очереди. — Мы до сих пор не знаем, кто стоит за нападением. И пока не знаем… каждый, кто нам помогал, ходит под ударом.

Олена с Инной переглянулись и разом вздохнули.

— Не переживайте, — мягче сказал я. — Мы отправимся в Москву, и я обязательно выясню, кто за этим стоит. Тем более… у меня уже есть план.

— Поделишься? — тут же спросила Олена.

— Нет, — ответил я. — Тебе это знать ни к чему. Причина, кстати, ровно та же, по которой вы молчите про Варлаама. Меньше знаешь… крепче спишь. И дольше живёшь.

Ещё пару минут поболтали о детях, потом я засобирался вниз, к тестю. И стоило двери приоткрыться за моей спиной, как из детской грянуло.

— ТЫ ДУМАЛА, ЧТО ГОВОРИЛА ДМИТРИЮ ОБО МНЕ⁈

— А что я такого сказала? — в голосе Инны не было и тени раскаяния. Следом раздался звук передвигаемой мебели… судя по грохоту, Инна вскочила и заняла оборону за стулом.

— Или думаешь, он сам не понимает, что ты только и мечтаешь сладости с ним предаться⁈

— ИННА!!! — и в Инну что-то полетело. Ударило мягко… подушка, определил я на слух.

— Ах, вот ты как⁈ Бой на подушках решила устроить? Ну я тебе сейчас…

Грохнул стул, взвизгнули обе, и началось.

Я постоял секунду, прислушиваясь. До драки… до настоящей, во всяком случае… дело там явно не шло. Я усмехнулся и стал спускаться.

На лестнице я встретился с Софьей.

Она поднималась навстречу… и остановилась ступенькой ниже, глядя на меня снизу вверх. Сверху в этот момент особенно смачно грохнуло, и следом донёсся сдвоенный визг.

— У вас там что за сражение? — Софья повела глазами на второй этаж. — Всё в порядке?

— Инна с Оленой балуются, — пояснил я.

— Балуются, — повторила она и усмехнулась. — До тебя они тихо сидели, между прочим. А увидели тебя… ожили прямо.

Я кивнул, не развивая тему. Софья продолжала стоять и смотреть на меня, и уходить с лестницы она никуда не собиралась.

— Ты хотела со мной поговорить? — наклонив голову спросил я.

— Скажем так… — она чуть склонила голову. — Я бы хотела поделиться с тобой своими наблюдениями. Но не здесь, — улыбнулась она. — Как насчёт того, чтобы ты сопроводил меня на торг? Мне всё равно надо… ленты, гостинцы, женские дела.

— Эм… а уместно ли такое? — удивился я.

— Уместно ли? — Софья подняла бровь. — Ты муж сестры моего мужа. Родня, Дмитрий. Кто худое слово скажет, тому мой свёкор голову открутит и не заметит. Тем более я не одна поеду. — Она на секунду задумалась. — Возьму с собой Нуву. Побудет моей служанкой один день… Ты же не против?

— Не против. Когда выезжаем?

— Через час. — Софья улыбнулась и пошла наверх мимо меня. И уже с верхних ступеней добавила, не оборачиваясь. — И надень что-нибудь понаряднее, воевода. Со мной по торгу в чём попало не ходят.

* * *

Сборы уложились в час.

Богдан, узнав, что я собрался на торг с княгиней Софьей, приказал готовиться дружинникам, и заставил меня надеть кольчугу под кафтан.

Потом для Софьи выкатили прогулочный возок с суконным верхом. Конюхи запрягли пару гнедых. Ольга выслала с невесткой возницу и двух слуг с корзинами для покупок… и по тому, как быстро всё это организовалось, я понял, что о нашей поездке свекровь узнала раньше меня. Нува села в возок напротив Софьи… Я заметил с каким откровенным интересом Софья её разглядывает.

Пронеслась мысль, что «наблюдения», которыми она собиралась делиться, касались не одного меня.

Пятеро дружинников пошли передом, пятеро замыкали. Я на Барсе держался у возка.

До торга и вправду оказалось полверсты. Нижегородский торг под горой гудел вовсю… возы, лотки, ряды, крики зазывал до самых пристаней.

У края площади спешились. Дружинники разошлись: двое в пяти шагах за нами, остальные растворились по сторонам, закрыв на дальних подступах периметр вокруг нас. Софья выбралась из возка, оправила летник и выжидающе посмотрела на меня.

Я подал ей руку… по-здешнему, ладонью вверх, чтобы вести. Софья поступила по-своему: легко положила ладонь мне на предплечье и пошла рядом, вровень… как ходят с кавалерами в её Италии. На Руси так не ходят. Здесь жена идёт за мужем, на полшага позади и глаза долу. На нас начали коситься с первого ряда. Софье было ровным счётом плевать… и я решил, что мне тоже.

Нува шла чуть позади. И вот она собирала взгляды похлеще нас обоих. Торговка с пирогами застыла с открытым ртом, мальчишка-разносчик засмотрелся и врезался в столб. Чем вызвал наши «сочувственные» улыбки.

Первый ряд, тканевый, мы прошли молча. Софья останавливалась у лавок, щупала сукно, тёрла между пальцев бархат, качала головой и шла дальше.

— Ты так и будешь молчать? — не выдержала она.

— Ты же хотела поговорить, — пожал я плечами. — Я жду.

Софья остановилась и внимательно посмотрела на меня. Изучающе…

— А ты и впрямь не падок на женщин. Я думала, слухи врут…

— О чём ты?

— Дмитрий… — она неспешно двинулась дальше вдоль ряда, увлекая меня за собой. — У тебя в доме, помимо Алёны, жили две красивые девушки. И пусть одна из них… диковинка заморская, но даже мой муж, как выяснилось, оказался слаб перед её необычностью, — сказано это было без обиды. Но стало понятно одно: она знает кто отец Юрия. — А ещё по Москве ходит очень много слухов о том, как ты стал воеводой Московским. И большинство сходятся в одном… что пост этот ты получил через постель.

Очень интересный складывался разговор, поймал я себя на мысли. Софья, похоже, закончила оглядываться и начала втягиваться в местные реалии всерьёз. А если вспомнить, как сложилась история в другом времени… в том, где меня не было, а Софья Палеолог была… то ухо с этой женщиной стоило держать востро. Там она за пару десятков лет переиграла половину московского двора.

— Я был верен Алёне, — зачем-то сказал я.

— Вот в это я охотно верю, — Софья улыбнулась.

— Тогда зачем весь этот разговор?

Она пожала плечами.

— Чтобы лучше узнать тебя. Чтобы ты не ходил рядом со мной по рынку с таким лицом, будто делаешь мне одолжение. — Она искоса глянула на меня. — В конце концов…