— Позвони, — согласилась Кэрри. Ей было интересно, что ответит настоятельница. Ответ мог оказаться неожиданным, потому что Изабель говорила с матерью Катериной во сне, а это означало, что и сама настоятельница была человеком, в какой-то, пусть и небольшой, степени, живущим в мире, где можно выбрать события не только будущего, но и прошлого — мгновение за мгновением.

Дэниел медлил, листал телефонную книгу, брал в руки телефон и снова клал его на стол. Смотрел на Кэрри, спрашивал совета и отводил взгляд.

— Звонй, — сказала Кэрри.

Дэниел набрал номер и долго ждал ответа.

— Слушаю, говорите.

Голос был слышен так явственно, будто женщина находилась в комнате.

— Простите, — сказал Дэниел виновато, — я хотел бы поговорить с матерью Катериной.

— По хозяйственным вопросам обращайтесь ко мне, — твердо произнес голос. — Я сестра Мергатройд, а вы кто, простите?

— Мое имя Дэниел Данн.

— Мистер Данн, слушаю вас.

— Я звоню не по хозяйственному вопросу и потому хотел бы поговорить с матерью Катериной.

— Она занята, — отрезала сестра Мергатройд тоном, не допускающим возражений.

— Спроси, — сказала Кэрри одними губами. Дэниел понял.

— Вчера, — сказал он, — к вам в монастырь приезжала мисс Уинстон, говорила с матерью-настоятельницей о сестре Изабель.

— Верно, — голос сестры Мергатройд смягчился. — Сегодня она тоже приезжала.

Дэниел никак не мог заставить себя задать вопрос, и Кэрри отобрала у него телефон.

— Добрый вечер, сестра Мергатройд, — сказала она.

— О, добрый вечер, дорогая мисс Уинстон! — застрекотал голос. — Я вас сразу узнала. Мать Катерина действительно занята, проводит с сестрами урок, они шьют кое-что для благотворительного базара, который состоится в пятницу, но я ей скажу, что вы звонили.

— Спасибо. Собственно, то, что я хотела спросить у матери Катерины, можете сказать и вы.

— Да? Спрашивайте.

— Вчера я приезжала в монастырь одна? Или в сопровождении мистера Данна?

Вопрос показался сестре Мергатройд настолько неожиданным и, видимо, глупым, что на некоторое время в трубке воцарилось молчание. Монахиня пыталась сообразить, чего на самом деле хочет мисс Уинстон.

— Ну... — протянула она.

— Одна или с мистером Данном?

— Одна, конечно, — извиняющимся тоном сказала сестра Мергатройд и, помолчав, добавила: — Если бы с вами был мистер Данн, я бы вряд ли вас впустила, это не принято. Мужчина... Нет, — сказала она твердо, — конечно, вы были одна, только я не понимаю...

— Спасибо, всех вам благ, — быстро сказала Кэрри и передала телефон Дэниелу. Он удивленно посмотрел на аппарат, будто не представляя, чего теперь от него ждать, и нажал на кнопку окончания разговора.

— Ну вот, ты слышала.

Кэрри вздохнула.

— Мне и самой вчера показалось странным, — сказала она медленно, — что тебя так легко впустили не только в монастырь, но и в кабинет матери Катерины. Я понимала, что так надо... так мне хотелось... наверно, потому я выбрала такой вариант реальности.

— Выбрала, — повторил Дэниел. — Ты можешь...

— Я сама не подозревала, что могу! — воскликнула Кэрри.

— И сейчас можешь подумать о том, что меня нет в твоей жизни! — пораженно проговорил Дэниел. — И меня в твоей жизни не будет! А я? Вдруг увижу, как ты на глазах исчезаешь, подобно привидению?

Он не мог усидеть на месте, быстро ходил по комнате от стола к дивану, от дивана к двери, от двери к столу — по треугольнику, который становился все меньше, пока Дэниел не остановился перед Кэрри, наклонился и коснулся ладонью ее щеки. Жест показался Кэрри таким робким, таким естественным, что она прижалась щекой к его ладони, для верности положила свою ладонь поверх его, чтобы он не смог отнять руку, и поцеловала его пальцы один за другим. Дэниел опустился на колени, смотрел ей в глаза, молчал, но говорить и не нужно было. Если бы он произнес хоть слово, очарование нарушилось бы необратимо и мир действительно мог измениться. Кэрри никуда не исчезла бы, но что-то, зарождавшееся в их отношениях, осталось бы в глубине души каждого, потому что не пришло еще время для слов — только для пожатий, взглядов... Время, которое для Кэрри вроде и не существовало.

— Я не исчезну, Дэн, — сказала Кэрри, поцеловав его мизинец. — Так просто это не получается. Я не знаю как...

Дэниел молчал.

— Наверно, это происходило со мной и раньше, только я не понимала. Это не было так... — Кэрри попыталась подобрать слово, не сумела и продолжила: — Записи твоего прадеда и сестры Изабель стали катализатором, наверно. То есть не наверно. Точно. Я так чувствую. Знаю.

— Сестра Изабель могла выбирать эти, как ты говоришь, кадрики? Для нее не было проблемы выбрать себе мир, какой она хотела?

— Сначала это было проблемой, — задумчиво проговорила Кэрри. — Получалось не так, как хотела она, а так, как получалось. Сознание не способно сразу переключиться с последовательного режима на параллельный. Это происходит постепенно.

— Почему она не выбрала кадр, где осталась жива?

— Господи, Дэн, ты не понимаешь? Она знала, что будет пожар, она знала, что сестра Виннифред погибнет...

— Не то... не то... — бормотал Дэниел, приникнув губами к шее Кэрри. Она с трудом различала слова, ласкала его волосы, понимала скорее интуитивно, будто говорила с собой. — Она могла выбрать мир, где пожар не случился вообще.

— А был ли такой? — сказала-подумала Кэрри. — Возможно, не было. В почти бесконечно большом числе миров могло не оказаться такого, где пожара не случилось.

— Ты так думаешь? — с сомнением произнес Дэниел.

— Я не думаю, — вздохнула Кэрри. — Я знаю, что Изабель не нашла такого кадра.

— Она могла найти мир, пусть с пожаром, но такой, где она выжила!

— Наверно. Или нет. Господи, Дэн, у меня ощущение, будто я вообще перестала думать! Я знаю какие-то вещи, будто всегда знала. Как таблица умножения: вспоминаешь нужное число в нужный момент. Не представляю, как объяснить... Изабель могла кричать о пожаре. Могла побежать за помощью. Могла начать тушить, набрасывая на пламя одеяла. Много чего могла, она видела все варианты сразу. И во всех, кроме одного, сестра Виннифред погибала, понимаешь? Только в одном осталась жива.

— Может, если бы у сестры Изабель было время подумать, она сумела бы выбрать другой кадр?

— Дэн, при чем здесь время? Параллельное мышление, Дэн! Сестра Изабель одновременно видела все варианты.

— От этого можно сойти с ума! — вскричал Дэниел.

Кэрри посмотрела на Дэниела с сожалением, как на несмышленое дитя, не понимающее прописных истин, но смело рассуждающее о том, что скрыто от него и будет скрыто всегда, потому что последовательное мышление не предполагает озарений, внезапных идей и, тем более, взгляда «сверху» на мироздание, в котором не существует понятия времени.

— Да, — согласилась Кэрри,