— В чем… Черт, где твои туфли? — прошептал он и не дождавшись ответа, без промедления подхватил ее на руки. — Скорее. Налево, направо?

— Просто обойти дом с любой стороны, и выйдешь на парковку, — пробормотала Габи, с облегчением роняя тяжелую голову на его плечо.

Так уже куда теплее. Обняв свободной от шампанского рукой шею добермана, она упоительно улыбалась в то время, как ему приходилось мчаться через дубовую рощу, стараясь производить поменьше шума. К счастью, нагнать их, кажется, никто не пытался: ну, посудачат местные сплетники, да и все. В ридикюле же не было ничего ценнее помады.

С плеча Анджея соскальзывал пиджак, так что Габи его придержала. И не зря: именно в нем нашлись ключи от машины, когда им удалось-таки пробраться на тихую безлюдную подъездную дорогу к оставленному там мини-куперу. Спустя минуту наконец-то устроившись на сиденье, Габи натянула пиджак на себя, чтобы хоть немного согреться — пусть и испачканный в начинке для тарталеток, он все еще здорово пах лимонным одеколоном. Удачное возвращение в безопасность она незамедлительно отметила большим глотком шампанского.

— Нашла время надираться, — закатил глаза Анджей, попутно заводя двигатель. — Выбрось к черту эту бутылку!

— Во-от еще. Не для того ее спасала, — хихикнула Габи и приложилась к горлышку еще раз.

Теплая жидкость уже не била пузырьками в нос, но хорошо помогала не думать о произошедшем. Завтра, когда придется жить дальше с полным пониманием, что она окончательно влюбилась в собственного телохранителя, можно будет все списать на пьяное помешательство.

— Ты лучше бы себя спасать научилась… несчастная утопающая, — пробормотал Анджей, быстро набирая скорость и оставляя кованые ворота с грифоном позади.

— За-ачем, когда есть ты? Если каждый раз будешь спасать меня… хм… примерно также… я планирую тону-у-уть в ванной каждый день.

Язык заплетался и напрочь опережал рассудок. Что она только что сказала? Позвала его продолжить начатое у себя в ванной? О, Господи… Нет, нужно выпить еще, и побольше.

— Тебе уже точно хватит, — видимо, тоже услышал лишнее в ее голосе Анджей. — Дай сюда бутылку.

— А что мне за это бу-удет?

Габи рассмеялась, и звук в салоне ощущался каким-то ватным. Продолжая держать руль одной рукой, доберман непечатно выругался и потянулся левой в попытке выхватить бутылку, но безуспешно. Продолжая пьяно хихикать и отклоняться, Габи незаметно тянула его ближе к себе, отвлекая внимание от темной ночной дороги.

— Бэмби, сейчас же отдай, или клянусь богом!..

— Отдам, если пообещаешь повторить…

Взгляд Анджея метался от лобового стекла к шампанскому, которое Габи ему и не думала отдать. Машину опасно качало несмотря на невысокую скорость, но может, это штормило в голове. В реакции Габи все-таки проиграла: доберман сделал точный рывок, выхватил горлышко бутылки и выбросил ее в открытое окно со своей стороны. И тут же экстренно выжал тормоз.

— Черт, черт!

Мини-купер тряхнуло, отчаянно взвизгнули шины. Габи в ужасе сжалась на сиденье, подтянув под себя ноги, но мощного удара не последовало, только глухой звук столкновения. Моргнув, она с трудом разглядела во мраке то, что стало причиной резкой остановки: тихую проселочную дорогу переходил пешеход, сейчас лежащий прямо под светом фар.

— Твою мать, — охнул Анджей, скорее хватаясь за ручку дверцы. — Сиди тут.

Габи сухо сглотнула: всю дурашливость как рукой сняло, оставив только мокрый холод. Потерев глаза, она ощутила, как размазалась по ним без того потекшая косметика, но сейчас все внимание было приковано к телу, лежащему перед капотом.

Анджей подошел к нему, присел рядом, и мужчина в клетчатой рубахе зашевелился, а затем и медленно сел на асфальте, прижав ладонь к затылку. Габи сначала подумала открыть окно, чтобы слышать происходящее, а потом все-таки плюнула на просьбу остаться в машине и выбралась наружу. Мелкие камни на асфальте тут же впились в ступни.

— Вы можете говорить? Где болит, куда пришелся удар? — беспокойно осматривал Анджей сбитого прохожего в свете фар, но к счастью, даже крови нигде не мелькало.

— Ich spreche kein Englisch… Entschuldigung…, — бормотал мужчина по кругу как заевшую пластинку.

— Entschuldigen Sie bitte, ich habe Sie nicht bemerkt, — вдруг на чистейшем немецком ответил ему Анджей, и Габи потрясенно заморгала, непроизвольно сделав шаг вперед. — Sie müssen ins Krankenhaus gebracht werden.

— Nein! Kein Krankenhaus nötig! — неожиданно активно замахал руками мужчина и сделал новую попытку подняться. — Mir geht es gut!

Анджей помог ему встать, и тот принялся с кряхтением отряхивать брюки. Похоже, затормозить получилось вовремя, раз силы удара только и хватило на то, чтобы прохожий свалился с ног, но остался вполне цел. И все же куча сомнений читалась на лице добермана без труда.

— Ich nehme an, Sie wollen auch keinen Constable anrufen? — спросил он, задумчиво потирая подбородок. — Illegaler Migrant?

Мужчина криво улыбнулся и мягко похлопал Анджея по плечу.

— Es ist schön, einen klugen Deutschen in diesem verdammten Land zu treffen, — заговорщически прошептал он, добавив следом: — Sie brauchen nichts. Ich bin selbst Schuld.

Габи понятия не имела, о чем речь, и что они оба несут. Ее порадовало, что мужчина действительно крепко стоял на ногах и вроде бы не злился: кажется, его здорово задобрило, что с ним вели разговор на родной речи. И откуда бы Анджею знать немецкий?

— У меня нет с собой денег, но может, предложить это? — глухо пробормотала Габи, вытянув из ушей серьги, а затем и расстегнув жемчужные бусы. — В качестве ком… компенсации, — она пьяно заикнулась.

Анджей обернулся к ней и вздохнул.

— Я же сказал остаться в машине.

— Я просто хочу помочь, — Габи решительно шагнула вперед и сама вложила в руки ошалевшему мужчине свои украшения. — Из-звините пожалуйста. Это все моя вина. Если этого недостаточно, завтра можем увидеться и…

— Он все равно тебя не понимает, — перебил ее Анджей и обратился к пострадавшему. — Reicht diese Entschädigung aus?

Мужчина довольно закивал и заулыбался, быстро пряча жемчуг в карман брюк. Из него снова потоком полилась немецкая речь, в гудящей голове Габи превратившись в полную тарабарщину. Но она поняла, что вопрос исчерпан — спустя еще несколько фраз незнакомец окончательно откланялся и пошел дальше по улице, слегка прихрамывая на левую ногу.

Облегченно сгорбившись, Габи вернулась в машину и закуталась в пиджак плотнее. Устало прикрыла веки, и пьяный туман тут же снова заявил о себе, не давая больше открыть глаз. Перед ними хороводом крутились огни гирлянд, пузырьки шампанского и вихрь, разбуженный терпким мужским запахом от ткани пиджака.

Кажется, Анджей что-то сказал ей, когда вернулся в салон и захлопнул дверь. В любом случае, это сразу