и потащил прочь. Все удовольствие испортил. Махмуд даже рассердиться не успел, как его вытащили во двор и бросили в пыль.

— Грязная свинья, — сказал полковник Антуан. — Ты что творишь?!

— Некоторых дикарей просто нельзя призывать в армию, — заметил кто-то из младших офицеров. — Прикажете его арестовать, сэр?

Парень был из семьи английских эмигрантов, поэтому иногда называл командира "сэром". Полковник не обижался.

— Лишняя бумажная работа, — Антуан окинул взглядом своих людей и заметил у одного из них за поясом лакированную рукоятку трофейного "галанда". — Дай сюда.

— Так мне вербовщик обещал… — наконец-то заговорил Махмуд, но полковник не стал его слушать. Выстрелил в упор, прямо в ключицу. Малаец даже не смог произнести сакральное "За что?", но стал медленно оседать. Антуан успел выстрелить еще раз — в лицо. Самурай и револьвер упали в пыль одновременно.

— Вот и все, — подытожил командир дивизии. — Погиб в бою с русскими. Смертью героя. Семье пенсия перепадет. Хотя эти туземцы все равно на алкоголь или опиум потратят.

— Он из мусульман, они же не пьют, — возразил кто-то из подчиненных.

— Плохо ты знаешь мусульман, — усмехнулся Антуан. — Все, этот вопрос закрыт. Не хватало еще разводить трибуналы и подогревать слухи о наших военных преступлениях.

— У нас остался еще один свидетель, сэр, — напомнил англичанин и кивнул в сторону госпиталя.

Полковник прикусил губу и задумался. Еще раз осмотрел своих людей и подобрал брошенный револьвер.

— Лейтенант Берг, успокойте даму и проводите ее домой. Где-нибудь по дороге… Прискорбный несчастный случай. Шальная пуля. На войне такое случается. К тому же, русская пуля. Разумеется, русские газеты все равно станут кричать во весь голос о наших зверствах, но ведь наша совесть будет чиста. Не правда ли?

— Так точно, господин полковник, — щелкнул каблуками лейтенант Берг и задумался. Он найдет способ не выполнить этот приказ.

* * * * *

Полковник Антуан пытался подвести итоги первой половины дня. Почти все вражеские позиции в его зоне ответственности взяты под контроль. Почти.

— Мозель! — окликнул он своего адъютанта. — Мозель, пошлите кого-нибудь к лейтенанту Крамеру.

— Да вот же он идет, господин полковник, — отвечал адьютант.

И действительно.

Эрст-лейтенант Крамер ворвался в кабинет Антуана подобно урагану.

— Вон, — коротко бросил он Мозелю.

Адъютант вопросительно посмотрел на своего командира.

— Мозель, оставьте нас, — спокойно сказал полковник, но взгляд его похолодел.

— Я туда больше не пойду, — сообщил Крамер, как только дверь за Мозелем закрылась. — Я уже потерял кучу людей. Мне не с кем воевать.

— Лейтенант, вы получили приказ, — взгляд командира еще больше похолодел. — Вы должны захватить этот бастион.

— Это невозможно. У нас совершенно нет тяжелого оружия.

— Меня это совершенно не интересует, — заметил полковник. — Используйте морские мины, византийский сифон, церковный ладан — выкурите их оттуда. Это приказ.

— Плевать, — безапелляционно заявил Крамер. — Плевать я хотел на ваши приказы.

— Что вы себе позволяете?!.. — привстал Антуан.

— Да пошел, ты, валлонский петух, — ответил викторианец. — Я-туда-больше-не-пойду. Можешь сам штурмовать. А будешь много выступать — я гарантирую тебе неприятности дома. Ты вообще помнишь, с кем ты разговариваешь?

Полковник Антуан помнил. Викторианский аристократ, белая кость, папенькин сынок, ублюдок…

Последние несколько слов полковник произнес вслух. Эрст-лейтенант только усмехнулся.

