в одиночку, подписываясь именем прадеда. Так «отошедший от дел Тали» сумел получить финансирование от Гильдии, написал четыре монографии и десяток статей – и совершил прорыв.

Новая формула оздоровителя, выведенная Тани на основе прежних исследований, десятков экспериментов и бесполезных вариантов, в итоге дала блестящий результат. Целитель применил ее на прадеде – и к старому Тали постепенно вернулись когнитивные способности: улучшилась память, повысилась концентрация. Тани поначалу пришел в восторг, а потом запаниковал: если прадед узнает, что он вовсю пользовался его именем в переписке с Гильдией и библиотеками, публиковал статьи, выбивал средства, заочно общался с другими исследователями, случится катастрофа. Старик его убьет! А если и не убьет, то имя Тани все равно будет опозорено обманом – и путь в науку будет закрыт навсегда. Тани не оставит следа в истории, не получит заслуженной славы, а его изобретение, весьма вероятно, будет предано забвению или передано другому ученому и изменено безвозвратно.

Убить учителя, соавтора и прадеда Тани не мог. Перестать давать оздоровитель и фактически снова лишить престарелого родственника разума – тоже.

И Тани решил спрятать прадеда в исследовательском доме. Комнаты на третьем этаже были разработаны специально для безумцев: защита от спонтанных выплесков магии, звукоизоляция, пациентов, как правило, погружают в искусственный сон при помощи сложной смеси обычных и волшебных растений…

Вот только деятельный, разумный и решительный Тали отказался принимать смесь, сумел обойти защиту и частично нарушить приглушающие звуки чары. Так что стоило появиться в исследовательском доме молодому человеку с очень-очень чутким слухом и храбрым сердцем, как старый волшебник оказался на свободе.

– О проступках Тани мы обязательно сообщим, – заверил под конец своего рассказа Фарн. – Но, умоляю вас, пообещайте мне не распространять сведения об этом… хм… инциденте! С господином Хенном Тани не ссорился. А в день гибели вашего учителя, господин Арли, Тани не покидал исследовательский дом с рассвета до заката: ему и еду туда относили.

– Что ж, мы болтать об этом не намерены, не так ли, Скай?

Молодой волшебник кивнул.

– А ваши помощники? – не отставал Фарн.

– Пит и Ник тоже будут хранить молчание, – снова кивнул Скай.

Надо же, как много посторонних тайн можно обнаружить в поисках той единственной, ради которой начал поиск.

Глава 10

После завтрака дядюшка и Пит отправились добывать информацию о ночном происшествии. А Скаю и Нику господин Арли поручил проверить конспекты Норина.

Полторы свечки Скай честно изучал каракули парнишки – почерк у него был ужасный – и между делом расспрашивал Норина о жизни в деревне, господине Хенне и планах на будущее. Норин же горел желанием вызнать все о столичной жизни, учебе в Академии и работе волшебников.

Наконец явился донельзя довольный Пит.

Отослав Ника и Норина в местную библиотеку к господину Арли, мол, заодно господин главный библиотекарь представит общественности временного ученика, кучер подмигнул с заговорщическим видом:

– Кое-кто хочет с тобой поговорить. Ступай к массажному домику, он рядом с лазаретом. Мне намекнули, что беседовать загадочная информаторша желает только с молодым волшебником. Очаровательная особа вроде как пыталась застать тебя здесь, в апартаментах, но не смогла поймать, так что решилась передать приглашение через своего знакомого твоему знакомому, то бишь мне.

К получению информации через сеанс массажа Скай был не готов. Но, увы, его готовность никого не интересовала: надо получить возможно полезные сведения – изволь. Пит заверил друга, что у него все получится, и пообещал при случае рассказать, как ему самому однажды довелось добывать информацию у аргассейских банщиков, людей суровых, неразговорчивых в обычной жизни, но любящих почесать языками во время ежемесячного банного турнира.

Волшебник без труда добрался до нужного места и поднялся на крылечко массажного домика – небольшого, с нарядными ставнями и резным навесом над крыльцом, постоял пару вдохов, мысленно примиряясь с неизбежным, и толкнул дверь.

Внутри его встретила пожилая женщина в синем форменном платье. Она улыбнулась, встала из-за небольшого стола, на котором стояли сразу три мерные свечи и чернильница, и с полупоклоном поприветствовала гостя:

– Господин Скай, добрый день! Рада, что вы решили приобщиться к оздоровительным практикам Приюта. Вы, конечно, еще совсем молоды, но старость всех нас ждет в конце пути, и будет ли она идти рука об руку с немощью или нет, зависит целиком и полностью от нас самих. Прошу, проходите вот сюда! Вторая дверь по левую руку.

Скай кивнул, слегка поежившись под впечатлением от сентенции о неизбежном старении, и прошел туда, куда указывала улыбчивая женщина.

За нужной дверью обнаружилась небольшая комната, в центре которой стоял массажный стол, накрытый белоснежной простыней. Слева от стола красовалась пестрая ширма, расписанная в лиссейских традициях алыми цветами и золотыми птицами с причудливыми длинными хвостами в нарядном оперении. Справа имелась желто-красная занавеска, из-за которой выкатился уставленный бутыльками маленький столик на колесиках, а следом вошла высокая статная молодая женщина с золотыми локонами и томной улыбкой на пухлых губах.

– О, дорогой гость, я так рада, так рада! – произнесла она, на лиссейский манер прикладывая руки к груди. – Меня зовут Нисса, и я сегодня ваш проводник в мир здорового тела и духа!

Пестрое платье выгодно подчеркивало фигуру и удачно сочеталось с обстановкой комнаты, хоть и было не лиссейским, насколько мог судить Скай, а являлось лишь очень условной стилизацией. Как, впрочем, и вся обстановка комнатки.

– Прошу вас, раздевайтесь за ширмой и ложитесь на этот чудесный стол, – многозначительно промурлыкала красавица и добавила вполголоса: – Займемся… вашим здоровьем…

Скаю стало слегка не по себе: в настойчивости Ниссы было что-то пугающее, а вовсе не заманчивое, как она сама, надо думать, полагала. Но ничего не поделаешь: информацию, которой, возможно, обладает эта женщина, надо получить.

Волшебник кивнул и прошел за ширму. Снял и аккуратно повесил на высокую спинку стула камзол и рубаху. Подумав, расшнуровал сапоги и разулся.

Стол оказался неожиданно удобным, и Скай улегся в ожидании процедуры и, что еще важнее, разговоров. Сам по себе массаж не был ему нужен: все-таки молодой волшебник считал себя совершенно здоровым и полагал, что до необходимости массажа и прочих оздоравливающих манипуляций ему надо прожить еще лет сорок, если не больше.

Нисса, судя по звукам, открыла один из пузырьков и растерла ладони. Комнату наполнили ароматы роз и жасмина.

– Сейчас я вас слегка разомну, натру маслом, разогрею, а потом начнем массаж. Ой, какой вы молодой и сильный, господин Скай! А то я тут привыкла к совсем пожилым господам, – рассмеялась Нисса, а ее ловкие руки легко касались плеч и шеи волшебника. – А они отнюдь не так хороши,