— Этим займётся СБ флота. У них ресурсы, у них база данных, у них полномочия работать через официальные каналы, — Ори поднялся, отряхнул руки. — Наша задача — Пилигрим.

— Ваша задача — не моя. Я уже ответил. От неё я буду держаться подальше, а то могу не удержаться и один высокопоставленный начальник останется без любовницы.

— Жаль. Я думал, мы снова вместе.

— В этот раз ты точно без меня.

— А я рассчитывал на тебя.

— Нет, дружище, — я покачал головой. — Я не прощаю таких вещей. Эта сука откровенно пыталась меня подставить под расстрел или на пожизненный срок — это, знаешь ли, не тот тип ошибки, который списывается на обстоятельства.

— Она ведь не сдала тебя и корпорацию, — осторожно сказал Ори.

— Ори, — я посмотрел на него устало, — она сдала и меня, и корпорацию. Просто эти данные Мидланд не смог использовать на суде — по собственной же глупости. Потому что, когда прилетело по небоскрёбу, у кого‑то от страха очень сильно переклинило голову и не только, вот они и наделали ошибок при формировании доказательной базы. Так что она совсем не ни при чём. И Мидланд прекрасно знает, что я там находился и стрелял по охране. Вот и устроили на меня настоящую охоту — им нужен был я, причём живой, чтобы дал показания в суде. Меня то они препаратами пичкать не собирались. И мои показания можно использовать в суде. Это всё её рук дело, Ори. Именно её.

Ори молча смотрел на меня. Долго — несколько минут.

— Хорошо, — наконец сказал он. — Понимаю твою позицию. Но есть кое‑что ещё.

— Что именно?

— Дело не только в Пилигриме, — Ори помолчал секунду. — Она знает о планах Мидланда по атаке на станцию.

— И что? Меня это должно волновать? Я не на станции нахожусь и не её командир.

— Они планируют уничтожить станцию, — тихо сказал Ори. — Всю. Целиком.

В ответ я только усмехнулся.

— Серьёзно? Мидланд против флота? — я с улыбкой покачал головой. — Ори, ты что, совсем крышей поехал?

— Клим, я серьёзно…

— Да брось ты! — перебил его. — На станции находится целая флотилия: крейсеры, эсминцы сопровождения, истребительная эскадра, перехватчики. Станционные орудийные платформы, зенитные батареи по периметру. У них там мощные орудия, продвинутые системы РЭБ, щиты энергетические. И что Мидланд собирается сделать со всем этим? Закидать станцию камнями? Послать наёмников для захвата?

— Пилигрим говорит, что у них есть план…

— Пилигрим много чего говорит! — я снова почувствовал, как злость возвращается. — Эта сука уже один раз меня подставила. Думаешь, я поверю вот в эти её байки про угрозу станции?

— Но она видела переписку…

— Видела переписку! — передразнил его. — А может, это ей привиделось? Или она просто пытается выглядеть ценной и незаменимой, чтобы её поскорее вытащили из колонии? Ты об этом не думал?

— Клим, подумай…

— Я думаю! — ответил ему, и эхо пустой комнаты повторило мои слова. — И думаю вот что: Мидланд — корпорация. У них есть деньги, наёмники, может быть, несколько старых и новых кораблей. Но воевать с Имперским флотом? Это чистой воды самоубийство. Это даже не авантюра — это клиника. Флот раздавит их прежде, чем они успеют выйти на дистанцию открытия огня. Ты представляешь, что значит атаковать флотскую станцию? — сказал ему. — Это акт войны против Империи! Да за такое сотрут всю корпорацию — не только с этой планеты, но и со всей Империи, и всего за несколько суток. Флот не прощает такого. Никогда. Ни при каких обстоятельствах.

— Но что, если они нашли способ…

— Какой способ? Телепортировать бомбу прямо на мостик управления станцией? Подкупить всех капитанов сразу? Или у них есть секретный флот дредноутов, о котором никто — вообще никто во всей Империи — не знает?

Ори молчал. По его лицу прошла тень. Видимо, он уже понимал абсурдность этого, но природное упрямство прямо читалось на его лице; при этом он избегал моего взгляда.

— Знаешь что, даже если предположить, что у Мидланда есть какой‑то план атаки на станцию — что само по себе бред, — флот об этом знает. У них есть служба безопасности, и она там всё‑таки как‑то работает. Думаешь, они там сидят сложа руки и ни о чём не беспокоятся?

— Возможно, ты прав…

— Конечно, прав! Вся эта история с угрозой станции — просто способ заставить меня вытащить эту суку из колонии. Вот только ни за что это не пройдёт!

Он поднял глаза — в них читалась усталость пожилого человека, которого просят делать неприятные вещи.

— Слушай, дружище, — сказал я уже спокойнее, — я понимаю, что тебе приказали меня уговорить. Понимаю, что ты сам в это не веришь. Но придумали бы вы с лейтенантом что‑нибудь получше. Что‑нибудь хотя бы немного правдоподобное. Может, сказали бы, что Пилигрим знает рецепт эликсира бессмертия? Или координаты планеты, где золото лежит прямо на поверхности — только ходи и собирай?

— Клим…

— Нет, я серьёзно! Сказка про угрозу станции — это для совсем наивных, которые никогда не видели, как работает Имперский флот. А я, между прочим, не вчера родился. И не позавчера.

Ори тяжело вздохнул.

— Ладно, — сказал он. — Может быть, ты прав насчёт станции. Но Пилигрима всё равно нужно вытащить.

— Зачем? Пускай сидит!

— Потому что у неё есть информация о коррупции в Мидланде. Имена, суммы, схемы. Конкретные люди, конкретные цифры. Это может серьёзно им навредить — настолько серьёзно, что несколько директоров могут оказаться под следствием.

— Очередная чушь! — не согласился с ним, хотя в голове уже запустился привычный механизм анализа. Информация о коррупции — это уже ближе к реальности. Это уже хоть как‑то объясняет, зачем она вообще нужна живой. Но при чём здесь я?

— Потому что ты единственный, кто может туда вернуться и вытащить её оттуда, — сказал Ори. — Ты там был и всё знаешь изнутри. У тебя есть опыт, навыки, связи среди тех, кто там сидит. Никто другой не войдёт туда добровольно и не выйдет оттуда живым.

— И ещё у меня есть огромное желание отомстить этой суке