— Пошел вон, — сказал на этот раз уже Антуан. Крамер пожал плечами и вышел. Честь не отдал, дверь за собой не закрыл. Полковник направился за ним, на ходу извлекая из кобуры длинный тонкий маузер. Спускаясь по ступенькам, окинул взглядом дворик — никто не смотрит в его сторону — вскинул пистолет и выстрелил.

На звук выстрела обернулись, но полковник уже вел беглый огонь совсем в другую сторону.

— Там, на башне, русский стрелок! — крикнул Антуан. — Мозель, возьмите солдат и все тщательно осмотрите! И кто-нибудь, помогите лейтенанту Крамеру.

Солдаты и офицеры разбежались в разные стороны согласно инструкциям командира. Антуан подошел к лежащему на земле Крамеру. Как ни странно, тот еще был жив. Опытным взглядом бывалого вояки полковник оценил положение и поставил диагноз. Отлично, пуля прошла навылет, как он и рассчитывал.

— А знаешь, что самое интересное? — прошептал Антуан, наклонившись к самому уху лейтенанта. — Ты еще можешь выжить. Только говорить уже не сможешь. И никому не расскажешь, что здесь произошло. Да, и написать об этом ты тоже не сможешь.

Вернулся Мозель и доложил:

— Снайпер ушел.

— Кто бы сомневался, — горько усмехнулся полковник. — Профессионал, сразу поменял позицию. Соблюдайте осторожность, сообщите ближайшим отрядам — пусть будут начеку.

"Что ни делается — все к лучшему. Напуганные солдаты станут смотреть в оба и потери уменьшатся".

* * * * *

А лейтенант Крамер не выжил. Умер по дороге в госпиталь.

* * * * *

Вице-маршал Сиберг поднялся по ступенькам на второй этаж. Выглянул в окно. Неопределенно хмыкнул. Толкнул дверь.

— Я доложу шаутбенахту, герр маршал, — вскочил адъютант.

— Еще чего, — отодвинул его в сторону Сиберг. — Я как-нибудь сам.

— Явились отнять у меня победу, герр маршал? — попытался пошутить ван дер Хам. Но глаза его смотрели настороженно.

— Совершенно верно, — легко согласился Сиберг. — И вы знаете, это будет совсем нетрудно, контр-адмирал.

— Я получил новое звание? — не стал кокетничать герой дня.

— Совершенно верно, — повторил высокий гость. — Новое. Оно же последнее.

— Вас не затруднит объяснить? — спросил ван дер Хам. — Это же и победы касается.

— У нас был полный набор великолепных планов, Пауль, — Вице-маршал тяжело опустился в ближайшее кресло. — Например, адмирал ван дер Бош собирался атаковать русских при свете дня, с развернутыми знаменами. Его план запоздал примерно на столетие, но он все равно имел хорошие шансы на успех. Губернатор Ольсен предлагал ограничиться взрывом брандера. После чего появиться под флагом спасателей, с госпитальными кораблями и медикаментами. Извлечь русских из-под развалин, расстрелять мародеров, привлечь симпатии аборигенов, расставить гарнизоны в ключевых точках, затем атаковать на дипломатическом фронте, и только в самом крайнем случае пустить в ход оружие. Адмирал де Клерк планировал немедленную ночную высадку и атаку после взрыва брандера. Тоже хороший план. Люфтмаршал Карпентер собирался воевать исключительно дирижаблями. Господь ему судья. Но вы! На вас положились. Вашему мнению доверились — как прослужившему на островах пять с лишним лет, как хорошо знакомому с "местностью и с местными". Вам доверили эту битву. Вас, простого шаутбенахта, поставили впереди заслуженных адмиралов и маршалов. И что сделали вы? Какой-то винегрет. Высадка коммандос с "гостевых кораблей", частичная высадка с дирижаблей, потом взрыв брандера — от которого погибло неизвестно сколько наших людей — потом снова дирижабли, и только теперь подошли морские корабли. Черт знает что.

— Я выиграл битву, — тихо заметил ван дер Хам. — Я захватил острова. Остались