ее шеи и место между лопатками, видя, как кожа девушки мгновенно покрывается мурашками, и слыша, насколько глубоким и частым стало ее дыхание.

— Богиня… — шепотом произносит Питер и немного массирует спину Хелен. — Просто богиня…

Игриво шлепнув Хелен по ягодицам, Питер сам снимает с себя трусы и не глядя кидает их куда подальше, дабы ничто не мешало ему наслаждаться происходящим.

— Так-то будет лучше… — облегченно выдыхает Питер. — А то моему приятелю совсем стало тесно.

Питер медленно проводит ладонью по позвоночнику Хелен, легким движением переворачивает ее на спину и тут же впивается ей в губы, пока она не особо соображает, что происходит. Тем не менее она безотказно отвечает на него, притянув мужчину поближе к себе за затылок и приложив ладонь к его щеке, пока его длинные пальцы сжимают и разжимают женскую грудь. Легкое соприкосновение языков вызывает ощущение электрического разряда по всему телу и секундную остановку сердца. Мучительное напряжение, охватывающее каждую мышцу, яростно порывается вырваться наружу и подарить друзьям чувство неземного наслаждения и огромного облегчения.

Поцелуи Питера в шею, ключицы, грудь и живот заставляют Хелен задыхаться от неистового удовольствия, а ласки пальцами в нижней части тела уж точно не могут способствовать сдерживанию негромких стонов, граничащих с криком. А вид обнаженного тела девушки заставляет воображение мужчины рисовать яркие картинки, пробуждающие в нем желание возвести эту темноволосую красавицу на вершину удовольствия и сделать так, чтобы она даже не думала себя сдерживать, продолжала радовать его громкими и чувственными стонами и узнала обо всем, на что он способен.

Хелен и Питер сейчас находятся в состоянии алкогольного опьянения и завтра утром вряд ли вспомнят, что между ними было. Или же что-то останется в их памяти, но будет вызывать у них чувство огромного стыда и желание вернуться в прошлое и сделать все, чтобы этого не допустить. Однако сейчас друзья не испытывают никаких сожалений, никакого стеснения… Ничего такого, что могло бы сдержать их порыв страсти и желание принадлежать друг другу этой ночью. Они оба абсолютно готовы пойти еще дальше, не думая о том, с какими последствиями могут столкнуться, стоит Питеру или Хелен сломать невидимую стену между ними и почувствовать друг друга настолько близко и остро, как никогда раньше.

***

Вспоминая о том случае, на лице Питера выступает яркий румянец, а в его глазах появляется яркий блеск. Несмотря на то, что все произошло в нетрезвом состоянии, он помнит практически все события и до поры до времени испытывал некоторое чувство стыда. Но со временем оно прошло, и мужчина в последнее время все чаще мысленно возвращается к тому дню, когда на самом деле стало ясно, что их с девушкой симпатия была очень даже взаимной.

— Наверное, это один из немногих моментов, когда я чувствовал себя свободным и счастливым, — задумчиво говорит Питер. — Когда не считал себя уродливым, невезучим, бездарным… Когда позволил себе чувствовать. Когда просто послал все на хер и решил плыть по течению.

«Да уж, а девчонка так и не узнала, что ты на самом деле все прекрасно помнишь, — хитро улыбается Теодор. — Помнишь, с каким толстым удовольствием раздвинул ей ноги и долбался в нее, пока она визжала как последняя сучка.»

— Да, я все помню… А может, и она помнила. Но мне соврала.

«О, поверь, Питер, такое забыть просто невозможно. Даже если вы вдвоем выжрали почти всю бутылку вина.»

— Уж чего, но я никогда не думал, что буду заниматься сексом со своей лучшей подругой.

«Не такая уж она тебе и подруга была. Ведь ты в тот момент уже понимал, что втюрился в нее.»

— Тогда она была мне просто симпатична. А втюрился я в нее спустя лишь долгое время.

«О нет, дружок, все совсем не так! — возражает Теодор, похлопав Питера по плечу. — Ты, дурень, просто не понимал, что втюрился. Не понимал, что с тобой происходит. А когда до тебя немного допетрило, ты начал яростно все отрицать. Ты бежал от этого чувства. Бежал от чувств к своей подружке.»

— Ну ладно, признаю! — приподнимает руки перед собой Питер. — Я запал на нее едва ли не в первые дни после знакомства!

«Немудрено! Ведь девчонка-то очень даже ничего. Даже когда она поначалу носила скромные шмотки, Хелен все равно была милашкой. Ну а когда в ее гардеробе стали появляться более сексуальные наряды, то твой член мгновенно вставал при виде этой куколки.»

— Слышь, хватит читать мои мысли!

«Я у тебя в голове, дебил! — стучит пальцем по виску Теодор. — И все твои мысли знаю наизусть! Знаю даже то, о чем ты подумать боишься. И я все их озвучиваю.»

— Я боялся влюбиться! Боялся, что моя симпатия будет невзаимной! Что она пошлет меня на хер или воспользуется мною. Как когда-то это сделала Кристина.

«После той жаркой пьяной ночи все сомнения в ее чувствах должны были отпасть сами собой.»

— По пьяни всегда несешь всякую ахинею, на которую не стоит обращать внимание.

«По пьяни люди всегда рубят правду-матку! — заявляет Теодор, соскакивает с кровати и начинает наматывать круги по комнате. — Вот не нравился тебе какой-нибудь чел, а ты нажрался вискаря, приперся к нему и высказал все, что у тебя на уме. Ты бы уже не делал вид, что нормально к нему относишься.»

— Тогда я не был в этом уверен. Но подумал, что все иначе, когда узнал о симпатии Хелен ко мне.

«Если бы эта девчонка не сохла по тебе, она бы не согласилась трахаться с тобой даже по пьяни. В таком состоянии ты до поры до времени еще что-то более-менее соображаешь и можешь сопротивляться. А что девчонка может сделать, когда она валяется в отрубоне?»

— Повезло, что мы отрубились уже после того, как все произошло.

«О да, отрубаться после классного секса – это ахереть как круто, — блаженно улыбается Теодор. — Когда сбросил давление после того, как сунул, подолбался и высунул, можно и храпака дать.»

— А еще круто чувствовать себя асом в этом деле. Когда стоит тебе только пальцем прикоснуться к девчонке, как она уже вся извивается, стонет, визжит и течет.

«Бухлишко неплохо тебе помогло. Только увлекаться им не стоит. А иначе у тебя вообще не будет стоять без него. Ситуацию не спасет ни горячая красотка,