Благодаря моей странной, уникальной связи со смешанной магией мои… уже мужья могли спокойно бывать друг у друга так долго, как хотели. Никаких границ. Никакой вражды. Но, что самое забавное? Они так и не объединили свои земли.

Их причина была… очаровательно глупая. Они не хотели, чтобы южане прознали обо мне. О «девушке, которая объединила двух правителей» — звучит же слишком заманчиво? Южанин с его вечной жаждой власти мог бы решить, что третья ниточка в моей душе — это шанс для него.

Так что спустя десять лет и двоих детей меня до сих пор «прятали». Иногда — в пирамидах Шаара, иногда — в роскошных залах Равана. Они стали друг для друга братьями — Раван научил Шаара не рычать, а Шаар… ну, научил Равана не тащить меня в постель каждые два часа, потому что утаскивал меня сам. На это им понадобилось года два.

Зато теперь у меня два мужа — разных, горячих, таких родных. И два ребёнка — маленьких сыночка, каждый из них пошел в отца, но с одинаковыми взглядами, полными чего-то древнего и бесконечного. Возможно, они и есть новое дыхание для наших земель.

А я? Я счастлива. Свободная. Любимая. И всё так же влюблённая в обоих, как и в тот день, когда впервые позволила их магии переплестись во мне.

Видимо, такова судьба жрицы, которая когда-то мечтала выбрать одного, а в итоге нашла весь свой мир в двоих.

Эпилог 2

— Она ночует сегодня у меня! — заявил Шаар.

— Нет уж, у меня! — тут же рыкнул Раван.

Они стояли прямо передо мной — оба красивые, оба сильные… и оба такие упрямые, что иногда мне хотелось засунуть их в один мешок и встряхнуть как следует.

— У меня! — с нажимом повторил Раван.

— Она моя жена, а живет у тебя уже месяц! — огрызнулся Шаар, так что у Равана дернулся глаз.

Я прикрыла лицо руками. Мы прожили так десять лет, и всё равно эти сцены случались регулярно. Но сегодня я была слишком уставшей, чтобы их разнимать.

— Хватит, — сказала я устало и строго, как детям. — Я не хочу ночевать у кого-то одного. У меня нет сил слушать вас. Отведите меня в домик. Тот самый, между вашими землями.

Они оба нахмурились, но спорить не рискнули. Так уж повелось в этой семье: мне никто не отказывает.

Шаар накрыл меня своей ладонью, Раван положил руку поверх — и всё вокруг на миг распалось на песчинки. Мир скользнул мимо — и мы вынырнули посреди знакомой тропы.

Домик. Тот самый старый, каменный, стоящий в песках между их владениями.

— Мой любимый, — выдохнула я, улыбаясь.

Я забежала внутрь, провела рукой по пыльным полкам, вдохнула этот особый запах камня и сухих трав — и не могла не вспомнить, как впервые увидела тут своего Шаара человеком. Моего зверя. Моего мужа.

Сердце сжалось от сладкой ностальгии. Я повернулась к двери, собираясь сказать им, что внутри тепло и уютно, но они за мной не зашли. Я замерла, удивлённо нахмурившись. Обычно они никогда не пропускали помещения с кроватями — а уж этот домик был нашей общей территорией.

— Шаар? Раван? — позвала я, высунувшись за порог.

Но на пороге меня ждало нечто странное.

Они оба стояли там — но не вдвоём. Рядом с моими мужьями, в полумраке, спиной ко мне стоял кто-то ещё. Высокий. Широкоплечий. Брюнет в свободной рубашке. Его волосы блестели под лунным светом, а в воздухе витала какая-то незнакомая, но удивительно знакомая магия.

На мой голос обернулся он. Зеленоглазый. Эти глаза пронзили меня насквозь, будто в душе кто-то тихо сказал: «Ты знаешь меня». Я не знала его — но связь была такой же явной, как когда-то с моими двумя упертыми правителями.

Он медленно улыбнулся, чуть склонил голову и сказал мягко, с таким ленивым любопытством, что внутри у меня всё дрогнуло:

— Кто эта очаровательная незнакомка?

А мои мужья переглянулись. И почему-то мне вдруг стало ясно: старый домик снова изменит мою жизнь.

В который раз.

Конец.