Я увидела, как отрылись ворота, но вместо Ини в них показался один из воинов, и он был весь в крови. Поднявшись с кресла, я подошла к перилам, кое-как взобралась на них и, раскрыв крылья, спланировала прямо к мужчине.

И даже не увидела обычного опасения в его глазах: двуликие никак не могли привыкнуть к тому знанию, что мы с подругой умеем летать. И тот факт, что во взгляде мужчины я не увидела страха, еще сильнее меня насторожил.

— Что случилось? — спросила я у него, а Гарон, опустив глаза себе под ноги, тихо сообщил:

— Мы сражались все вместе, но Ини, как обычно, бросилась в самую гущу, да только из портала появилась огромное щупальце. Мы такого никогда еще не видели, оно схватило Ини и утащило в портал, после этого он сразу схлопнулся. Мы перебили всех тварей, надеялись, что портал вновь откроется и Ини вернется, но… этого не случилось. Мне жаль, Мара.

Это имя мне придумала Ини, ведь своего я не помнила. Но сейчас оно особенно болезненно и остро прозвучало из уст этого воина.

Гарон ушел, закрыв за собой дверь, а я так и осталась стоять и смотреть перед собой.

Я лишилась единственного близкого друга в этом мире и даже не представляю, как дальше буду выживать. Нет, для детей всё готово. Мы нашли в этом домике и кроватки — две штуки, и даже кучу детской одежды, почти новой, и кое-какие запасы еды уже успели сделать за эти девять месяцев. Да и денег накопить успели, пока защищали сам город, нам из казны платили за каждую убитую тварь, однако ведь дело не только в этом.

Я почувствовала, как болезненно что-то сжалось внутри моего живота, а по ногам потекло. И поняла, что у меня отошли воды.

— Ох, я рожаю, — прошептала я, с ужасом понимая, что это правда.

Кое-как отдышавшись после спазма, я вышла за ворота и закричала, прося о помощи.

Благо мимо шла одна из соседок и сразу бросилась ко мне, подхватила под руку, а дочку отправила, чтобы та бежала за местной повитухой.

— Давай я помогу тебе добраться до кровати, Мара, что же ты, бедняжка, куда пошла, — бормотала соседка.

— Ини исчезла в портале, — прошептала я и опять закричала, боль была слишком сильной, я даже сдерживаться не могла.

— Я знаю, слышала, но, Мара, терпи, родная, такова уж доля наша женская…

Она бормотала что-то еще, уговаривала меня, но все же довела до комнаты, что была на втором этаже, и даже уложила в постель.

А еще через какое-то время пришла местная повитуха.

И начался настоящий кошмар.

Иногда я теряла сознание, иногда возвращалась в этот мир, но никак не могла разродиться. Схватки то усиливались, то прекращались.

Женщины охали, но ни одна из них не знала, как быть.

Мне давали пить какие-то травки, якобы усиливающие схватки, да только на меня они никак не действовали.

— Бедняжка, скорее всего, не переживет… — слышала я чей-то голос и вновь погружалась в небытие.

Я всё время ощущала жажду, мне кажется, что я даже осознавала, что нужна кровь, да только где бы они её взяли? Не убивать же этих несчастных женщин?

Может быть, я и сделала бы это, но у меня тупо не хватало сил даже привстать, не то что броситься и укусить. К тому же это двуликие, они легко и сами могут меня прикончить.

Время шло, и я понимала, что умираю.

Было жаль, что я так и не вспомнила о том, кто же отцы моих детей, а еще было жаль, что малыши тоже погибнут.

Мне кажется, я начала бредить, когда видела саму себя, только более старой, в каком-то странном месте. И я с тревогой смотрела сама на себя. А затем слышала свой собственный еле слышный шёпот:

— Тебе нужна кровь твоих истинных. Только это тебя спасет…

Я — или она — постоянно это говорила, кричала, злилась, спрашивала, где они. Да только ответов у меня не было. Как-то я даже умудрилась спросить, кто она такая, а она с удивлением мне ответила:

— Я Алая, ты не помнишь, что ли?

И вновь всё пропало.

Мой мир состоял только из боли. Её было то слишком много, то чуть меньше, в те моменты я, кажется, засыпала и была даже счастлива.

Как-то Алая вновь пришла ко мне и сказала:

— Я нашла этих двух идиотов, они скоро придут, смотри не сдохни, держись!

— Я… не… могу… — еле прошептала я искусанными губами.

— Можешь! — зарычала она на меня отчаянно и зло. — Я знаю возможности своего тела! Ты сильная! Всё ты сможешь! И да, твоя дочь тут уже внуков тебе нарожала. Еще двоих! Разве не хочешь их когда-нибудь увидеть?

— Дочь? — с недоумением прошептала я.

— Ты и о ней забыла? Да что они натворили, идиоты? — выпалила она, а ко мне опять пришла боль.

А я пыталась думать о словах Алаи, и, наверное, только поэтому у меня еще были силы на то, чтобы сражаться. Она вселила в меня надежду.

И когда кто-то открыл мне рот, надавив на скулы, и в горло полилась живительная влага, от которой внутри сразу же начали появляться силы, а боль уходила, то я смогла это сделать…

Я выжила!

А еще вместе с кровью на меня вдруг посыпались воспоминания, да с такой скоростью, что я думала, у меня просто голова лопнет.

И, открыв глаза, увидела его…

Это был Себастьян. Он делился со мной своей кровью, дав своё запястье, а рядом еще был Антуан, он забрал меня у демона, взяв к себе на руки, и подставил свою шею под укус.

— Давай, Аль, кусай, ну! — крикнул мне дракон, и я, не раздумывая, припала к вене на его шее.

Боги, какой же это был кайф! Я наслаждалась его вкусом и ароматом. И если бы не слабое шевеление внизу моего живота, то так бы и не вспомнила, зачем это делаю.

Но очередная схватка, уже не такая болезненная, а вполне себе нормальная, вернула меня в реальность.

И я, быстро зализав ранку на шее своего истинного, сползла с его рук и начала тужиться. Мысленно молясь всем богам, чтобы они дали выжить моим детям.

«Выживут, не переживай», — услышала я усталый голос Игнессы в своей голове и почувствовала, как выходит один из малышей, прямо в руки одного из отцов.

А следом и второй…

А спустя еще пару минут раздались недовольные крики, из-за которых