невольно перепрыгивали на мою семью, к которой я так стремилась. Хотелось увидеть их поскорее, представила, как они все удивятся… Два года… Для детей это довольно большой срок. Ли, наверное, вымахал уже с меня. В человеческом теле. И рожки уже, должно быть, стали более выразительными. Можно будет уже сказать, в кого он ими всё-таки пошел — в Трига или в Даарена. Майе уже семь… Пора думать, в какую школу ее отдать. Если Хэлмираш ещё не решил этот вопрос. Сильнее всех должен был измениться Тигр. Но, хвала адептам культа Оркуса, я ещё успею поучаствовать в воспитании моих детей и увижу их взросление!

С улыбкой до ушей потрясла колокольчиком, зовя горничную, которая тут же отозвалась стуком в дверь, как будто за ней все это время и ждала. Хотя, скорей всего, так и есть, иначе, как бы она этот звонок услышала? Девушка с милой улыбкой ловко укатила столик за дверь, но та закрыться за ней так и не успела, потому что в комнату шагнул Оркус. Я с интересом окинула его взглядом: сегодня на мужчине были строгие светло-серые брюки со стрелками, белая рубашка и жилетка, на пару тонов темнее брюк. Из кармана жилета свисала золотая цепочка, я предположила, что в самом кармане прятались традиционные часы. Или какой-нибудь амулет, Хараш их, магов, знает. Темные волосы Оркуса были элегантно уложены, а в руках он держал развернутую газету.

— Пижон,— улыбнулась.— Но тебе идет.

— Что? — Оркус как будто только вышел из задумчивости, оглядел себя.— Вполне привычный для меня вид. Это ты привыкла видеть меня охламоном у себя дома, а, вообще-то, до встречи с тобой я несколько лет преподавал в приличном заведении и подобным образом выглядел постоянно. Так что, следи за словами, перед тобой всё-таки целый лорд.

— Ага,— хмыкнула иронично.— Бегу и падаю. Я даже с Эскелем так не расшаркивалась, а он по статусу выше тебя был. И, Родь, ты-то практически дома, вон, уже повелеваешь тут всем, снобизмом заново обрастаешь, но я-то к своим хочу. Так что, не соблаговолит ли многоуважаемый лорд подкинуть своей «непассии» денег на кристаллы и не укажет путь до ближайшего портального зала? — я продолжала улыбаться, но что-то во взгляде Оркуса мне не нравилось и заставляло внутренне напрячься.

И, словно подтверждая мои мысли, мужчина проговорил:

— Нат, насчет этого… Есть некоторые непредвиденные трудности. Ты присядь,— голос Гарахи подрагивал, что означало некоторую нервозность.

— Родька, только не говори, что что-то случилось,— рефлекторно сощурилась, чувствуя разливающийся по нутру холод и пытаясь не обращать внимания на пролетевшие за одно мгновение в голове различные ужасы.

— Случилось,— медленно выдал Оркус, но тут внимательно посмотрел на меня.— Да не бледней ты так, не в смысле, что с твоими что-то случилось! Все живы, все нормально!

— Тьфу ты, дурак, чтоб тебя зорги!..— вырвалось у меня.— Нельзя же так пугать! — перевела дух.— Ладно, я готова, давай, что там стряслось ещё.

— Ты сядь,— все не отставал Гарахи, демонстративно приземляясь на кровать.

Решила не спорить и села рядом. Оркус вгляделся мне в глаза, как будто пытаясь оценить мое состояние:

— Ты же понимаешь, что наши миры двигаются не параллельно и временные потоки не имеют одинакового течения?

— Ты резину не тяни, мы вперед сдвинулись или назад?

На меня посмотрели, как на идиотку:

— Время, без вмешательства в его канву, назад не движется, чтоб ты знала.

— Да откуда мне знать все эти тонкости обращения со временем? Я с ним не играюсь! — нервно буркнула в ответ.— Так, ладно, ну и насколько позже мы выпали? На пять, на семь лет?

Оркус вздохнул:

— Я пересчитал все по твоим рассказам и опросил местных. В общем, Нат, с твоей смерти прошло чуть больше двадцати лет,— он посмотрел на меня с сочувствием.

— Сколько?! — ошарашенно выдохнула я.

Хотелось спросить, не шутка ли это, но по лицу мужчины было понятно, что такими вещами он шутить бы не стал. В голове не укладывалось: пламя Хараша, двадцать лет! Ли уже под тридцатник, взрослый демон… Даже Тигру уже двадцать…

— Вот тебе и «поучаствовала в воспитании»,— прошептала, натурально хватаясь за голову.

Пережить настолько радикальный разрыв между мечтами и действительностью было непросто. У них же теперь у каждого уже своя собственная жизнь, и мать им совершенно не нужна… а Хэлмирашу уже вполне может быть не нужна явившаяся с того света недожена. Он мог обзавестись ещё одной. Сомнительно, конечно, при его-то характере, но не исключено…

— А у тебя кто-то…— я подняла глаза на Оркуса.

Но Гарахи-младший только криво усмехнулся:

— Из родни меня всегда интересовал только Эскель, а при его магическом потенциале двадцать лет — вообще не срок. Больше у меня и не было никого. Так что мой старший брат до сих пор спокойно преподает в Академии, занимаясь параллельно какими-то разработками с дварфами. И пока что я не горю желанием попадаться ему на глаза, а то, в отличие от остальных, этот провидец прекрасно знает, как я теперь выгляжу.

— А про…— с надеждой взглянула на Оркуса, пытаясь унять дрожь, внезапно охватившую все тело.

— Узнавал. Про всех. Не решился тебе сказать про временнóй скачок, пока не обзавелся хоть какой-то информацией о твоей семье,— кивнул мужчина, вызывая у меня судорожный вздох.

Я вцепилась в его предплечье. Гарахи не заставил просить себя лишний раз.

— У вас с Хэлмирашем очень интересное потомство. Тигр сейчас в Южной Цитадели, после базового образования у демонов он решил удариться в медицину, и теперь проходит обучение на первые зеленые татуировки. Прости, я в их должностях невоенного направления не силен совсем, понятия не имею, как там что называется и что все это значит. Майя успешно осваивает стихийную магию пары земля-вода на пути к первой магистерской ступени по теоретическому направлению. Говорят, у неё неплохой потенциал, правда, твоя дочь все порывается перевестись в боевики, но тут уж Хэлмираш препятствует как может. Он, кстати, теперь в Академии только на полставки, уже полгода как основным местом его работы стал Императорский дворец.

— Это ещё почему? — вылупилась я. Ну не вязались у меня дворец и Хэлмираш в одном предложении. От слова «вообще».

— Все дело в твоем старшем сыне. Ликаарду было дано очень много возможностей. И, надо сказать, он вполне грамотно ими воспользовался. Как один из наследников главной ветви