Хотя по взгляду было видно, что девушка тоже скептически ко мне относится. Всё-таки это первый бой.

— То был спарринг. Реальный бой — это другое. Там твари не останавливаются от первой царапины, — буркнул Саня Петров.

— Увидим, — спокойно сказал я.

Перепалки в строю перед началом операции были ни к чему. Если до Петрова плохо доходит, то лучше разобраться с ним по возвращению. Главное, что больше он не саботирует мои атаки во время сражений.

Машина рванула с места. За окном мелькали ночные улицы Петербурга. Пустые и тихие. Город спал, не подозревая, что где-то рядом открылась дыра в другой мир.

— Слушайте сюда, Афанасьев, — Дружинин повернулся ко мне с переднего сиденья. — Разлом E-класса — это самый низший уровень угрозы. Но это не значит, что можно расслабляться. Любая тварь может убить, если потеряете бдительность. Ясно?

— Так точно, — коротко ответил я, как было принято у военных.

— Из этого разлома ожидаются гончие. Так докладывают прибывшие на место спецслужбы. Слышали о таких?

Я покачал головой.

— Твари размером с крупную собаку. Быстрые. Охотятся стаей, как волки. Целятся в горло. Один укус — и ты труп, артерию перегрызут за секунду. Но шкура у них тонкая, любая магия пробивает. Пространственные разрезы подойдут для атак.

[Анализ: разломные гончие]

[Уровень угрозы: низкий]

[Слабые места: глаза, живот, сочленения лап]

[Рекомендуемая тактика: держать дистанцию, не давать окружить]

Спасибо, Система. Как всегда вовремя.

— А почему они вообще выходят? — спросил я. — Твари из разломов?

Теорий на этот счёт много. Мне была интересна версия ФСМБ.

— Никто точно не знает, — ответила Лена Осипова. — Основная теория гласит, что их привлекает наша жизненная энергия. Мы для них как маяки в темноте.

— Или как еда, — мрачно добавил Денис Самойлов. Парень с магией воздуха.

Ехали мы минут сорок. Городская дорога превратилась в разбитое шоссе, потом в просёлок. Броневик смачно подбрасывало на ухабах.

Наконец машины остановились.

Деревня Сосновка выглядела как декорация к фильму ужасов. Десяток домов, половина явно заброшенных. Покосившиеся заборы, заросшие огороды.

Мы оказались на единственной улице, где фонари не работают. Видимо, электричество отключили из предосторожности. И посреди всего этого безобразия виднелся разлом.

Не такой огромный, как на Дворцовой, где я получил Дар Громова. Но всё равно впечатлял.

На этот раз это была вертикальная трещина в воздухе, метра три высотой, полтора шириной. Края светились бледно-фиолетовым светом и пульсировали.

Вокруг уже было выставлено оцепление: местная полиция, пара машин МЧС, даже скорая приехала. Но держались они на расстоянии, метрах в пятистах от разлома. Обычные люди против тварей — это самоубийство, и все это понимали.

Как только мы вышли из машин, на нас уставились десятки глаз. Местные жители, эвакуированные из ближайших домов, столпились за полицейской лентой. Полицейские с облегчением выдохнули, ведь подмога приехала.

— Почему людей не эвакуировали? — спросил я у Дружинина.

— Потому что разломы давно стали частью жизни людей. Правительство не может совершать эвакуации ежедневно, — хмыкнул он. — Большинство остаётся в своих домах и ждёт, пока маги закроют разлом. Некоторые ждут у оцепления и наблюдают. Полиция нужна, чтобы не подпускать их ближе.

— Но это всё равно опасно, — я не понимал, почему бы не отогнать людей подальше ради их же безопасности.

— Опасность представляют разломы высшего класса. От остальных спасают барьеры. Видите мерцание купола?

Я присмотрелся. И увидел лёгкую рябь прямо у оградной ленты.

— Вижу, — кивнул я.

Видимо, правительство быстро в своё время поняло, что люди не желают эвакуироваться. Что разломы закрываются достаточно быстро. Нашёлся другой способ обезопасить людей, и стали ставить магические барьеры. Которые не пропустят ни одну тварь.

За куполом сейчас собиралась небольшая толпа зевак.

Журналисты начали снимать. И откуда они только взялись в три часа ночи?

— Но почему позволяется снимать? Разве всё связанное с разломами не должно быть секретно? — раз Дружинин начал наконец отвечать на вопросы, я решил воспользоваться возможностью.

— Когда они только начали появляться, правительство пыталось держать всё в тайне. Да не вышло. И в итоге… это превратилось в часть общественной жизни. За магами наблюдают, как за героями. Так что не оплошайте.

Я решительно кивнул. И мы пошли к разлому под вспышки фотокамер.

Понятно, для общественности это стало чем-то вроде развлечения. Раз за барьерами безопасно — можно и посмотреть. Главное, чтобы этот купол успели установить, а не как было на Дворцовой.

— Смотрите, маги приехали! — раздался голос из толпы.

— Наконец-то! А то эти твари уже час как вылезают! — буркнул кто-то МЧСников.

— Всего-то тринадцать? Маловато будет!

И тут кто-то меня узнал. Какая-то женщина лет сорока, в халате поверх пижамы. Эта явно из местных.

— Это же тот Пустой! Который Дар получил! Я его по телевизору видела! — она указала на меня.

— Где? Где⁈ — загалдела толпа.

— Вон тот, молодой! В центре! Точно он, я фотку в газете видела!

Все взгляды мгновенно сосредоточились на мне. Десятки, сотни глаз. В них читалось всё: удивление, недоверие, страх, презрение и даже надежда.

— Пустого привезли? Серьёзно? — прокричал кто-то из гражданских.

— Да что он может? Он же Пустой! — поддержал его стоящий рядом мужик.

— Говорят, у него S-класс, — начал репортаж один из журналистов.

— Не может быть! Пустые не получают Дары! Это всё пропаганда! — продолжились крики из толпы.

— Цирк какой-то. Настоящих магов не нашли, детей прислали!

Я стиснул зубы. Знакомая песня. Те же слова, что слышал всю жизнь. Только теперь они жгли сильнее. Потому что теперь у меня была сила. Но никто не верил, что я смогу ей воспользоваться.

— Не обращайте внимания, — Дружинин хлопнул меня по плечу. — Покажете им себя в деле — и заткнутся. Они всегда затыкаются, когда видят настоящую магию.

Я снова кивнул. Настроился на предстоящую схватку. Ох и не ожидал я такого внимания.

— Построиться! — рявкнул Дружинин уже громче.

Группа выстроилась полукругом перед разломом. Я встал чуть позади, как мы и договаривались с Крыловым. Я должен выступать в качестве поддержки.

Хотя руки уже чесались кого-нибудь разрезать. Хотелось бы, конечно, одного из тех, кто ржал и тыкал в меня пальцем… Но лучше монстра из разлома.

— Ситуация следующая, — начал Дружинин, доставая планшет. — Разлом открылся час назад. Уже вышло три гончих. Двоих полицейским удалось загнать обратно. Они стреляли в воздух, и твари испугались шума. Одного убил местный охотник из ружья. Повезло, попал в глаз. Есть пострадавшие, твари покусали мужчину, который пытался защитить семью. Сейчас он в скорой, состояние стабильное. Укусы не смертельные, но без руки остался. Это всё произошло до установки барьеров. Сейчас же