Выключает свет, ложится рядом, обхватывает собственническим жестом за талию и притискивает к себе.

— Люблю тебя, Бунтарёв.

— Дышу тобой, Бунтарёва, — прижимается губами к шее.

* * *

17 лет спустя

Вот уже три дня я не могу спать и никак не могу найти себе места. Уже три дня ведутся поиски Катюши и её одноклассника. Всем классом они поехали на отдых на горнолыжный курорт. Сошла лавина. Все дети были в отеле, а Катюша и Игнат пропали. Я схожу с ума. Мои глаза опухли и походят на две щелочки.

— Родная. Нашли. В домике. Жива.

Два волшебных слова от моего мужа возвращают меня к жизни.

— Где? Где она?

— Ещё в домике, дверь завалена. Из дома валит дым, в окно увидели их. Пойдём. На снегоходе доедем.

Через десять минут я уже бегу к домику, вокруг которого толпятся люди. Вот дверь открывают, выходит плечистый парень, держа на руках Катюшу. Игнат бережно ставит дочь на ноги, а она вскидывает голову и что-то тихо говорит. Парень отвечает.

Катя отворачивается. Находит меня и Лёшу взглядом и, прихрамывая на левую ногу, бежит к нам. Первым делом она влетает в объятия отца, жалобно всхлипывая.

— Папочка, забери меня отсюда.

— Поехали, принцесса.

* * *

Захожу в комнату дочери, которая лежит на кровати и тихо плачет.

— Катенька, я могу зайти?

— Да, — садится и шмыгает носом.

— Что случилось, моя родная? Из-за чего ты плачешь? В том домике что-то случилось?

Катя вскидывает на меня несчастные глаза. Рукавом рубашки стирает слёзы.

— Мама, я всегда ждала, когда влюблюсь, когда встречу такую любовь, как у тебя с папой и у Ульяши с Артуром. Игнат… Я думала, что это всё правда, мама. А он… оказалось, что он на меня поспорил. Поспорил, что сможет влюбить меня и сделать так, чтобы я призналась. Мамочка, — тоскливо плачет дочь, — мне так больно. Я хочу уйти в другую школу.

— А ты говорила с Игнатом, родная?

— Не хочу. Не хочу больше его видеть. Ведь он сын Златы Дмитриевны. Он… Мама, он всегда ненавидел меня. С детского сада. А я поверила.

Я прижимаю дочь к себе и поглаживаю рукой по голове. И думаю о том, что Катюша не видела взгляда этого мальчишки. Не догадывается, что для него это уже не спор. Мне остаётся только надеяться на то, что их путь друг к другу не будет слишком тернистым.

А я хочу лишь одного — чтобы моя дочь была счастлива.

Мы все совершаем ошибки. Мы с Лёшей вели себя, как неразумные дети. А они ещё школьники. Но я знаю одно — любовь не знает возраста. И если она сильна, то преодолеет все препятствия.