перескакиваю через кучу шагов вперёд. Это всего лишь наше первое свидание с Авой. Думать сейчас о браке — почти преступление.

Хотя... так ли это? У нас нет времени на игры. У нас есть дети. Ответственные работы. Люди, которые от нас зависят.

И я точно знаю, чего хочу в своей жизни. Я хочу такого же счастливого, уважительного брака, какой был у моих родителей. Хочу семью. Хочу ещё детей. Хочу всё это с женщиной, которая держит слово и не сбегает.

Я хочу партнёршу, которая останется. Потому что быть родителем-одиночкой — это одиноко. Это тяжело. И, если бы у меня был выбор, я бы никогда не выбрал делать это в одиночку.

— Закончи свою историю, — говорю я и допиваю вино.

Ава изучающе смотрит на меня.

— Ты в порядке?

— Заканчивай.

— В общем-то, это всё, — она делает маленький вздох. — Мне нужно было, чтобы Дэн начал помогать. Он не начал. К тому моменту я бросила гонки — просто не справлялась со всем сразу. Мы ходили к семейному психологу. Ничего не изменилось. В глубине души я всегда верила, что мне будет легче растить Джуни одной — без необходимости учитывать чувства и настроения Дэна. Я старалась изо всех сил быть идеальной женой, но чем больше старалась, тем несчастнее мы оба становились. В итоге я позволила себе сойти с этого крючка и ушла. Оказалось, что жить легче, когда позволяешь себе получать удовольствие и ставить свои потребности на первое место. Хотя это и не значит, что легко...

— О, я знаю.

— Но всё же лучше. И вот я здесь, — она разводит руки в стороны. — И могу честно сказать, что сейчас я счастлива как никогда с тех времён, когда была свободной. Хотя путь сюда был, мягко говоря, ухабистым.

Я сжимаю её колено.

— Но он привёл тебя ко мне.

Она вглядывается в моё лицо.

— Как у нас может быть такая сумасшедшая химия, если мы хотим совершенно разных вещей?

— А мы хотим разного? — я сдерживаюсь, чтобы не налить себе ещё вина. Аве можно пить сколько угодно, а мне ещё вести машину. — Может, дело не в браке как таковом, а в человеке, за которого ты вышла?

Она качает головой то в одну, то в другую сторону.

— И да, и нет. Дэн был паршивым партнёром — без вопросов. Но я думаю, что нас всех с детства приучают играть неправильные роли. Никто об этом не говорит, но мы проживаем это день за днём. Минуту за минутой. Очень сложно избавиться от этого навязанного образа жизни. Я не уверена, будет ли по-другому в отношениях без штампа в паспорте. Очень надеюсь, но...

— Вы делите опеку?

— Да. Ну, по крайней мере, должны. Джун живёт со мной в будни, а Дэн забирает её через выходные. Это всё, на что он способен, даже несмотря на то, что его родители ему активно помогают.

Я провожу рукой вверх по её бедру.

— Я бы умер, если бы видел Эллу только через выходные.

— Я знаю, — она встречает мой взгляд. — Таких, как ты, Сойер, немного.

— Наверное, та самая система воспитания на мне не сработала, — улыбаюсь я.

— Наверное, — отвечает она, пристально глядя мне в глаза, склоняясь ко мне так близко, что её губы оказываются в нескольких сантиметрах от моих. — Или, может быть, ты просто очень стараешься затащить меня в постель.

Я бросаю взгляд на её губы.

— Ты меня отвлекаешь.

— Получается?

— Ава, ты чертовски хороша в этом. Конечно, получается. Я только хотел бы ещё немного поговорить с тобой обо всём этом.

Она вытягивает ноги и ложится рядом. Я переворачиваюсь на спину, и она прижимается ко мне, кладя голову мне на грудь.

Над нами раскинулось звёздное, холодное небо. Ничто не сравнится с тем шоу, что устраивает природа здесь, в Хилл Кантри.

— Начни с рассказа о себе, — мягко говорит она, водя пальцем по моей груди.

Глава 23

Ава

Спаситель

Я слышу, как учащённо бьётся сердце Сойера, ощущаю, как его грудь поднимается и опускается при глубоком вдохе. Он нервничает? Почему? Надеюсь, он понимает, что я ни за что не стала бы осуждать его за то, что он скажет. Хочется верить, что теперь он доверяет мне так же, как я доверяю ему.

А может, он всё ещё переваривает резкое осознание того, что наши представления о счастливом будущем кардинально отличаются.

Если честно, я и сама не знаю, как к этому подступиться. Стоит ли вообще? Кажется, говорить о браке и совместной опеке на первом свидании — это как-то чересчур.

И всё-таки... это не обычное первое свидание и не обычный парень вроде тех, с кем я встречалась после развода. Честно говоря, мне кажется, что мы с Сойером уже были на нескольких свиданиях. Я рада, что мы узнаём друг друга глубже. Рада, что говорим о настоящем, даже если от этого немного больно — ведь вполне возможно, что мы не будем вместе.

Потому что, как бы я ни убеждала себя в том, что Сойер заслуживает кого-то менее разочарованного в жизни и более открытого, чем я, всё равно не могу избавиться от ощущения, что мы хорошо подходим друг другу.

По крайней мере, я чувствую себя счастливой, когда мы вместе. Лёгкой, свободной, радостной. Настоящей. А сейчас я ощущаю приятное тепло, и жар костра у моих ног меркнет на фоне жара, исходящего от тела Сойера, проникающего сквозь одежду и заставляющего мою кожу вибрировать от звёздного, шипящего счастья.

Он и правда ходячая печка.

Я просто не знаю, что делать с тем фактом, что он хочет жену и белый забор. А я — нет.

Но я очень хочу услышать его историю.

Поэтому продолжаю рисовать пальцем узоры на его груди, пока он не заговорит.

Наконец он целует меня в макушку, обнимает за плечи и притягивает к себе. Теперь его пальцы скользят по моей руке — медленно, рассеянно, почти незаметно. Но даже сквозь куртку и свитер у меня по коже бегут мурашки.

— Мы с Лиззи тоже знали друг друга ещё в школе, — начинает он. — Тогда мы были хорошими друзьями. Она была рядом, когда умерли мои родители...

— Тебе было шестнадцать, да?

— Ага.

У меня падает сердце.

— Сойер... Боже мой. Мне так жаль. Ты ведь тогда ещё ребёнком был.

— Был, — он сглатывает, и я слышу этот звук. — В общем, после этого между мной и Лиззи установилась особая связь. Настоящей химии между