– Конный?

– Ну, знаешь ли! Конь нас точно выдаст! Гонец нужен пеший, но быстрый. Думаю, у Лоркана такой найдётся. Он много молодых понабирал, они глуповатые, но верные. И шустрые.

– Тогда остаётся последний вопрос: как действуем в доме?

Дэвлин долго не думал:

– Разделимся на пары. Ты со мной, Мадог с Меуригом. Мы с тобой берём на себя гравёра – он самый важный – и охранника. Он самый опасный. Мальчики возьмут остальных двоих. Чего заскучал? План не нравится? Не хочешь работать со мной? Скажи, как ты сам видишь, обсудим.

Рэйшен положил ногу на ногу и покрутил носком сапога. Он не знал, как начать такой разговор. Дэвлину точно не понравится то, что он собирался сейчас сказать. Однако невозможно молчать вечно. Рэйшен набрал воздуха в грудь, как перед прыжком в воду.

– Мадог ненадёжен. Его подготовка хороша, я не спорю. Но сегодня доверять ему я бы стал.

Настала очередь Дэвлина молчать. Он отложил арбалет в сторону, и Рэйшен услышал характерный стук дерева по дереву.

– А ведь это ты, Рэйшен, виноват. Ты и твои шашни с человеческими женщинами. Я учил вас всех одинаково – истинный дроу не проявляет эмоций, не испытывает чувств. И если бы ты следовал этому пути и показывал пример остальным, мы бы с тобой не обсуждали, надёжен ли Мадог.

– С чего это я виноват? – Рэйшен не хотел ссориться с Дэвлином, но и поддаваться его давлению не желал. – Я, что ли, заставил его захлёбываться от восторженных желаний? К Меуригу, я так понимаю, у тебя вопросов нет?

– Есть, – жёстко отрезал Дэвлин. – Но, пока его связь с Полли не вредит делу, я помалкиваю. И вообще, я не понимаю, отчего мои мальчики взяли за образец для подражания тебя, а не меня. Хладнокровие, выдержка и отсутствие каких-либо эмоциональных слабостей…

Дверь отворилась.

– Какой замечательный поток вранья! – насмешливо проговорила с порога Элина. – Свечи не зажигаете, чтобы Дэвлину было врать удобнее? Значит, так. Во-первых, брысь из моего кресла. И подушку на место положи! Во-вторых, мне нужен свет! Я знаю, что вам это не важно, но кабинет всё-таки мой, и порядки в нём тоже мои.

* * *

Элина внутренне кипела: её главный военный советник выясняет отношения с её же телохранителем! И это вместо разработки плана! У неё ещё не улеглось раздражение после стычки с Мадогом, а тут – всё заново!

Она не стала садиться в своё тяжёлое резное кресло за столом. Опершись на плечо Рэйшена, она насмешливо проговорила:

– Дэвлин, какому отсутствию страстей ты учишь? Ты покинул родной клан именно из-за них!

– С чего ты взяла?

Грызня среди дроу – Элининой ударной силы – была совершенно неуместной. Её следовало прекратить, чем скорее, тем лучше.

– Всё просто, Дэвлин. Твои отношения с Шианнон. Это, по-твоему, что? Не чувства? Долгие обороты ты пытался вернуть её милость и внимание, но безуспешно. Я плохо говорила о ней, а ты спорил, мол, я её просто не знаю… И вот твоё терпение лопнуло. Ты удрал, втайне желая, чтобы она пожалела о твоём уходе… И как ты думаешь, почему твои «мальчики» подражают Рэйшену, а не тебе? Да потому, что Рэйшен честнее! Он может злиться, радоваться, любить, в конце концов! Ты испытываешь всё то же самое, но прячешься под личиной бесстрастия. Ты лжёшь самому себе, а это худший вид лжи!

Элина ожидала, что Дэвлин примется пререкаться. Но он лишь проворчал:

– Отчего я всё это слушаю?

– Оттого, что это правда!

Элина решила не продолжать, чтобы не задевать самолюбие дроу. В конце концов, они здесь не для этого.

– Зажгите всё-таки свечи, я ничего не вижу. И расскажите, что вы придумали.

* * *

План Элине понравился. Сомнения насчёт Мадога она отмела.

– Он мечтает доказать свою нужность! И Рэйшена он никогда не подводил, – Элина заглянула ему в лицо: – ведь это так? Не подводил?

Рэйшен, хоть и с небольшой заминкой, кивнул.

– Тогда ваш план в целом я принимаю. По кожаным курткам… – Элина вздохнула. Снова к гномам. Придётся увеличить участок для них. Делать это бесконечно не получится – как бы не вышло стычки с местными. – Завтра с утра пригласим Байля, будем договариваться. Возможно, у Городской стражи не хватает алебард и плащей… Надо уточнить у Лоркана. Если не хватает… О нет, только не к гномам! В Жадвиле полно кузнецов, которые…

– Ага, прямо в Кузнечный тупик и обратимся, – насмешливо сказал Дэвлин. – Чего далеко ходить?

– Тьфу на тебя, – буркнула Элина. – Есть же и другие мастера. Для Городской стражи могут и постараться. По сходной цене.

Для неё всё сводилось к двум вещам – деньги и время. И если деньги можно было изыскать, заработать, в конце концов, отобрать у кого-нибудь, то время…

Элина велела охранникам позвать Лоркана, Ингерама и Томори.

– А этого зачем? – удивился Дэвлин.

– Когда вы захватите дом – а вы его захватите, я не сомневаюсь, – нужно будет составить опись найденного имущества. Это улики для суда. Томори всё опишет. Во время штурма он будет, – Элина на миг задумалась, – с Городской стражей.

– Лоркан будет рад, не сомневаюсь, – съязвил Дэвлин.

– Не в его положении крутить носом, – парировала Элина.

Ни Лоркан, ни Ингерам, ни Томори носом не крутили и правоту Дэвлина не оспаривали.

– Я со своими стражниками проведу ревизию, сколько чего у меня имеется. Посчитаем всё: копья, мечи, ножи, плащи… – Лоркан очень старался исправить свою оплошность. – Только скажи, к какому сроку…

– Один-два дня.

– Так скоро?!

Элина вздохнула:

– Нет. Надо ждать кожаный доспех для наших героев, а он ещё даже не заказан…

Ингерам вопреки обыкновению не шутил и не балагурил.

– А когда начинается сбор новых налогов?

Кажется, у Элины сегодня будет вечер вздохов:

– После того, как закончим с фальшивомонетчиками. Иначе они нам успеют начеканить свежих денежек… Дэвлин, подумай, может, тебе следует поговорить с людьми Сныста, разузнать, что и где расположено в Кузнечном тупике. Самому тебе появляться там не следует.

– Да знаю я! Но зачем мне говорить с ворьём, если Рэйшен был в этом тупике. У него глаз вернее.

Рэйшен мотнул головой в знак согласия. Он помнил каждую яму