Да, я отлично знал, насколько эффективно работают рассеиватели следовой магии, и что новые аномалии сами по себе попросту не формируются.

Но все же, все же!

История Рэма… присутствие в видении одного из наследников престола… появление Арли… в столице ведь тоже есть кварталы, в которых нет и никогда не было небоскребов… да и знакомую серебристую искорку, промчавшуюся на самой периферии видения Люка я снова увидел, и она, скажу я вам, была очень похожа на человека в найниитовой броне.

Так это или нет, к счастью, на таком расстоянии было не различить. Даже очень сильное приближение не давало рассмотреть подробности — изображение оставалось мутным, нечетким, поэтому о том, что это кто-то живой, мог заподозрить только я.

— Теперь твоя очередь, — строго посмотрела на меня Арли, когда Люк тяжело задышал и сообщил, что начал истощаться. — Твое видение подчиняется только тебе, поэтому сейчас ты крутишь, а мы — наблюдаем.

Я молча подошел к краю площадки и присмотрелся к поставленному на паузу «ролику».

Ну и что тут нужно делать?

Детишки, между прочим, с ходу справились, а Люк так вообще почти не настраивался, словно уже не раз такое проделывал.

Впрочем, может, он и проделывал. Для него небось доступ к фиксатору снов был круглосуточным. А может, пацана заранее просветили, как работать в таком сне и что от него вообще требуется, тогда как нам с Арли лэн Жанэ дал лишь достаточно общие указания.

Тем не менее по примеру детишек я протянул вперед руки и, нащупав пальцами невидимую преграду, осторожно на нее надавил.

Хм.

Плотная. Упругая. Мой вес держит.

Что тут надо делать даль…

— Ого! — пробормотал я, неожиданно пожалев, что Эммы в общем сне сегодня нет, просто потому, что она была нужна мне снаружи. — А вот это уже интересно…

Ощутив, что меня неумолимо тянет вперед, я привычным движением восстановил равновесие и почувствовал, что мое сознание снова раздваивается, как вчера. Одна его часть осталась там, позади, с детишками, тогда как вторая непонятным образом слилась с тем Адрэа Гурто, который был главным героем своего же видения, и делала все то, что я уже не раз видел, причем это происходило настолько естественно, что я даже не сразу сориентировался.

При этом, если раньше, заходя в видение, я каждый раз чувствовал себя самим собой, то теперь это больше напоминало опыт с видениями из памяти рода. К примеру, когда я был таном Альнбаром Расхэ, но одновременно с этим помнил, что я — не он.

Странное чувство, если честно: знать, что ты все еще в своем теле, пусть и в будущем, но при этом ощущать себя там гостем, а не хозяином. Быть наблюдателем, а не участником.

Но в каком-то смысле так оказалось даже проще. Так что, немного поэкспериментировав, я достаточно быстро освоился, после чего вернулся к началу и несколько раз медленно прокрутил видение с пожирателем, стараясь сфокусироваться не на центральной его части, а на периферии, подсвечивая те участки, которым раньше уделял мало внимания, и стараясь подмечать даже такие мелочи, которые с виду были на фиг не нужны.

— Смени спектр зрения, — вдруг напряженным голосом велела Арли, заставив меня удивленно вздрогнуть. — Я знаю, ты умеешь.

Вот уж когда я порадовался, что снаружи осталась не только Эмма, но и достопочтенная лэнна Иэ.

Тем не менее маленькую провидицу я послушал и начал по очереди менять доступные мне спектры зрения. При этом думал, что разницу увижу только я, тем более раз уж и видение, и способность были сугубо моими. Однако, судя по раздавшемуся за спиной прерывистому вздоху, изменения оказались видны всем, так что, похоже, мне придется брать у мелких еще одну магическую клятву о неразглашении.

Правда, инфракрасный и ультрафиолетовый спектры мне ничем не помогли — грузное тело пожирателя и там, и там выглядело одинаково. Ничего нового в этих спектрах видение мне тоже не принесло. Поэтому я сначала перешел на обычное магическое зрение в надежде, что хотя бы оно меня выручит. А следом — на то, что позволяло мне видеть найниит, управляющее поле, следовую магию и в том числе магонорическое поле.

И вот тогда картинка наконец-то преобразилась.

Нет, пожиратель как был здоровенной черной тушей, такой для меня и остался. А вот его окружение…

Признаться, в том, что это действительно будет разлом, я сомневался почти до последнего, однако в этом спектре зрения я все-таки увидел характерные переплетения разноцветных нитей, как в свое время в крепости Ровная. Просто сейчас это был уже не клубок, а точно такой же, как там, чудовищный цветок, лепестки которого, раскрывшись, повисли вокруг туши пожирателя мертвыми тряпками.

Я также увидел, как в его сторону с огромной скоростью несутся целые потоки магии. Причем и следовой, и обычной. Разлом, словно гигантский пылесос, вытягивал ее отовсюду — с улиц, из домов, из пролетающих мимо ардэ… из накопителей, из артефактов и амулетов…

Именно поэтому вокруг разлома я не заметил ни людей, ни домов, ни света в окнах. В крупных городах почти вся инфраструктура держалась на магии и накопителях. И когда они резко обесточились, город рядом с разломом буквально вымер. Амулеты и артефакты сдохли. Защитные заклинания погасли. Вся магия, которая поддерживала в домах жизнь, начала утекать в никуда.

Да и я, как оказалось, тоже находился внутри него. Точнее, на самой границе между нашим миром и промежуточным. И только сейчас, здесь, с беспокойством понимал… а потом и увидел… что все это время… все несколько десятков сэнов, что длилось мое видение… я неустанно терял свой драгоценный найниит. Второе зрение это четко показывало. Так что, пока я пытался сражаться с пожирателем, с моих рук… с туловища… в сторону твари утекали целые найниитовые ручейки. Но при этом ни я сам, ни Эмма этого до поры до времени не замечали. Вернее, я только сейчас осознал, что Эммы в моем видении попросту не было. Я не слышал ее голоса. И даже модуля в себе не чувствовал, что, прямо скажем, наводило на размышления.

К сожалению, видение обрывалось на той самой точке, когда я нашел выход из безвыходной с виду ситуации и сам себе дал команду на расщепление. После этого меня распылило на множество частичек. Все мы яростно вгрызлись в защиту пожирателя или что там у него было. Тот закономерно забился, заизвивался, тщетно пытаясь достать меня щупальцем, и…

На этом все.

Видение заканчивалось. Я, как