– Это? Пиво? Больше похоже на… Не знаю, в южных штатах делали такой sweet tea. Или как будто ginger ale смешали с портером…

– Пиво, – ответил Нефер, – оно пиво и есть.

Авраам припал к пиале, стараясь лучше распробовать незнакомый напиток. Нефер налил ему вторую пиалу. А потом третью. Вскоре Авраам почувствовал, что его неодолимо тянет поговорить.

– Все-таки объясни, Нефер, – сказал он, – а почему пирамида уходит вниз? Мне это понятно не до конца.

– Это я должен спрашивать, – ответил Нефер. – Мы в твоей пирамиде, а не в моей.

Авраам подумал.

– Тогда, – сказал он, – объясни, почему пирамиды Египта поднимаются вверх?

– Потому, – ответил Нефер, – что всякая пирамида страны Кемет по своей природе есть лестница, по которой царь восходит на небо.

– Поэтому первые пирамиды делали ступенчатыми?

Нефер засмеялся.

– Нет. Это не так примитивно. Ты видел лучи солнца, бьющие на закате из-за облаков? Иногда кажется, что в небе виден горный склон… Пирамида, Авраам – это небесный свет, уловленный в камне. Каменный луч, по которому можно взойти на небо.

– Зачем царю восходить на небо?

– Как зачем. Чтобы проторить путь для всех. Открыть его народу. Когда фараон восходит на небо, дорога открывается и для его слуг. Для всех остальных людей, над которыми он царствует.

– Ты в это веришь?

– Я знаю, что это так, – ответил Нефер. – Многие пошли за царями и прибыли в вечное место.

– Если ты это знаешь, почему тебе не страшно грабить царские могилы?

– Цари, которых я граблю, уже взошли на небо, и их люди тоже. Мой промысел подобен собиранию углей догоревшего костра. Никому нет от этого вреда, Авраам. И, потом, когда я граблю царскую усыпальницу, я все равно иду за царем – в самом прямом смысле. А вот за кем идешь ты?

Авраам хлебнул пива и задумался.

– Я… У нас больше нет царей.

– А кто ведет армию в поход?

– Генералы.

– Я понимаю. Но кто отдает приказ генералам?

– Как объяснить… Скажем так, цари у нас есть, но мы выбираем их на время сами. И если они ведут куда-то не туда, мы через несколько лет выбираем других.

– Выбираете сами? – спросил Нефер недоверчиво. – Как старосту в деревне?

– Примерно. На четыре года.

– И если вам не нравится царь, через четыре года его меняют на нового?

– Ну да.

– Но настоящего царя не могут выбрать люди. Его могут выбрать только боги.

– Мы и не зовем его царем. Это как бы временный управляющий нашими делами.

– Но тогда, – сказал Нефер, – вы не сможете построить даже самой простой пирамиды.

– Почему?

– За четыре года ее не возвести. У вас вместо строительства одной и той же пирамиды каждые четыре года будут закладывать фундамент новой. А новые генералы будут начинать другую войну, не закончив прошлую.

Авраам засмеялся.

– В каком-то смысле так и происходит, но только на первый взгляд. На деле новый царь сначала долго врет, что все изменит, а когда его выбирают, продолжает делать то же самое, что делал прежний. Народ начинает тошнить, и через четыре года выбирают нового царя. Rinse, repeat. Но пирамида, фигурально выражаясь, остается той же самой. Да и с войнами так. По большому счету власть не меняется вообще. Меняются только рожи.

– Если так, – сказал Нефер, – ваш четырехлетний царь – просто ряженый. Наверно, он нужен настоящему царю для защиты от сглаза. Если страна строит ту же самую пирамиду, а временные цари все время меняются, это значит, что вы просто не знаете своего настоящего царя.

– Есть и такие мнения, – кивнул Авраам. – Мы называем их конспирологией. Лучше таким не заниматься.

– А что за это будет?

– Могут исковеркать всю судьбу.

– Кто?

Авраам криво улыбнулся.

– Уж найдутся люди.

– Значит, эти люди и есть слуги вашего настоящего царя, – сказал Нефер. – Того царя, которого вы не знаете. Нужно проследить, кто коверкает судьбы другим, поймать несколько таких людей, запереть их в пыточном амбаре и бить их батогами по яичкам, пока они не скажут всю правду.

– Они и сами ничего не знают, – засмеялся Авраам. – Людям у нас, если совсем честно, известны только две вещи – за что дают еду, и за что ее отнимают. Тем, кто коверкает чужие судьбы, еду регулярно дают. Поэтому все работает как часы, хоть никто ничего толком не понимает.

– А те, кто раздает еду? Они-то, наверно, знают все?

– Тоже не знают. Им дают еду за то, что они раздают ее другим. Ну или отнимают. И так до самого конца. Или до самого начала.

– Интересно, – сказал Нефер.

– Да. Мы называем это демократией.

– То есть даже ваши высшие сановники не видели вашего царя?

Авраам только вздохнул.

– Можно сказать и так.

– Может быть, это бог? Или невидимый дух? Может быть, даже злобный дух?

– Такие мнения тоже есть, – улыбнулся Авраам. – Их тоже называют конспирологией. Лучше этим не заниматься. Я уже объяснил почему.

Нефер, как призадумавшийся скарабей, принялся катать по столу шарик из мякиша лепешки. Потом он бросил шарик в рот, отхлебнул пива – и лицо его прояснилось.

– Скажи, Авраам, ведь ты сам не царь и даже не вельможа, верно?

– Верно, – ответил Авраам. – Я, если по-вашему, что-то среднее между жрецом и писцом. Ученый.

– Значит, самая прославленная в твоей стране пирамида никак не полагается тебе по рангу?

– Нет.

– Но ты ее все равно создал?

– Выходит так.

– Ты строил ее не для себя, верно?

– О себе я в это время не думал вообще.

– А много сменилось четырехлетних царей, пока ты ее строил?

– Прилично, – ответил Авраам. – Я даже не считал.

– Можно сказать, что ты строил эту пирамиду, чтобы тебе дали еды?

Авраам улыбнулся.

– Можно, – сказал он. – Хотя это будет очень грубым упрощением, но суть примерно такая.

– Понятно, – ответил Нефер. – Тогда я знаю, что ты делал при жизни. Ты строил пирамиду для вашего невидимого царя. Для вашего тайного истинного царя, которого никто не знает и не видел и которому служат все. Вот потому слава ее так велика.

Авраам засмеялся – но смех получился немного деланый.

– Твою логику я понимаю, – сказал он. – Но это абсурд. Ты даже представить не можешь, какой это абсурд – то, что ты сейчас сказал. Хотя звучит страшновато… Особенно в таком месте.

Нефер в ответ только ухмыльнулся.

– Мы скоро все выясним, Авраам. Если ты насытился общением и напился пива, давай попробуем перейти на следующий этаж. Что у тебя спрятано там?

– Признание, – сказал Авраам. – Потребность в уважении со стороны окружающих – и в самоуважении тоже.

– Ты себя уважаешь?

Авраам задумался.

– Основания для этого у меня в целом… – начал он, но не успел договорить.

Пол под его стулом со скрежетом провалился,