– Я прекрасно тебя понимаю.

* * *

Завтрак проходит в напряженной тишине. Я стучу в дверь Фрэнка, но он не отвечает, так что я ставлю поднос на пол под дверью и возвращаюсь в столовую.

Молчание царит просто невыносимое, и мне немыслимо хочется удрать к себе в комнату, спрятаться под одеяло и сидеть там, пока всеобщее напряжение не рассосется. Ну или хоть как-нибудь, хоть немножечко снизить его градус.

Все уже поели и начали расходиться, чтобы заняться повседневными делами, когда меня наконец осеняет идея.

Я выхожу в холл следом за Мороузом, намереваясь его остановить, – и замечаю, как Оли стучится к Фрэнку, держа в руках оставленный мной поднос.

– Тебе нужно поесть, – увещевает она негромко. – Ну же, Фрэнк, вылезай.

Тот упорно не откликается. Оливия вздыхает и опускает поднос на пол. И, оглянувшись, сталкивается со мной взглядом – и я замечаю, что у нее глаза на мокром месте.

– Оли… – начинаю я, но она резко утирает слезы и торопливо уходит наверх.

А я выхожу на веранду – херувим сидит там, разминая пухлые ноги перед дорогой.

– Мороуз, – окликаю я его, – ты сейчас собираешься в город?

– Если хочешь справиться насчет письма, я его отправил.

– Да нет, я просто… очень скверно себя чувствую после того, что случилось утром.

– Ну еще бы.

– Знаю, заслужила, – вздыхаю я. – И, чтобы искупить свою вину, хочу тебе сегодня помочь продать оставшиеся яйца Бел. Ну, если не помешаю, конечно.

Мороуз странно на меня смотрит.

– Ты хочешь выполнить мою работу?

– Как по мне, так ты вполне заслужил выходной, а? – Херувим продолжает таращиться на меня, переваривая услышанное. – Тебе не придется проводить целый день в спорах с покупателями, я сама буду с ними разговаривать. На самом деле можем отправиться на рынок всей компанией. Похоже, нам всем это не помешает.

Мороуз раздумчиво кусает губу.

– Фрэнку это не понравится.

– Он подался в отшельники на весь день, так что вряд ли заметит, что нас нет.

Мороуз смотрит на меня, затем его губы медленно растягивает улыбка, а потом он и вовсе сгибается в приступе хохота.

– Ладно, ладно, ваше величество! Ты у нас и впрямь та еще штучка!

Вот уж не думала, что он так легко согласится, Фи. И я так этому радуюсь, что даже наклоняюсь его обнять, но он отпихивает меня с неожиданной силой.

– Прости, прости, больше не буду!

* * *

Приходится, конечно, поизгаляться, но мне все-таки удается обойти весь дом в течение нескольких минут и уболтать всю компанию провести денек в городе, чтобы не мозолить Фрэнку глаза после того, что произошло утром.

В конце концов остается только Оли. Пока я иду по нашему общему коридору, до моих ушей долетают нежные переливы скрипки. Прихватив из комнаты пальто, я стучусь к дикарке.

Скрипка умолкает. Оли открывает дверь – глаза у нее совершенно стеклянные.

– Привет.

– Здорово, – устало улыбается она.

– Как насчет того, чтобы прогуляться?

– В смысле? – Оли замечает пальто у меня в руках.

– Мы все вместе отправляемся в город с Мороузом. Я собираюсь продать последние яйца Бел, чтобы добыть немного денег. Это меньшее, что я могу сделать сейчас.

– А как же наши обязанности?

– Устроим выходной. – Рука Оли лежит на дверном косяке, и я касаюсь ее запястья, неожиданно не встречая сопротивления. – Нам не помешает немного продышаться после сегодняшнего утречка. Ты заслужила отдых, Оливия.

Она отводит глаза, и ее фиолетовые щеки приобретают яркий пурпурный оттенок.

– Ладно, встретимся внизу, – бормочет она.

Я спускаюсь первой. Поднос с завтраком так и стоит у Фрэнка под дверью, и меня так и подмывает постучать и извиниться, но я уже побывала в подобной ситуации.

Я и так перешла всяческие границы, и теперь приходится напоминать себе, что все затеяно из благих побуждений. И что Фрэнку нужно время, чтобы все переварить и успокоиться.

И постепенно он остынет и придет в себя.

Как и ты тогда, Фи.

Я выхожу на веранду, где меня встречают выжидательными взглядами.

– Она согласилась и едет с нами! – широко улыбаюсь я. Все радуются, и я смеюсь: – Значит, по-вашему, это было самое трудное?

– Я не сомневался, что Оли откажется, – заявляет Мерри, натянувший такую же кепи и жилет, как и его братец.

– Она никогда не пропускает ни одного рабочего дня, – добавляет Иветта. – Даже когда на улице бушует ураган. Чудо, что она согласилась на твое предложение.

– А я вот не удивлена, – усмехается Хильда. На ней изящный наряд из тонкого кружева и шелков, в руках – зонт, а седые волосы собраны в тугой высокий пучок.

Оли спускается вниз, одетая во все черное – свободные шаровары, тунику без рукавов и жилет по фигуре. Вся компания встречает ее радостными криками, а дикарка закатывает глаза:

– Хватит уже. Давайте уже отчаливать.

Наши крылатые товарищи взмывают в небо. Хильда берет отполированную метлу и элегантно устраивается на ней боком. Метла вздрагивает, и за спиной Хильды зависает шляпа-котелок.

– Держись, Фил! – велит Хильда и взлетает.

Оли подпихивает меня рукоятью собственной метлы.

– Ты, похоже, снова со мной.

Я устраиваюсь за ее спиной. Метла оживает, подчиняясь чужим чарам, и в этот раз практически сразу поднимает нас над землей.

А прочие члены нашей компании уже вовсю мчат вперед. Впереди – Хильда, по-прежнему держа над головой зонт, наслаждается мягким ветерком. Херувимы несутся, будто два шмеля, периодически пихая друг друга, а Иветта, маленький огонек, выписывает в воздухе затейливые фигуры.

Я слегка отползаю назад, чтобы не прилипать к Оливии слишком тесно, но метла тут же теряет равновесие. Нас качает, и Оли оглядывается:

– Ты что там делаешь?

– Ничего, извини, – я смещаюсь на прежнее место. Оли отворачивается, но я успеваю заметить улыбку, промелькнувшую на ее губах. – Кстати, хотела кое о чем спросить…

– Ты хотела спросить, почему я солгала?

– Ты ведь не помогала мне выпустить Вельзибел. И вообще была против.

Прошлый вечером, Фи, я рассказала Оли про значение яиц для Вельзибел и ее одиночество. Про то, что Фрэнк согласился перестать их отнимать, а потом забыл. И про то, что я боюсь – он снова забудет, постоянно будет забывать.

Оли согласилась, что ситуация скверная, но непреклонно заявила, что не мне принимать подобные решения за Фрэнка. И, пожалуй, была права. Но Фрэнк нуждался в том, чтобы я сделала это за него. Хотелось бы и мне, чтобы кто-то принял за меня трудное решение, когда это потребовалось. Так что со временем он меня поймет.

Так вот, закончив разговор, мы пошли в дом, но позже я выскользнула во двор и выпустила Вельзибел.