Ланьтхин), у подножья горы Ланьчжу, преодолев 25 ли на юг от Шаосина.

Во время плавания попаданка вспоминала историю знаменитого в прошлом мире винного клуба, основанного известным каллиографом Ван Сичжи (IV век н. э.), дабы в нем собирались мастера пера и черпали вдохновение в окружающей природе, литературных беседах и прекрасном шаосинском вине, а еще предавались изысканным развлечениям. Однажды Ван Сичжи предложил поэтам, предпочитающим сидеть в ожидании музы на берегах вдоль ручья, пустить по течению чашу с вином. Каждый, около кого она остановится, должен продекламировать сочиненный экспромтом стих или выпить штрафную чашу. Так в один из дней родилось 37 стихотворений, которые Ван Сичжи собрал в альманах со своим «Вступительным словом к Павильону Орхидей».

— Красиво здесь — заметила Ниу, когда лодка подвезла их к небольшой пристани, и они направились осматривать собственно Мекку каллиграфов.

— Да, жаль только, что сейчас уже осень. Фестиваль устраивают весной. Сюда приезжают со всей страны ученые и неделю соревнуются в написании стихов. Сегодня мы вряд ли увидим многих, — сказал брат, показывая ей «гусиный пруд» и каменную стелу, с вырезанными самим (!) Ван Сичжи и его младшим сыном Ван Сянчжи пожеланиями и стихами.

Ниу махнула рукой:

— Да зачем нам эти снобы! Давай лучше просто походим или посидим на берегу, погода замечательная! Еще бы вина выпить..

Бай Юн рассмеялся:

— Ты любишь выпить, сестра? Смотри, напьешься, как я тебя обратно довезу?

— Да перестань! Немного легкого вина мне не повредит. Да и кушать захотелось. Здесь ресторанчик какой есть?

Брат взял ее за руку и повел в сторону от берега. Через некоторое время Ниу увидела изящную беседку, примыкавшую к небольшому зданию из бамбука, откуда доносились восхитительные ароматы и негромкие переговоры явно мужской компании.

— Вот и оно. Пойдем, мы были здесь с братом однажды, кормили отлично, и все блюда готовятся и подаются с шаосинским вином — усмехнулся Бай Юн.

Ниу вспомнила, что — да, действительно, при приготовлении еды в городе Шаосин используют знаменитое Шаосинское вино и большинство блюд имеют его легкий аромат.

Они вошли под крышу пристройки, заняли столик в самом углу, чтобы не мешать небольшой компании молодых людей в светлых ханьфу, которые сидели за длинным столом и о чем-то оживленно дискутировали.

«Ученые — хмыкнула Ниу — ведут высокоинтеллектуальные бесполезные беседы и гордятся собой».

Подошедший официант принял у молодых людей заказ на «Мэйганьцай» из консервированной капусты или листьев горчицы, «Ганьцай мэнжоу» — мясо, тушеное с консервированными овощами, «Шаосин фужу», для которого тофу консервируется в шаосинском вине, что придает ему особый мягкий вкус, и «Чинджен гуиюй» — окуня, приготовленного на пару с шаосинским вином. Официант также настоял, чтобы они взяли и «Шаосин йоуджа чхоудоуфу» — шаосинский вонючий тофу, что особенно вкусен в жареном виде (он на вкус гораздо лучше, чем кажется и пахнет, уточнил подавальщик).

Ниу сидела и ни о чем не думала в ожидании заказа, а вот Бай Юн прислушивался к все усиливающемуся спору соседей.

— Кунчжун, мы собрались, чтобы пожелать тебе успешной работы в Янчжоу, выпить за твое здоровье, а ты продолжаешь говорить о проектировании и надзоре за гидравлическим осушением системы насыпей, которая превратила около ста тысяч акров болотистой местности в первоклассные сельскохозяйственные угодья. Какое нам дело до того, что успех метода удобрения из