еще одна рука сжимает его плечо, а другая хлопает по спине. Он сразу понимает, что это Эдвард и Терренс, смотрящие на своего рыдающего приятеля с неподдельной грустью во взгляде. Пара коротких переглядок – и вот парни уже устраивают групповые объятия, направленные на поддержку Роуза, который настолько обессилел после всего произошедшего за сегодня, что у него почти нет сил горько рыдать и истошно кричать. Теперь, когда приступ паники постепенно отступает, приходит чувство, что из него высосали силы до самой последней капли и лишили всех возможных эмоций: от радости до печали.

— Не оставляйте меня… — шепотом взмаливается Питер. — Вы нужны мне… Я без вас не справлюсь…

— Мы не бросим тебя, брат, — обещает Эдвард. — Мы никогда не бросали.

— Пожалуйста, ребята… Мне больше не на кого рассчитывать. Да, я монстр… Но… Я не монстр… Я не хочу им быть. Не хочу! Это не я! Я не монстр! Я не убийца! Не преступник!

— Тихо-тихо, приятель, все хорошо. Мы рядом. Мы рядом.

— Что бы ни случилось, мы со всем справимся, — уверяет Терренс. — С чем угодно.

— Не бросайте меня… — умоляет Питер. — Без вас я умру… Без вас я словно умираю… Без вас я не выживу… Этот мир сожрет меня с потрохами. Люди меня погубят. Я не смогу противостоять им один. Не смогу!

— Мы рядом, брат, мы тебя не бросим.

— Я не хочу быть монстром. Я не такой… Не хочу быть таким… Это не я… Я не монстр… Я не монстр!

Сэмми тихо подает голос, подходит к Питеру и начинает тыкаться мордой ему в бок, наконец-то заставляя того обратить на него внимание и погладить по голове. А в какой-то момент Терренс отстраняется от парней, призадумывается и после вспышки молнии неожиданно начинает тихонько напевать какую-то песенку. Сначала местами неуверенно, но все увереннее и громче с новой строчкой. С мыслью, что это поможет успокоить Роуза. Который, широко распахнув глаза, удивленно уставляется на МакКлайфа-старшего, чье пронзительное и эмоциональное пение целиком и полностью завладевает его вниманием.

Недолго думая, к нему присоединяется и Эдвард, решивший, что это была не такая уж плохая идея. Хоть Анна, Наталия, Хелен и Ракель удивленно переглядываются между собой, они решают не вмешиваться и просто наблюдают за происходящим, пока всхлипы Питера потихоньку сходят на нет. А когда к братьям присоединяется еще и Даниэль, на лице блондина даже проскальзывает уставшая, но искренняя улыбка. Да еще и Сэмми, что таить, немного поднимает всем настроение своими негромкими завываниями в некоторых моментах.

А закончив петь песенку, что определенно затронула некоторые струны у него в душе, Эдвард и Терренс с одобряющей улыбкой хлопают склонившего голову Питера по щеке или локтю, пока того за плечи крепко приобнимает Даниэль. Сэмми же сидит напротив блондина и неотрывно наблюдает за ним полными грусти взглядом, уже практически перестав обращать внимание на вспышки молнии, раскаты грома и проливному дождю, что так и не думает прекращаться.

44.2

— Эй, ну как ты? — проявляет беспокойство Эдвард. — Тебе лучше?

— Не знаю… — без эмоций произносит Питер. — Я ничего не чувствую…

— Ты ведь мокрый и ледяной, — отмечает Терренс. — Надо срочно вернуться в дом, переодеть тебя в сухое и напоить горячим.

— Я и холода не чувствую. Совсем.

— После всего, что сегодня произошло, это неудивительно, — мягко говорит Хелен, погладив Питера по щеке. — Тебе надо хорошенько отдохнуть.

— Наверное… Мне еще никогда не было… Так на все по хер. Правда. Мне сейчас на все плевать. На все. Из меня как будто выкачали все силы.

— Все закончилось, братик, ты в безопасности, — одобряюще улыбается Анна, погладив Питера по руке. — Ты справился. Ты молодец.

— Послушайте, ребята, давайте поскорее вернемся в дом, — бросив взгляд в небо, предлагает Ракель, пока Сэмми тихонько скулит из-за очень яркой вспышки молнии. — Уже очень темно, а погода меняться не собирается. Надо уходить отсюда, пока мы все тут не замерзли, промокли и простыли.

— Надеюсь, нам будет куда возвращаться после такого урагана, — крепко обняв себя руками, выражает надежду Наталия. — Дай бог, хоть что-то уцелеет…

— Здесь и правда небезопасно оставаться, — соглашается Даниэль. — Надо поскорее возвращаться домой.

— Что-то мы здесь задержались! — бодро отмечает Терренс. — Самое время закутаться в одеяла и пить горячий кофе со сладостями.

— Надеюсь, кто-то помнит дорогу обратно, — задумчиво отвечает Хелен.

— У нас есть Сэмми! — восклицает Эдвард. — Он своим острым нюхом мигом приведет нас куда надо! Правда, приятель?

Сэмми в знак согласия уверенно подает голос.

— Ох, если бы не он, мы бы точно не смогли найти Питера, — скромно улыбается Ракель, потрепав Сэмми за ушки. — Хотя ему было непросто из-за того, что дождь смыл почти весь запах.

— Если честно, я вообще не помню, как здесь оказался, — без эмоций признается Питер, рассматривая свои дрожащие руки. — И… Вообще… Почти не помню ничего из того, что произошло в последние пару-тройку часов.

— Самое главное – что мы все-таки тебя нашли, — скромно улыбается Хелен, погладив щеки Питера обеими руками. — Мы чуть с ума не сошли от мысли, что не сможем это сделать.

— Простите… Мне правда очень жаль…

— Так, все, народ, харе тут сидеть! — решительно берет слово Терренс. — Быстро поднимаемся и уходим! И так все промокли до нитки и дрожат как зайцы! Наплевали на капюшоны и теперь ходим с мокрыми башками.

— Да-да, ну-ка все поднимаемся! — соглашается Даниэль. — Давайте-давайте, девчонки, парни! Вперед!

— Черт, совсем из головы вылетело, что надо было взять что-то теплое для блондина! — ругается Анна, энергично растирая ледяную, покрытую мурашками кожу Питера на предплечье. — Пит весь ледяной и в безрукавке! Да еще и мокрый! И пробыл на улице в таком виде бог знает сколько!

— Не взяли – отдадим свое!

Даниэль без всяких колебаний расстегивает молнию на своей куртке, снимает и помогает Питеру надеть ее, а Хелен тут же надевает ему на голову капюшон. Анна тем временем находит в рюкзаке еще неиспользованный дождевик и вручает его своему возлюбленному, который тут же вскрывает упаковку и надевает на себя эту вещь, радуясь, что это спасет