class="p1">— Ого, — сказал я. — Извините, надо поговорить. Алло. Какие люди!

— Сергей, — услышал я недовольный голос Жанны Константиновны.

— Да, это я, — усмехнулся я.

— Головка патефонная, — сердито ответила она.

— А что у нас с настроением? Ты где вообще?

— В Верхотомске.

— О как. А чего, уже уволили?

— Тьфу на тебя. Уволили. Пока каникулы, выпросила денёк. Вещи забрать.

— Понятно, — ответил я. — Тебе помочь?

— Помочь? Давай-ка. Ноги в руки и лети ко мне. Приедешь?

— Приеду, конечно, — пообещал я.

— Ну всё, чтоб через полчаса был.

* * *

Я позвонил в домофон. Дверь открылась не сразу. Я вошёл и на старом лифте с расплавленной кнопкой вызова, подеялся наверх. Вышел и постучал в дверь. Жанна открыла и, смерив меня взглядом, кивнула.

— Жанна Константиновна, — радостно воскликнул я. — Какая радостная встреча.

Потянулся, чтобы чмокнуть её в щёку, но она уклонилась, увернулась. Выглядела она рассерженной. Не то чтобы рассерженной, но недовольной. Я перешагнул через порог, сбросил ботинки и прошёл в комнату.

— Не знаю, что за муха тебя укусила, — пожал я плечами, — но иди, я тебе хочу что-то показать.

Я подошёл к окну.

— Что ещё? — нахмурилась она.

— Иди, иди, — повторил я, стоя у окна. — Выгляни.

Жанна подошла, посмотрела в окно и чуть качнула головой.

— Нравится? — спросил я.

— Сам знаешь, что нравится, — кивнула она.

В послеобеденном красноватом солнце сиял мой кумачовый «Мустанг».

— Твой? — прищурилась она.

— Прокатимся? — ответил я вопросом.

— Прокатимся, — согласилась Жанна и протянула руку. — Ключи!

Я выдал ей ключи. Она взвесила их на ладони и кивнула.

— Погнали.

Мы спустились во двор. Жанна, разумеется, села за руль. Двигатель схватился сразу, низко зарычал, вздрогнул. Звук казался волшебным. Она с места взяла в карьер, втопила педаль газа и заставила моего жеребца сорваться с места и понестись, как сумасшедшего.

Крепко взявшись за руль и исподлобья глядя вперёд, Жанна вывезла меня на «улицу Роз».

Жанна из тех королев…

Снова, как и в прошлый раз, мы неслись по направлению на Осиновку. Мелькали маленькие кривые домишки и огромные дворцы, шашлычки и рестораны. Дорога была чищеной, асфальт сухим, так что Жанна отрывалась, срастаясь с машиной.

Она снова, как и в прошлый раз, свернула к шашлычной и попыталась выехать на дорогу, ведущую на лужайку, на которую мы выезжали тогда. Но сейчас там было снега по пояс и машина практически уткнулась в большой сугроб.

— Ну как? — с довольной улыбкой спросил я. — Крутая тачка?

— Крутая, — согласилась Жанна. — Тачка, что надо. Конь-огонь. Почти такая же сумасшедшая, как и ты сам.

— В смысле? — нахмурился я.

Тон мне не понравился. Жанна говорила чуть покровительственно, чуть свысока, чуть рассерженно и отстранённо.

— Да в прямом, — ответила она. — Человек, которому вообще всё по барабану. Так ведь?

— Мне кажется, — хмыкнул я, — ты несколько преувеличиваешь.

— Так и ты несколько перегибаешь, — парировала Жанна и вытащила из кармана куртки сложенный вдвое листок.

Она протянула его мне. Я принял его и развернул. Это была черно-белая фотография, распечатанная, скорее всего, с камеры наблюдения. Я сразу узнал Крапивина, входящего во двор дома, где размещалась квартира Иды.

На некотором отдалении от Крапивина, за ним шёл я и смотрел прямо в объектив камеры.

— Ну как, — бросила Жанна. — Преувеличиваю?

ОТ АВТОРА:

* * *

Его убили в девяностых. Очнулся он в 2026-м — в теле психолога элитного лагеря для трудных мажоров.

Здесь избалованные сынки богачей ломают персонал, качают права и никого не боятся.
 Но они ещё не знают, что старый психолог умер. А новый пришёл стать вожаком.

https://author.today/reader/577126

18. Все записано

Я покрутил тонкую, сделанную как бы на факсовой бумаге, фотографию в руках. Сложил и убрал во внутренний карман. Жанна молча следила за мной. Она смотрела, чуть прищурившись, не произнося ни звука.

— Симпатично, — кивнул я. — Как это… Как это говорилось-то раньше, помнишь? Человек, похожий на генерального прокурора? Так, что ли?

— Только давай вот без этих твоих приколов, — кивнула Жанна. — Типа я — не я, и лошадь не моя.

— А что ты мне предлагаешь? Сразу сознаваться во всех смертных грехах? Может, ещё и самооговор совершить? Ну давай, оформляй явку с повинной. Где подписать?

— Я бы, — покачала головой Жанна, — на твоём месте не ёрничала. Была бы посерьёзнее.

— Ну, ладно, — вздохнул я. — Совет принимаю. Хотя я и так серьёзный. Серьёзней некуда. Ладно… Можно поинтересоваться, в связи с чем у тебя появилось, это произведение искусственного интеллекта?

— В связи с загадочной смертью Саида Рашидова. И на искусственный интеллект стрелки перевести не получится. Это уж точно. Можешь мне поверить.

— В связи с загадочной смертью, — хмыкнул я. — Прям-таки «Звезда и смерть Саида Рашидова». Рок-опера, исполняется впервые. А тебе что, сразу резонансное убийство подкинули?

— О, так ты уже в курсе, что оно резонансное? — прищурилась она. — Как узнал?

— По телевизору говорили, — усмехнулся я. — И по радио. Слышал.

— Расследование, допустим, не моё, но меня подключили к группе. Понятно?

— Понятно. И что это значит?

Она хмыкнула и чуть качнула головой, по густому и смоляному хвосту волос на затылке прокатилась волна, а до меня дошёл тонкий едва ощутимый аромат её духов.

— Это значит, что в течение двух дней, пока я езжу якобы за своими вещами, а на самом деле зачем, догадайся сам, так вот, в течение этих двух дней я надеюсь, повторяю, не гарантирую, но надеюсь, что никто не будет пытаться идентифицировать твою рожу.

— Вообще-то это странно.

— Странно, да. Поэтому просто скажи спасибо. Мне ещё за это может прилететь. И скорее всего даже прилетит. Просто мне кинули задание, а я у шефа отпросилась. У каждого свои дела и, если никто не хватится, то два дня у тебя есть.

— Спасибо, Жанна Константиновна.

— На здоровье. Кушай с булочкой.

— И что там у вас по этому делу? — спросил я.

— А ты почему интересуешься?

— Так, любопытно. Ты же заинтриговала меня.

— Любопытно